Судебная практика

Судебная практика по вопросам прохождения службы сотрудниками органов внутренних дел в ГУ МВД России

Решение о взыскании морального вреда, причиненного сотруднику

№ 2-1551/2019

Решение

Именем Российской Федерации

г. Гатчина                                                                                                      27мая2019

Гатчинский городской суд Ленинградской области в составе: председательствующего судьи Л., с участием прокурора Д., при секретаре М.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску К. к Б. о возмещении морального вреда, причиненного преступлением, в размере 50 000 руб.,

установил:

в обоснование иска указано, что следственным отделом г. Гатчина следственного управления Следственного комитата РФ по Ленинградской области было возбуждено уголовное дело по обвинению Б. в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 318 УК РФ. Данным преступлением истцу были причинены физические и нравственные страдания. Т.к. при исполнении К. служебных обязанностей ответчиком 17.10.2018г в отношении него было применено насилие не опасное для жизни и здоровья, нанесен удар по левой руке двумя руками Б., на которые были одеты наручники. В результате удара К. был причинена физическая боль, а также повреждения в виде резанной раны большого пальца левой руки. В рамках уголовного дела полицейский К. был признан потерпевшим. Вследствие умышленных виновных действий ответчика истец понес физические страдания, выразившиеся в получении телесных повреждений, был вынужден обратиться за медицинской помощью. Кроме того, применение насилия, не опасного для здоровья в отношении истца, как сотрудника правоохранительных органов, находящегося при исполнении служебных обязанностей, в присутствии посторонних лиц причинило ему нравственные страдания, связанные с переживаниями за свою честь, достоинство и здоровье, как сотрудника правоохранительных органов.

В судебном заседании истец К. просил удовлетворить его исковые требования в полном объеме, по изложенным в иске основаниям.

Ответчик Б. в судебном заседании заявленные требования признал. Суд, выслушав мнения сторон, заключение прокурора Д., полагавшего, что иск не подлежит удовлетворению в полном объеме, изучив материалы дела, приходит к следующему:

Из материалов уголовного дела следует, что 17 октября 2018 года в период с 02 часов 20 минут до 02 часов 30 минут Б., находясь в состоянии алкогольного опьянения, у д. 23 по ул. АДРЕС, имея умысел на применение насилия не опасного для жизни и здоровья, в отношении представителя власти - полицейского (кинолога) …… старшего сержанта полиции К., находящегося на дежурстве, при исполнении своих должностных обязанностей по охране

 

общественного порядка, выполняющего функции представителя власти, с целью скрыться с места происшествия и воспрепятствовать тем самым законным действиям сотрудников полиции, то есть в связи с исполнением им своих должностных обязанностей, действуя умышленно, применил в отношении К. физическую силу, а именно замахнулся двумя руками с надетыми на них наручниками в сторону К.,пытаясь нанести удар К., то есть применить насилие, не опасное для жизни и здоровья однако, последний выставил свои руки, блокируя удар Б., в результате чего Б. нанес один удар руками с надетыми на них наручниками по левой кисти К., причинив ему своими противоправными действиями телесное повреждение в виде ссадины основной фаланги большого пальца левой кисти, которое не было опасным для жизни, не повлекло за собой кратковременного расстройства здоровья и значительное стойкой утраты общей трудоспособности, и расценивается как повреждение не причинившее вред здоровью человека.

22 ноября 2018г следственным отделом …… было возбуждено уголовное дело № 11802410006000174 по обвинению Б. в совершении преступления, предусмотренного ч.1 ст. 318 УК РФ.

В рамках уголовного дела № 11802410006000174 22 ноября 2018г было вынесено постановление о признании потерпевшим К.

. Гатчинским городским прокурором Ленинградской области 22 января 2019г было подписано обвинительное заключение по обвинению Б. в совершении преступления, предусмотренного ч.1 ст. 318 УК РФ, уголовное деле № 11802410006000174 направлено в Гатчинский городской суд Ленинградской области.

Обвиняемый Б. согласился с предъявленным ему обвинением, вину в совершении указанного преступления полностью признал.

Приговором Гатчинского городского суда Ленинградской области от 16 мая 2019г по уголовному делу 1-200/2019 Б. признан виновным в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 318 УК РФ, на основании которой ему назначено наказание в виде лишения свободы на срок один год шесть месяцев. На основании ст. 73 УК РФ назначенное Б. наказание считается условным с испытательным сроком на два года.

Согласно представленной справке от 17.10.2018г следует, что К. обратился за медицинской помощью 17.10.2018 г в ГБУЗ ………, у него был установлен диагноз - ссадины в области левой кисти.


На основании ст. 1064 ГК РФ вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине. Законом может быть предусмотрено возмещение вреда и при отсутствии вины причинителя вреда. Вред, причиненный правомерными действиями, подлежит возмещению в случаях, предусмотренных законом. В возмещении вреда может быть отказано, если вред причинен по просьбе или с согласия потерпевшего, а действия причинителя вреда не нарушают нравственные принципы общества.

 

В п. 11 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 26.01.2010 N 1 "О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина" разъяснено, что по общему правилу, установленному пунктами 1 и 2 ст. 1064 ГК РФ, ответственность за причинение вреда возлагается на лицо,


причинившее вред, если оно не докажет отсутствие своей вины. Установленная статьей 1064 ГК РФ презумпция вины причинителя вреда предполагает, что доказательства отсутствия его вины должен представить сам ответчик. Потерпевший представляет доказательства, подтверждающие факт увечья или иного повреждения здоровья (например, факт причинения вреда в результате дорожно-транспортного происшествия с участием ответчика), размер причиненного вреда, а также доказательства того, что ответчик является причинителем вреда или лицом, в силу закона обязанным возместить вред.

Ответчик не представил суду объективных доказательств отсутствия своей вины в причинении вреда здоровью истца, поэтому обязанность по возмещению последствий должна быть возложена на него в полном объеме.

Согласно ст. 1099 ГК РФ компенсация морального вреда осуществляется независимо от подлежащего возмещению имущественного вреда.

Ст. 1101 ГК РФ предусмотрено, что компенсация морального вреда осуществляется в денежной форме. Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.

Суд, не находит оснований не доверять показаниям истца о причинении ему моральных и нравственных страданий в результате причинения телесных повреждений, которые причинили ему физическую боль, по вине ответчика.

Ответчик не представил суду доказательств наличия своего тяжелого материального положения.

При определении размера компенсации морального вреда суд исходит из принципов разумности и справедливости, учитывает с одной стороны: характер причиненных физических страданий, индивидуальные особенности потерпевшего, наличие негативных последствий для внешности истца, с другой стороны: небольшую тяжесть причиненного вреда, отсутствие амбулаторного или стационарного лечения, негативных последствий для здоровья, фактические обстоятельства произошедшего, причины возникновения конфликта, и полагает возможным удовлетворить заявленные исковые требования о возмещении морального вреда в полном объеме.

На основании ч. 1 ст. 103 ГПК РФ издержки, понесенные судом в связи с рассмотрением дела, и государственная пошлина, от уплаты которых истец был освобожден, взыскиваются с ответчика, не освобожденного от уплаты судебных расходов, пропорционально удовлетворенной части исковых требований

Истец был освобожден от уплаты госпошлины, в связи с чем с ответчика в доход бюджета Гатчинского муниципального района подлежит взысканию сумма в размере 300 руб. (ст. 61.1 Бюджетного кодекса РФ).

 

На основании изложенного, и руководствуясь ст. 194, 197, 198 ГПК РФ, суд

 

решил:

взыскать с Б. в пользу К. компенсацию морального вреда в размере 50 000 руб.

Расходы по оплате государственной пошлины взыскать с Б. в доход бюджета Гатчинского муниципального района (получатель УФК по Ленинградской области, МИФНС № 7 по Ленинградской области) в размере 300 руб.

Решение может быть обжаловано в Ленинградский областной суд в течение месяца путем подачи апелляционной жалобы через Гатчинский городской суд Ленинградской области.

 

Судья

 

 Л.

 

 

Апелляционное определение по иску сотрудника к гражданину

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

Дело № 33-3736/2019


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ


 


Санкт-Петербург


20 июня 2019 года


Судебная коллегия по гражданским делам Ленинградского областного суда в составе:                  .                                  .


Председательствующего

судей

при секретаре


Г.

А.., Т.

Ф.


рассмотрела в открытом судебном заседании дело по апелляционной жалобе С. на решение Гатчинского городского суда Ленинградской области по гражданскому делу № 2-540/2019 от 4 апреля 2019 года, которым С. отказано удовлетворении исковых требований к А. о защите права на охрану изображения, защите чести и достоинства компенсации морального вреда.

Заслушав доклад судьи Ленинградского областного суда Г., объяснения С., поддержавшего доводы апелляционной жалобы, судебная коллегия по гражданским делам Ленинградского областного суда установила:


С. обратился в Гатчинский городской суд к А. с иском о защите права на охрану изображения гражданина.

В обоснование требований указал, что является инспектором дорожно­патрульной службы ПОДРАЗДЕЛЕНИЕ. 29.05.2018 заступил на службу в составе экипажа … совместно с инспектором ДПС ПОДРАЗДЕЛЕНИЕ Ч. Во время несения службы примерно в 17.00 на ул. АДРЕС, осуществляя надзор за дорожным движением, заметил гражданина А., который стоял недалеко от патрульной машины и осуществлял видеосъемку. Между истцом и А. возник диалог, который последний фиксировал на камеру .телефона. Впоследствии С. стало известно, что в сети «Интернет» на интернет-сайте по адресу: www.youtube.com была размещена видеозапись с его изображением продолжительностью 9 минут 23 секунды под названием «А может! вы преступник?». На видеохостинге «Ютюб» имеется ссылка на страницу автора видео в социальной сети «В Контакте», а именно: АДРЕС. Из указанной ссылки следует, что автором видео и лицом, которое осуществило его распространение в сети «Интернет», является А., зарегистрированный в социальной сети под псевдонимом «ИМЯ».

 


 

На распространенной ответчиком в сети «Интернет» на видеохостинге «Ютюб» и в социальной сети «В Контакте» видеозаписи, начиная с 00 минут 11 секунд фигурирует изображение истца, при этом являясь центральным предметом съемки. На момент фиксации протоколом осмотра доказательств количество просмотров видеоролика на видеохостинге «Ютюб» составляло 80434. Данная видеозапись носит явно негативный характер и имеет целью насмехаться над сотрудниками ГИБДД ПОДРАЗДЕЛЕНИЕ. Кроме того, нотариусом зафиксированы комментарии пользователей, которые выражены в унизительной и оскорбительной для истца форме, носящие явно пренебрежительный характер и подрывающие авторитет и доверие к сотрудникам органов внутренних дел Российской Федерации.

Истец указал, что не давал своего согласия на обнародование каким-либо способом своего изображения, в частности, указанной видеозаписи, просил обязать А. удалить распространенную им в сети «Интернет» видеозапись с его изображением, в том числе на видеохостинге «Ютюб» на интернет-сайте по адресу: АДРЕС; в социальной сети «В Контакте» на интернет-сайтах по адресу: АДРЕС,

АДРЕС, запретить А. использование видеозаписи с его изображением путем ее дальнейшего распространения.                                                                                          

В ходе предварительного судебного заседания по делу ответчиком с разрешения суда производилась видеозапись, которая затем также была размещена на видеохостинге «Ютюб», а также в социальной сети «В контакте» под названием «Полицейский через суд требует 100 тысяч», и сопровождалась комментарием, порочащим честь и достоинство истца, носящим откровенно оскорбительный характер.

Уточнив исковые требования, С. просил обязать А. удалить распространенные, обнародованные им в сети «Интернет» видеозаписи с его изображением, в том числе на видеохостинге «Ютюб» на интернет-сайте по адресу АДРЕС, АДРЕС, в социальной сети «В Контакте» по адресу: АДРЕС, АДРЕС, АДРЕС, запретить А. использование видеозаписей с изображением истца путем их дальнейшего распространения, обязать А. разместить опровержение порочащих честь, достоинство и деловую репутацию сведений, тем же способом, которым они были распространены. Также истец просил взыскать с А. в счет возмещения морального вреда денежную компенсацию в размере 300 000 рублей, возместить судебные расходы.

Ответчик исковые требования не признал.

Решением Гатчинского городского суда Ленинградской области от 4 апреля 2019 года в удовлетворении исковых требований С. отказано. В апелляционной жалобе С. просит решение Гатчинского городского суда отменить в части отказа в  удовлетворении исковых требований о компенсации морального вреда, как постановленное с нарушением норм материального и процессуального права.

Ответчик, надлежащим образом извещенный о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы, в суд не явился.

Изучив материалы дела, обсудив доводы жалобы, выслушав объяснения истца, судебная коллегия по гражданским делам Ленинградского областного суда находит основания для отмены решения суда в обжалуемой части.

     Конституция Российской Федерации провозглашает человека, его права и свободы высшей ценностью (статья 2) и, исходя из того, что права и свободы человека и гражданина являются непосредственно действующими, определяют смысл, содержание и применение законов и обеспечиваются правосудием, что обязывает государство признавать, соблюдать и защищать эти права и свободы на  основе принципа равенства, гарантировать их согласно общепризнанным принципам и нормам международного права и в соответствии с Конституцией Российской Федерации (статья 17, часть 1; статья 18; статья 19, части 1 и 2), допуская их ограничение только федеральным законом и только в той мере, в какой это необходимо в целях защиты основ конституционного строя, нравственности, здоровья, прав и законных интересов других лиц, обеспечения обороны страны и безопасности государства (статья 55, часть 3).

Утверждая приоритет личности и ее прав во всех сферах, Конституция Российской Федерации обязывает государство охранять достоинство личности (статья 21, часть 1) как необходимую предпосылку и основу всех других неотчуждаемых прав и свобод человека, условие их признания и соблюдения.

Поскольку ничто не может быть основанием для умаления достоинства личности, постольку никто не может быть ограничен в защите перед судом своего достоинства, а также всех связанных с ним прав и свобод.

Из признания достоинства, присущего всем членам человеческого сообщества, наряду с равными и неотъемлемыми их правами как основы свободы, справедливости и всеобщего мира исходят также Всеобщая декларация прав человека и Международный пакт о гражданских и политических правах, положения которых являются составной частью правовой системы Российской Федерации.

Согласно общепризнанным принципам и нормам международного права и в соответствии с Конституцией Российской Федерации каждому в Российской Федерации гарантируется также свобода мысли и слова, право свободно искать, получать, передавать, производить и распространять информацию любым законным способом (статья 29, части 1 и 4, Конституции Российской Федерации). Право каждого человека на свободное выражение своего мнения, включая свободу искать, получать и распространять всякого рода информацию, идеи независимо от государственных границ, устно, письменно, посредством печати или иными способами по своему выбору, закреплено Международным пактом о гражданских и политических правах, в котором подчеркивается, что пользование этими правами налагает особые обязанности и особую ответственность и что их ограничения устанавливает закон в целях уважения прав и репутации других лиц, охраны государственной безопасности, общественного порядка, здоровья или нравственности населения. Аналогичные положения содержатся в статье 10 "Свобода выражения мнения" Конвенции о защите прав человека и основных свобод.

Вместе с тем реализация права свободно искать, получать, передавать, производить и распространять информацию любым законным способом, обеспеченного свободой массовой информации и запретом цензуры (статья 29, части 4 и 5, Конституции Российской Федерации), - в силу принципа недопустимости при осуществлении прав и свобод человека и гражданина нарушений прав и свобод других лиц как основополагающего условия соблюдения баланса общественных и частных интересов    –    предполагает  следование  установлениям  Конституции  Российской
 

 


Федерации, в том числе гарантирующим каждому в целях охраны достоинства личности право на неприкосновенность частной жизни, личную и семейную тайну, защиту своей чести и доброго имени.

В соответствии со статьей 23 Конституции Российской Федерации каждый имеет право на защиту своей чести и доброго имени.

В соответствии с п. 2 ст. 150 Гражданского кодекса Российской Федерации нематериальные блага защищаются в соответствии с настоящим Кодексом и другими законами в случаях и в порядке, ими предусмотренных, а также в тех случаях и пределах, в каких использование способов защиты гражданских прав (статья 12) вытекает из существа нарушенного нематериального блага или личного неимущественного права и характера последствий этого нарушения.

Честь и доброе имя, деловая репутация относятся к нематериальным благам.

Судом первой инстанции установлено, что видеозапись предварительного судебного заседания по гражданскому делу по иску С. к А., состоявшегося 13 декабря 2018 года, была размещена А. в сети "Интернет" и сопровождалась комментарием, содержащим негативную оценку личности истца, выраженную в оскорбительной форме.

Как разъяснено в Обзоре практики рассмотрения судами дел по спорам о защите чести, достоинства и деловой репутации (утв. Президиумом Верховного Суда РФ 16.03.2016), решение об удовлетворении иска о защите чести, достоинства и деловой репутации выносится судом в случае установления совокупности трех условий: сведения должны носить порочащий характер, быть распространены и не соответствовать действительности, при этом заявитель обязан доказывать факт распространения сведений лицом, к которому предъявлен иск, и порочащий характер этих сведений. На ответчика же возложена обязанность доказать, что распространенные им сведения соответствуют действительности. Отсутствие хотя бы одного обстоятельства из обязательной совокупности условий для удовлетворения иска (сведения должны носить порочащий характер, быть распространены и не соответствовать действительности) является основанием для отказа в удовлетворении заявленных требований.

Признавая комментарий к видеозаписи предварительного судебного заседания по своей сути оскорблением и бранью, однако отказывая в удовлетворении соответствующих исковых требований, суд первой  инстанции полагал, что нарушенное право истца не подлежит защите в порядке, предусмотренном гражданским законодательством, а также пришел к выводу о недоказанности факта, что данный комментарий был оставлен ответчиком.

Согласно правовой позиции, сформулированной Конституционным Судом Российской Федерации в Определении от 1 марта 2010 года N 323-0-0,
реальная защита прав и законных интересов лица, чьи честь, достоинство и доброе имя потерпели ущерб в результате распространения не соответствующей действительности негативной информации, в любом случае должна быть обеспечена.

К числу способов защиты личных неимущественных прав гражданина, если нарушающими эти права действиями ему причинен моральный вред, статья 151 ГК Российской Федерации относит возложение судом на нарушителя обязанности его денежной компенсации, размер которой зависит, помимо прочего, от степени вины нарушителя.

 

Как разъяснено в пункте 9 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24 февраля 2005 г. N 3 "О судебной практике по делам о защите чести и достоинства граждан, а также деловой репутации граждан и юридических лиц", если субъективное мнение было высказано в оскорбительной форме, унижающей честь, достоинство или деловую репутацию истца, на ответчика может быть возложена обязанность компенсации морального вреда, причиненного истцу оскорблением.

Таким образом, действующее законодательство допускает возможность защиты чести и достоинства (доброго имени) гражданина путем заявления отдельного требования о компенсации морального вреда. Указанный способ защиты нарушенного права является самостоятельным и его применение нe обусловлено необходимостью одновременного использования какого-либо иного способа защиты, что судом первой инстанции не было, учтено при рассмотрении настоящего дела.

Полагая не доказанным, что автором оскорбительного комментария к видеозаписи является А., суд необоснованно не принял во внимание имеющиеся в материалах дела доказательства, в том числе представленный истцом протокол осмотра доказательств от 21 января 2019 г., ответ ООО «В Контакте».

Кроме того, судом не приведены мотивы, по которым он отверг сведения, полученные из объяснений самого ответчика, что он по просьбе истца разместил соответствующее опровержение, которые также относятся к числу доказательств по делу (часть 1 статьи 55 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации).

Использование ответчиком в комментарии к распространенной им видеозаписи, как он поясняет «аббревиатуры занимаемой истцом должности» носит оскорбительный характер, свидетельствует о явном неуважении и желании унизить истца.

Оценивая по своему содержанию высказывания ответчика в отношении истца, судебная коллегия приходит к выводу том, что они носят оскорбительный характер, унижают честь и достоинство истца, выходят за пределы добросовестной реализации ответчиком права на свободное выражение собственного мнения, и признает обоснованность требований С. о компенсации морального вреда, причиненного нарушением гарантированных Конституцией Российской Федерации прав на честь, достоинство и доброе имя.

При указанных обстоятельствах решение Гатчинского городского суда от 4 апреля 2019 года подлежит отмене в обжалуемой части с принятием нового - об удовлетворении требований С. о взыскании денежной компенсации морального вреда.

При определении размера компенсации морального вреда судебная коллегия учитывает характер распространенных в отношении истца сведений, которые порочат его честь, достоинство, а также его деловую репутацию, то обстоятельство, что эти сведения были распространены в сети Интернет, длительность распространения сведений, степень их влияния на формирование негативного общественного мнения в отношении истца, данные о личности ответчика, и полагает необходимым взыскать с А. в пользу истца компенсацию морального вреда в размере 200 000 рублей.

 


В связи с удовлетворением требований в части компенсации морального вреда в соответствии с положениями статьи 98 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации в пользу истца также подлежат взысканию судебные расходы, состоящие из государственной пошлины в размере 300 рублей и издержек на оформление протокола обеспечения доказательств от 21 января 2019 года в размере 10 320 рублей, а всего в размере 10 620 рублей.

Руководствуясь статьей 330 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия по гражданским дела^. Ленинградского областного суда

определила:

решение Гатчинского городского суда Ленинградской области от 4 апреля 2019 года в части отказа в удовлетворении исковых требований С. к А. о взыскании денежной компенсации морального вреда - отменить.

Принять в указанной части новое решение, которым взыскать с А. в пользу С. денежную компенсацию морального вреда в размере 200 000 рублей и судебные расходы в размере 10620 рублей.

 

Председательствующий

Судьи

 

Постановление Арбитражного суда Северо-западного округа о взыскании в счет возмещения ущерба, причиненного незаконными действиями должностных лиц по изъятию товара

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

_____________________                                                                                                 Дело №            ______________

Арбитражный суд Северо-Западного округа в составе ___,

при участии гражданина Б., Министерства внутренних дел Российской Федерации в лице__, Главного управления Министерства внутренних дел Российской Федерации по городу Санкт-Петербургу и Ленинградской области в лице ___, Министерства Финансов Российской Федерации в лице __,

рассмотрев в открытом судебном заседании кассационную жалобу Российской Федерации в лице Министерства Внутренних дел Российской Федерации на решение Арбитражного суда города Санкт- Петербурга и Ленинградской области от ___ и постановление Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от ___ по делу ____,

у с т а н о в и л:

ИП Б., (далее - Предприниматель), обратился в Арбитражный суд города Санкт-Петербурга и Ленинградской области с иском, уточненным в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской федерации (далее - АПК РФ), о взыскании с Российской Федерации в лице Министерства Внутренних дел Российской Федерации, место нахождения: ______, (далее - МВД России) за счет казны Российской Федерации _____ в счет возмещения ущерба, причиненного незаконными действиями должностных лиц по изъятию товара согласно протоколу от _____.

К участию в деле в качестве ответчиков привлечены Главное управление Министерства внутренних дел Российской Федерации по городу Санкт- Петербургу и Ленинградской области, место нахождения: _______ (далее - Управление) и Министерство Финансов Российской Федерации, место нахождения: ______ (далее - Минфин России); в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, - общество с ограниченной ответственностью ___ (далее - ООО ___).

Решением Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от _____, оставленным без изменения постановлением Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от _____, в удовлетворении иска отказано.

Постановлением кассационной инстанции от ____ вышеназванные решение и постановление отменены. Дело направлено на новое рассмотрение в Арбитражный суд города Санкт-Петербурга и Ленинградской области.

При новом рассмотрении дела истец уточнил свои требования и просил взыскать с Российской Федерации в лице МВД России в пользу Предпринимателя  в счет возмещения ущерба, причиненного незаконными действиями должностных лиц по изъятию товара, не содержащего никаких товарных знаков и средств индивидуализации, схожих до степени смешения с товарными знаками, ____ судебных расходов за услуги представителя и ____ расходов на оплату экспертных услуг.

От исковых требований в части взыскания ___ в счет возмещения ущерба, причиненного незаконными действиями должностного лица МВД по изъятию товара, содержащего товарные знаки, а также от исковых требований к Управлению, Минфину России Предприниматель отказался.

Решением от ____суд принял отказ от иска в части взыскания ___ убытков, причиненных в результате изъятия ____ у Предпринимателя товара, содержащего товарные знаки. Производство по делу в данной части прекращено. В остальной части исковые требования удовлетворены. Кроме того, с Российской Федерации в лице МВД России за счет казны Российской Федерации в пользу Предпринимателя взыскано ___ судебных издержек. В удовлетворении остальной части заявления о взыскании судебных издержек отказано. Также с ООО «Огни города» в пользу Предпринимателя взыскано ___судебных издержек, связанных с выплатой экспертного вознаграждения.

Постановлением апелляционной инстанции от __ решение суда первой инстанции оставлено без изменения.

В кассационной жалобе ее податель, ссылаясь на нарушение судами норм материального и процессуального права, несоответствие их выводов обстоятельствам дела, просит судебные акты отменить. МВД России указывает на недоказанность Предпринимателем наличия совокупности условий, необходимых для удовлетворения требований о взыскании убытков в соответствии с положениями статьи 1069 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ).

В отзыве Предприниматель, ссылаясь на несостоятельность доводов жалобы, просит решение и постановление оставить без изменения.

В судебном заседании представители МВД России, Управления и Минфина России поддержали доводы кассационной жалобы, а представитель Предпринимателя их отклонил.

ООО «Огни города», надлежащим образом извещенное о месте и времени судебного заседания, в судебное заседание представителя не направило, в связи с чем дело рассмотрено в его отсутствие в порядке, установленном частью 3 статьи 284 АПК РФ.

По инициативе суда кассационной инстанции в судебном заседании объявлен перерыв в порядке статьи 163 АПК РФ до __.

После перерыва судебное заседание продолжено тем же составом суда с участием представителей сторон, которые настаивали на своих правовых позициях.

Законность обжалуемых судебных актов проверена в кассационном порядке.

Как следует из материалов дела и установлено судами, __ в соответствии со статьей 2 Федерального закона от 12.08.1995 № 144-ФЗ «Об оперативно-розыскной деятельности» сотрудниками ___ ГУ МВД России по СПб и ЛО проведена проверка по заявлению гражданина К. по факту возможных нарушений авторских и смежных прав Предпринимателем, а именно, реализации контрафактных комплектующих для мобильных телефонов под различными товарными знаками, в том числе «Нокиа» по адресу: ___.

Сотрудниками ___ ГУ МВД России по СПб и ЛО П. в рамках протокола осмотра места происшествия по материалу КУСП № __ от ___ изъят товар - комплектующие для мобильных телефонов с нанесенным логотипом фирмы ___, с другими маркировками, а также немаркированных. Указанное имущество по актам приема-передачи передано на ответственное хранение в ООО ___.

Отделом дознания ____ вынесено постановление о возбуждении уголовного дела         № __ в отношении неустановленного лица по признакам преступления, предусмотренного частью 2 статьи 180 Уголовного кодекса Российской Федерации.

Полагая, что сотрудником ____ ГУ МВД России по СПб и ЛО П. при проведении осмотра места происшествия и изъятии товара  нарушены требования действующего законодательства, Предприниматель обратился с жалобой на действия вышеуказанного сотрудника в ____ районный суд Санкт-Петербурга.

Постановлением ____ суда по Санкт-Петербургу от__ жалоба Предпринимателя удовлетворена частично, а именно, признаны незаконными действия сотрудника ___ ГУ МВД России по СПб и ЛО П. по изъятию у Предпринимателя спорного товара.

В связи с неисполнением должностным лицом ГУ МВД РФ по СПб и ЛО постановления ____ суда Санкт-Петербурга от __, Предприниматель обратился с заявлением в ___ суд Санкт-Петербурга, который постановлением от __ обязал ___ возвратить незаконно изъятый у Предпринимателя товар.

На основании постановления __товар, изъятый у Предпринимателя, возвращен ему в полном объеме.

Истец, ссылаясь на то, что в результате незаконных действий должностного лица ГУ МВД РФ по СПб и ЛО по изъятию  товара, не содержащего никаких товарных знаков и средств индивидуализации, схожих до степени смешения с товарными знаками, ему причинен материальный ущерб в сумме ____ обратился в суд с вышеуказанным иском.

При новом рассмотрении дела суды первой и апелляционной инстанций пришли к выводу о наличии правовых оснований для взыскания убытков.

Суд кассационной инстанции, изучив материалы дела и доводы участвующих в деле лиц, приходит к следующему.

Согласно статье 15 ГК РФ лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере (пункт 1). Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода). Если лицо, нарушившее право, получило вследствие этого доходы, лицо, право которого нарушено, вправе требовать возмещения наряду с другими убытками упущенной выгоды в размере не меньшем, чем такие доходы (пункт 2).

Вред, причиненный гражданину или юридическому лицу в результате незаконных действий (бездействия) государственных органов, органов местного самоуправления либо должностных лиц этих органов, в том числе в результате издания не соответствующего закону или иному правовому акту акта государственного органа или органа местного самоуправления, подлежит возмещению. Вред возмещается за счет соответственно казны Российской Федерации, казны субъекта Российской Федерации или казны муниципального образования (статьи 1069 ГК РФ).

Как разъяснено в пункте 12 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» (далее - Постановление № 25), по делам о возмещении убытков истец обязан доказать, что ответчик является лицом, в результате действий (бездействия) которого возник ущерб, а также факты нарушения обязательства или причинения вреда, наличие убытков (пункт 2 статьи 15 ГК РФ). Размер подлежащих возмещению убытков должен быть установлен с разумной степенью достоверности.

Следовательно, применение такой меры гражданско-правовой ответственности, как возмещение убытков, возможно, если доказаны в совокупности следующие условия: противоправность действий причинителя убытков, причинная связь между такими действиями и возникшими убытками, наличие понесенных убытков и их размер.

Для удовлетворения требований о взыскании убытков необходима доказанность всей совокупности указанных фактов. Недоказанность одного из необходимых оснований возмещения убытков исключает возможность удовлетворения требований.

В соответствии с разъяснениями, содержащимися в абзаце 3 пункта 13 Постановления № 25, уменьшение стоимости имущества истца по сравнению с его стоимостью до нарушения ответчиком обязательства или причинения им вреда является реальным ущербом даже в том случае, когда оно может непосредственно проявиться лишь при отчуждении этого имущества в будущем.

Как следует из материалов дела, требования истца направлены на возмещение убытков, связанных с уменьшением стоимости незаконно изъятого ответчиком товара.

Определяя размер подлежащих возмещению убытков, суды исходили из результатов назначенной судом первой инстанции при новом рассмотрении дела судебной экспертизы, согласно которой размер причиненного истцу в результате изъятия и хранения на складе ООО ___ товара рассчитан в виде разницы между его рыночной стоимостью на момент изъятия - __ и возврата - __.

Вместе с тем указанный размер убытков определен без учета фактической стоимости приобретенного Б.. товара. Обстоятельства, связанные с приобретением Предпринимателем товара, в частности, размер реально понесенных Предпринимателем затрат, основания приобретения и оплаты товара, его стоимость судами не выяснялись и не устанавливались.

Ввиду изложенного, экспертное заключение не может быть положено в основу определения и подтверждения размера убытков в виде реального ущерба, законные основания для возмещения убытков в заявленном размере отсутствовали.

Кроме того, как указано выше, возможность взыскания убытков закон связывает с наличием причинно-следственной связи между виновными действиями (бездействием) одного лица и наступившими отрицательными последствиями в имуществе другого лица.

Причинно-следственная связь между фактом нарушения права и убытками должна обладать следующими характеристиками: 1) причина предшествует следствию, 2) причина является необходимым и достаточным основанием наступления следствия.

Из представленного экспертного заключения следует, что размер убытков рассчитывался исходя из рыночной стоимости продукции с учетом ее фактического технического состояния и функционального износа. При определении рыночной стоимости методом технического диагностирования по результатам проведенных замеров установлено неудовлетворительное техническое состояние продукции, вызванное хранением с нарушением температурно-влажностного режима. Вместе с тем, из материалов дела, в том числе заключения не следует, и судами не установлено, что ухудшение технического состояния и понижение стоимости товара стали следствием действий ответчика, состояние товара на момент изъятия и на момент возврата не выяснялось, техническая экспертиза для выявления причин повреждения товара не проводилась.

Таким образом, истец, вопреки требованиям, установленным статьей 65 АПК РФ, не доказал размер понесенных убытков и наличие причинно - следственной связи между действиями ответчика и возникшими у Предпринимателя убытками.

Отсутствие совокупности обстоятельств для применения гражданско­правовой ответственности не дает оснований для возмещения убытков за счет ответчика и, как следствие, для удовлетворения иска.

При рассмотрении дела суд апелляционной инстанции квалифицировал подлежащие возмещению убытки как упущенную выгоду. Вместе с тем обстоятельства, необходимые для определения размера упущенной выгоды, в частности, предпринятые для ее получения меры и сделанные с этой целью приготовления (пункт 4 статьи 393 ГК РФ) судами не устанавливались и не выяснялись. Исходя из существа спорных правоотношений и позиции истца, целью предъявленного иска является возмещение убытков в виде реального ущерба.

С учетом изложенного, обжалуемые судебные акты не соответствуют положениям статьи 15 ГК РФ и подлежат отмене по основаниям, предусмотренным частью 1 статьи 288 АПК РФ, как принятые с неправильным применением норм материального права.

При отсутствии оснований для удовлетворения требований о взыскании убытков требования Предпринимателя о взыскании судебных расходов и расходов на оплату экспертных услуг, являющихся производными от основного требования (о взыскании убытков), также не подлежат удовлетворению.

В соответствии со статьей 110 АПК РФ расходы по уплате государственной пошлины по делу относятся на Предпринимателя.

В связи с рассмотрением кассационной жалобы по существу и принятием настоящего судебного акта приостановление исполнения решения от ___ и постановления от __ по настоящему делу, принятое определением Арбитражного суда Северо-Западного округа от ___, утрачивает силу.

Руководствуясь статьями 286, 287, 289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Северо-Западного округа

п о с т а н о в и л:

решение Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от ___ и постановление Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от ___ по делу № _____ отменить.

В удовлетворении иска отказать.

Взыскать с индивидуального предпринимателя Б. в доход федерального бюджета __ государственной пошлины.

Приостановление исполнения решения от __ и постановления от ___ по настоящему делу, принятое определением Арбитражного суда Северо-Западного округа от __, отменить.

Решение Фрунзенского районного суда Санкт-Петербурга о взыскании неосновательного обогащения

Дело № 2-1430/2017 ДД.ММ.ГГГГ

Р Е Ш Е Н И Е

Именем Российской Федерации

Фрунзенский районный суд Санкт-Петербурга в составе:

председательствующего судьи Мончак Т.Н.,

при секретаре ФИО4,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску Главного управления Министерства внутренних дел России по Санкт-Петербургу и <адрес> к ФИО2 о взыскании неосновательного обогащения,

У С Т А Н О В И Л:

ГУ МВД России по <адрес> и <адрес> обратилось в суд с иском к ФИО2, указав, что ответчик проходил службу в органах внутренних дел РФ с <данные изъяты> года, последняя замещаемая должность – старший оперуполномоченный по ОВД 8 отдела центра по противодействию экстремизму ГУ МВД России по Санкт-Петербургу и <адрес>.

ДД.ММ.ГГГГ ФИО2 в соответствии со ст.4 ФЗ от ДД.ММ.ГГГГ №, Правилами предоставления единой социальной выплаты (далее – ЕСВ) для приобретения или строительства жилого помещения сотрудникам органов внутренних дел РФ, утв. Постановлением Правительства РФ от ДД.ММ.ГГГГ №, было подано заявление о принятии его на учет для получения ЕСВ. При этом ответчик указал, что помещений, занимаемых по договору социального найма, и (или) принадлежащих на праве собственности на территории РФ он и члены его семьи не имеют.

Решением Комиссии ГУ МВД России от ДД.ММ.ГГГГ №П ФИО2 принят на учет на получение ЕСВ для приобретения и строительства жилого помещения в составе семьи из двух человек (он, сын), впоследствии в состав семьи включена жена ФИО5

В соответствии с решением комиссии от ДД.ММ.ГГГГ ФИО2 произведена выплата ЕСВ в размере <данные изъяты> руб.

Впоследствии было установлено, что у ФИО2 по состоянию на ДД.ММ.ГГГГ имелась в собственности квартира, расположенная по адресу: <адрес>.

Указывая, что со стороны ответчика имела место недобросовестность в части предоставления сведений для постановки на учет на ЕСВ, истец со ссылкой на ст. 1102 ГК РФ просил взыскать с ответчика в доход государства в лице ГУ МВД России по Санкт-Петербургу и <адрес> <данные изъяты> копеек.

Представитель истца ФИО6, действующая на основании доверенности, в судебное заседание явилась, исковые требования поддержала в полном объеме.

Ответчик ФИО2 в судебном заседании возражал против удовлетворения заявленных требований.

Суд, заслушав пояснения сторон, изучив материалы дела, оценив собранные по делу доказательства по правилам ст.67 ГПК РФ, приходит к следующему.

Ответчик, подполковник полиции ФИО2, старший оперуполномоченный по ОВД 8 отдела центра по противодействию экстремизму ГУ МВД России по <адрес> и <адрес>, состоит на службе в органах внутренних дел с ДД.ММ.ГГГГ.

ДД.ММ.ГГГГ ФИО2 обратился к начальнику ГУ МВД России по <адрес> и <адрес> с заявлением о принятии его с сыном ФИО1, <данные изъяты> г.р., на учет для получения ЕСВ для приобретения или строительства жилого помещения. При этом ответчик в заявлении указал, что помещений, занимаемых по договору социального найма, и (или) принадлежащих на праве собственности (доли в собственности на жилые помещения) на территории РФ, помимо жилого помещения, в котором зарегистрированы, не имеют.

Отношения, связанные с обеспечением жилыми помещениями сотрудников, граждан Российской Федерации, уволенных со службы в органах внутренних дел, членов их семей и лиц, находящихся (находившихся) на их иждивении, а также с предоставлением им иных социальных гарантий, регулируются Федеральным законом от ДД.ММ.ГГГГ N 247-ФЗ "О социальных гарантиях сотрудникам органов внутренних дел Российской Федерации и внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации" (далее - Федеральный закон от ДД.ММ.ГГГГ N 247-ФЗ).

Согласно части 1 статьи 4 этого Закона сотрудник, имеющий стаж службы в органах внутренних дел не менее 10 лет в календарном исчислении, имеет право на единовременную социальную выплату для приобретения или строительства жилого помещения один раз за весь период государственной службы, в том числе службы в органах внутренних дел.

Право сотрудника органов внутренних дел на единовременную социальную выплату признается при установлении его нуждаемости в жилом помещении, которая определяется по основаниям, перечисленным в части 2 статьи 4 Федерального закона от ДД.ММ.ГГГГ N 247-ФЗ. В частности, единовременная социальная выплата предоставляется сотруднику при условии, что он не является нанимателем жилого помещения по договору социального найма или членом семьи нанимателя жилого помещения по договору социального найма либо собственником жилого помещения или членом семьи собственника жилого помещения (пункт 1 части 2 статьи 4 Федерального закона от ДД.ММ.ГГГГ N 247-ФЗ); является нанимателем жилого помещения по договору социального найма или членом семьи нанимателя жилого помещения по договору социального найма либо собственником жилого помещения или членом семьи собственника жилого помещения и обеспечен общей площадью жилого помещения на одного члена семьи менее 15 квадратных метров (пункт 2 части 2 статьи 4 Федерального закона от ДД.ММ.ГГГГ №247-ФЗ).

Частью 4 статьи 4 Федерального закона от ДД.ММ.ГГГГ N 247-ФЗ предусмотрено, что единовременная социальная выплата предоставляется сотруднику с учетом совместно проживающих с ним членов его семьи.

Правила предоставления единовременной социальной выплаты, порядок расчета ее размера и порядок исчисления стажа службы в органах внутренних дел для предоставления единовременной социальной выплаты определяются Правительством Российской Федерации (часть 5 статьи 4 Федерального закона от ДД.ММ.ГГГГ №247-ФЗ).

Во исполнение нормы части 5 статьи 4 Федерального закона от ДД.ММ.ГГГГ N 247-ФЗ Правительством Российской Федерации принято Постановление от ДД.ММ.ГГГГ №, которым утверждены Правила предоставления единовременной социальной выплаты для приобретения или строительства жилого помещения сотрудникам органов внутренних дел Российской Федерации (далее - Правила).

Согласно пункту 5 Правил принятие сотрудника на учет для получения единовременной выплаты осуществляется на основании заявления сотрудника, к заявлению прилагается ряд документов, в том числе копии документов, подтверждающих наличие либо отсутствие в собственности сотрудника и (или) членов его семьи жилых помещений, помимо жилого помещения, в котором они зарегистрированы (подпункт "е" названного пункта).

Решение о принятии (отказе в принятии) сотрудников на учет для получения единовременной социальной выплаты принимается комиссией по предоставлению сотрудникам единовременной социальной выплаты, образованной правовым актом федерального органа исполнительной власти, не позднее чем через 2 месяца после подачи сотрудником заявления и документов, предусмотренных пунктом 5 Правил (подпункт "в" пункта 14, пункт 10, пункт 15 Правил).

По смыслу приведенных нормативных положений, комиссия принимает решение о постановке сотрудника на учет для получения единовременной социальной выплаты при установлении его нуждаемости в жилом помещении по одному из условий, определенных частью 2 статьи 4 Федерального закона от ДД.ММ.ГГГГ N 247-ФЗ, либо об отказе в постановке на указанный учет при отсутствии соответствующих условий.

При этом наличие таких условий определяется комиссией на основании приложенных к заявлению сотрудником копий документов, перечисленных в пункте 5 Правил и заверенных в установленном законом порядке.

Действующим правовым регулированием определен перечень необходимых документов для постановки сотрудника на учет для получения единовременной социальной выплаты и требования к оформлению этих документов. При этом органам МВД России не предоставлено право запрашивать, а сотрудникам - право представлять документы для постановки на такой учет по своему усмотрению взамен тех документов, которые предусмотрены Правилами.

Как следует из материалов дела и установлено судом, ФИО7 при постановке на учет для получения ЕСВ в 2012 г. были представлены уведомления об отсутствии в ЕГРП сведений о правах на недвижимое имущество и сделок с ним на себя и сына.

Решением Комиссии ГУ МВД России по жилищно-бытовым и вопросом и предоставлению единовременной социальной выплаты для приобретения и строительства жилого помещения (далее - Комиссия) от ДД.ММ.ГГГГ <данные изъяты> ФИО7 A.JI. был принят на учет на получение единовременной социальной выплаты для приобретения и строительства жилого помещения, в составе семьи из двух человек (он, сын - ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ г.р.), решение утверждено распоряжением ГУ МВД России от ДД.ММ.ГГГГ №.

Протоколом Комиссии от ДД.ММ.ГГГГ №П, утв. распоряжением ГУ МВД России от ДД.ММ.ГГГГ №, состав семьи изменен, включена жена - ФИО5

В соответствии с решением Комиссии от ДД.ММ.ГГГГ №В, утвержденным распоряжением ГУ МВД России от ДД.ММ.ГГГГ №, ФИО2произведена выплата ЕСВ в размере <данные изъяты> рублей, при этом расчет осуществлялся исходя из отсутствия в собственности ФИО2 и членов его семьи жилых помещений.

Согласно платежному поручению № от ДД.ММ.ГГГГ указанная выплата перечислена на расчетный счет ФИО2

Согласно п. 1 ст. 1102 ГК РФ лицо, которое без установленных законом, иными правовыми актами/или сделкой оснований приобрело или сберегло имущество (приобретатель) за счет другого лица (потерпевшего), обязано возвратить последнему неосновательно приобретенное или сбереженное имущество (неосновательное обогащение), за исключением случаев, предусмотренных статьей 1109 настоящего Кодекса.

Истец указывает, что в ходе проверки финансово-хозяйственной деятельности ГУ МВД России Контрольно-ревизионным управлением МВД России было установлено, что по состоянию на 01.01.2000г. в собственности ФИО2 имелась квартира, расположенная по адресу: <адрес>.

В представленных в 2012 году ФИО2 документах присутствовала справка из Республиканского ГУП «БТИ» Министерства строительства, архитектуры и жилищно- коммунального хозяйства Республики Татарстан от ДД.ММ.ГГГГ №, содержащая архивные сведения о том, что по состоянию на ДД.ММ.ГГГГ за ФИО2 и сыном - ФИО1 на праве совместной собственности зарегистрирована квартира (метраж отсутствовал) по адресу: <адрес>. Свидетельство о праве собственности на эту квартиру, либо иные правоустанавливающие документы, подтверждающие факт нахождения в собственности у ФИО2 и сына данного объекта недвижимости, представлены не были.

При этом были представлены сведения Росреестра (справка от ДД.ММ.ГГГГ № и от ДД.ММ.ГГГГ № о правах отдельного лица на имевшиеся (имеющиеся) объекты недвижимого имущества на территории Российской Федерации, на ФИО1 и ФИО2 соответственно, в которых указано, что жилые помещения (доли на жилые помещения), находящиеся в собственности у ФИО2 (его сына) отсутствуют.

Аналогичные сведения были представлены ФИО2 и в 2015 году, при предоставлении актуальных документов перед принятием решения о предоставлении ФИО2 ЕСВ. В соответствии со справками Управления Росреестра по Санкт-Петербургу от ДД.ММ.ГГГГ сведения о правах ФИО1 и ФИО2 на имеющиеся у него объекты недвижимого имущества отсутствовали.

В соответствии с выпиской из ЕГРП от ДД.ММ.ГГГГ № ДД.ММ.ГГГГ было зарегистрировано право собственности ФИО2 на квартиру, расположенную в <адрес>, доля в праве 1/3. При этом основанием для государственной регистрации права послужило решение Чистопольского городского суда Республики Татарстан от ДД.ММ.ГГГГ №, а также договор на передачу жилого помещения в собственность граждан от ДД.ММ.ГГГГ, зарегистрированный в БТИ <адрес> и <адрес> ДД.ММ.ГГГГ за №.

Аналогичные сведения были получены и на сына ФИО2 - ФИО1, согласно выписке из ЕГРП от ДД.ММ.ГГГГ №.

Таким образом, на момент принятия на учет на получение ЕСВ у ФИО2 с сыном на праве общей долевой собственности находилась квартира, площадью 66.8 кв.м, расположенная по адресу: <адрес>, в связи с чем у ответчика отсутствовало право на поставку на учет на получение ЕСВ в соответствии с положениями ч. 2 статьи 4 Закона о социальных гарантиях.

Пунктом 14 Правил предоставления единовременной социальной выплаты предусмотрено, что комиссия выполняет, в том числе, следующие функции: проверяет сведения, содержащиеся в документах, представленных сотрудником в соответствии с пунктом 5 Правил (подпункт "а" названного пункта), направляет в случае необходимости запрос в определяемое Министерством внутренних дел Российской Федерации уполномоченное подразделение центрального аппарата Министерства внутренних дел Российской Федерации для получения справки о предоставлении сотруднику единовременной выплаты по прежним местам прохождения службы, а также в другие государственные органы и организации для проверки сведений о наличии у сотрудника условий для принятия его на учет для получения единовременной социальной выплаты (подпункт "б" пункта 14 Правил).

В целях проверки сведений, содержащихся в формируемой уполномоченным подразделением базе данных о лицах, принятых на учет для получения единовременной социальной выплаты, Министерство внутренних дел Российской Федерации и органы могут направлять запросы в федеральные государственные органы, а также государственные органы субъектов Российской Федерации для получения информации, необходимой для предоставления единовременной выплаты (пункт 26 Правил).

Из содержания приведенных выше положений следует, что запросы в соответствующие государственные органы направляются с целью проверки определенных сведений, представленных сотрудником при подаче им заявления о постановке на учет для получения единовременной социальной выплаты для приобретения или строительства жилого помещения.

Вместе с тем по делу установлено, что документов, которые могли бы быть предметом проверки со стороны комиссии ГУ МВД России по Санкт-Петербургу и <адрес> и содержащих сведения о наличии или отсутствии в собственности или в пользовании ответчика и членов его семьи жилых помещений, ФИО2 в комиссию не представлено, ходатайство об оказании комиссией содействия в истребовании таких документов заявлено не было.

Учитывая, что ФИО2 при обращении с заявлением о постановке на учет для получения указанной выплаты были представлены недостоверные (ложные) сведения, правоустанавливающие документы на жилое помещение, находившееся у него и его сына в собственности, представлены не были, суд приходит к выводу о доказанности наличия в действиях ответчика полного состава гражданского правонарушения, предусмотренного пунктом 1 статьи 1102 ГК РФ, так как ФИО2 в отсутствие предусмотренных Федеральным законом от ДД.ММ.ГГГГ №, Правилами предоставления единой социальной выплаты правовых оснований получил за счет средств федерального бюджета в качестве неосновательного обогащения денежные средства в сумме <данные изъяты> руб. на приобретение жилого помещения при наличии у него и сына ФИО1 иного пригодного для проживания жилого помещения на территории РФ, что в силу ст. 4 ФЗ № является обстоятельством, исключающим получение денежных средств. Так как этот случай не входит в перечень, предусмотренный ст. 1109 ГК РФ, ФИО2 обязан возвратить истцу неосновательно приобретенное имущество в виде денежных средств в указанной выше сумме на основании пункта 1 статьи 1102, пунктом 1 статьи 1064 ГК РФ.

В силу ст. 103 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации с ответчика подлежит взысканию госпошлина в связи с рассмотрением дела в суде в размере <данные изъяты> копеек, от оплаты которой истец был освобожден при подаче иска в суд.

Руководствуясь ст. 194-199 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

Взыскать с ФИО2 в доход государства в лице Главного управления Министерства внутренних дел России по Санкт-Петербургу и <адрес> неосновательно полученные денежные средства в размере <данные изъяты> копеек.

Взыскать с ФИО2 в доход бюджета Санкт-Петербурга государственную пошлину в сумме <данные изъяты> копеек.

Решение может быть обжаловано в течение месяца с момента изготовления мотивированного решения в Санкт-Петербургский городской суд путем подачи апелляционной жалобы через Фрунзенский районный суд Санкт-Петербурга.

Судья

 

Решение Куйбышевского районного суда Санкт-Петербурга по иску МВД России, ГУ МВД России по г. Санкт-Петербургу и Ленинградской области к Колесову Н.В., АО «АЖУР-МЕДИА» о защите чести, достоинства и деловой репутации

Куйбышевский районный суд Санкт-Петербурга в составе:

председательствующего судьи Воробьевой И.А.

при секретаре  Александровой С.А.

 

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску МВД России, ГУ МВД России по г. Санкт-Петербургу и Ленинградской области к Колесову Н.В., АО «АЖУР-МЕДИА» о признании не соответствующими действительности сведений порочащих деловую репутацию, обязании удалить с интернет-сайта статью содержащую сведения порочащего характера, компенсации вреда деловой репутации,

 

У С Т А Н О В И Л:

 

Истцы обратились в суд с указанным иском, в котором просили признать сведения, размещенные на сайте Петербургской интернет-газеты «ФОНТАНКА.РУ» (www.fontanka.ru) в статье под названием «Собственная безопасность лужского наркобизнеса» не соответствующими действительности, обязании Петербургской интернет-газеты «ФОНТАНКА.РУ» удалить с интернет-сайта www.fontanka.ru статью «Собственная безопасность лужского наркобизнеса», взыскании с Колесова Н.В. в пользу МВД России и ГУ МВД России по г. Санкт-Петербургу и Ленинградской области компенсации вреда деловой репутации по 15 000 рублей.

Представитель ГУ МВД России по г. Санкт-Петербургу и Ленинградской области и МВД России, действующая на основании доверенности, в судебное заседание явилась, исковые требования поддержала в полном объеме.

В обоснование иска представитель истцов указала, что 15.12.2015 года на сайте Петербургской интернет-газеты «ФОНТАНКА.РУ» (www.fontanka.ru), была опубликована статья под названием «Собственная безопасность лужского наркобизнеса», где в интервью корреспонденту газеты, бывший сотрудник органов внутренних дел Колесов Н.В. утверждает о многочисленных противоправных действиях сотрудников УСБ.

Указанные утверждения, несомненно, порочат честь, достоинство и деловую репутацию ГУ МВД России по г. Санкт-Петербургу и Ленинградской области и МВД России, поскольку содержат сведения о совершении сотрудниками противоправных действий, за которые законом установлена уголовная ответственность. Более того, данная публикация вызвала общественный резонанс и негативные отзывы граждан о сотрудниках органов внутренних дел и деятельности органов внутренних дел в целом.

При этом, указанные сведения не соответствуют действительности, так как по результатам проведенных проверок в действиях сотрудников нарушений не выявлено.

Представитель ответчика АО «АЖУР-МЕДИА», являющийся учредителем СМИ «ФОНТАНКА.РУ»,в судебное заседание не явился, о времени и месте рассмотрения дела извещался, ранее представил документы об удалении в добровольном порядке с интернет-сайта www.fontanka.ru статьи под названием «Собственная безопасность лужского наркобизнеса»,просил рассмотреть дело в отсутствии представителя.

Ответчик Колесов Н.В. в судебное заседание не явился, о времени и месте рассмотрения дела извещался по адресу регистрации по месту жительства.

В соответствии с ч.1 ст. 113 ГПК РФ лица, участвующие в деле, извещаются или вызываются в суд заказным письмом с уведомлением о вручении, судебной повесткой с уведомлением о вручении, телефонограммой или телеграммой, по факсимильной связи, либо с использованием иных средств связи и доставки, обеспечивающих фиксирование судебного извещения или вызова и его вручение адресату.

Изучив материалы дела, оценив представленные доказательства по правилам ст. 67 ГПК РФ, суд приходит к следующему.

Как следует из материалов дела, в средстве массовой информации в сети Интернет на сайте«ФОНТАНКА.РУ» опубликована статья от 15.12.2015 под заголовком «Собственная безопасность лужского наркобизнеса».

Согласно сведениям, Федеральной службы по надзору в сфере связи, информационных технологий и массовых коммуникаций (РОСКОМНАДЗОР), учредителем и издателем электронного СМИ  «ФОНТАНКА.РУ» является АО «АЖУР-МЕДИА» номер свидетельства о регистрации ЭЛ № ФС 77 – 66333 от 14.07.2016.

В данной статье, опубликовано интервью корреспондента газеты «ФОНТАНКА.РУ» с бывшим сотрудником органов внутренних дел Колесовым Н.В.

В указанной статье содержатся следующие сведения: «со ссылкой на слова Колесова Н.В..:«Он убежден, что организацией лужского наркобизнеса занят целый отдел УСБ во главе с руководством»;

«Все эти месяцы Колесов открыто заявляет: дело против него было сфабриковано сотрудниками УСБ после того, как он организовал задержание за сбыт наркотиков лужского уголовника Сергея Чучина».

В частности, в данной статье приводятся следующие утверждения как прямая речь Колесова Н.В.:

на вопрос корреспондента «А кто его прикрывает?»

ответ Колесова Н.В.: «В то время — начальник 5-го отдела управления собственной безопасности и его опера» (с учетом контекста, понимаемого как то, что противозаконную деятельность ранее судимого С. Чучина прикрывает начальник 5-го отдела управления собственной безопасности и его подчиненные);

ответ Колесова Н.В.: «Потому что пришли сотрудники УСБ и написали пачку ходатайств. Бегали в суд, отстаивали своего человека. Якобы он суперагент, а я сорвал супероперацию» (с учетом контекста, понимаемого как то, что, сотрудники управления собственной безопасности содействовали ранее судимому С. Чучину, для того чтобы он избежал уголовной ответственности);

на вопрос корреспондента «Неужели один дилер содержал стольких полицейских?»

ответ Колесова Н.В.: «Каждый от него получал ежемесячно по 60 – 70 тысяч рублей. Плюс по десятке Чучин давал им на гаишников, чтобы его машину инспекторы не трогали. Возил он практически в открытую, знал, что его никто не тронет. Но я думаю, что с гаишниками так договаривались, без денег, а то, что брали под них, плюсовали к своей доле» (с учетом контекста, как ответ на вопрос, понимаемый как то что, сотрудники полиции систематически получали от ранее судимого С.Чучина деньги и покровительствовали ему в незаконной деятельности);

на вопрос корреспондента «А лужская полиция смотрит на это и соглашается?»

ответ Колесова Н.В.: «Кто-то в доле, кто-то просто боялся. Сейчас ещё больше боятся, что могут разделить мою судьбу. Это же полиция: никто не хочет выносить сор из избы. Все вопросы хотят решать деликатно» (с учетом контекста, понимаемого как то, что, сотрудники полиции не препятствуют противозаконной деятельности С.Чучина, так как либо систематически получают от него деньги, либо боятся привлечения к уголовной ответственности);

ответ Колесова Н.В.: «…оказалось, что я это говорил тем, кто получал деньги от того же Чучина» (с учетом контекста, понимаемого как то, что, сотрудники управления собственной безопасности получают деньги от ранее судимого С. Чучина).

В соответствии с п.1 ст.152 Гражданского кодекса РФ гражданин вправе требовать по суду опровержения порочащих его честь, достоинство или деловую репутацию сведений, если распространивший такие сведения не докажет, что они соответствуют действительности. Опровержение должно быть сделано тем же способом, которым были распространены сведения о гражданине, или другим аналогичным способом.

В силу п.5 ст.152 Гражданского кодекса РФ если сведения, порочащие честь, достоинство или деловую репутацию гражданина, оказались после их распространения доступными в сети "Интернет", гражданин вправе требовать удаления соответствующей информации, а также опровержения указанных сведений способом, обеспечивающим доведение опровержения до пользователей сети "Интернет".

В абз. 1 п. 7 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 24 февраля 2005 года N 3 "О судебной практике по делам о защите чести и достоинства граждан, а также деловой репутации граждан и юридических лиц" разъяснено, что обстоятельствами, имеющими в силу ст. 152 ГК РФ значение для дела, являются: факт распространения ответчиком сведений об истце, порочащий характер этих сведений и несоответствие их действительности. При отсутствии хотя бы одного из указанных обстоятельств иск не может быть удовлетворен судом.

Как указано в п.9 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 24 февраля 2005 года N 3 "О судебной практике по делам о защите чести и достоинства граждан, а также деловой репутации граждан и юридических лиц", в силу пункта 1 статьи 152 Гражданского кодекса Российской Федерации обязанность доказывать соответствие действительности распространенных сведений лежит на ответчике. Истец обязан доказать факт распространения сведений лицом, к которому предъявлен иск, а также порочащий характер этих сведений.

В соответствии с разъяснениями Пленума Верховного Суда Российской Федерации в постановлении от 24 февраля 2005 года N 3 "О судебной практике по делам о защите чести и достоинства граждан, а также деловой репутации граждан и юридических лиц" под распространением сведений, порочащих честь и достоинство граждан, следует понимать опубликование таких сведений в печати, трансляцию по радио и телевидеопрограммам, демонстрацию в кинохроникальных программах и других средствах массовой информации, распространение в сети Интернет, а также с использованием иных средств телекоммуникационной связи, изложение в служебных характеристиках, публичных выступлениях, заявлениях, адресованных должностным лицам, или сообщение в иной, в том числе устной форме, хотя бы одному лицу.

Порочащими, в частности, являются сведения, содержащие утверждения о нарушении гражданином или юридическим лицом действующего законодательства, совершении нечестного поступка, неправильном, неэтичном поведении в личной, общественной или политической жизни, недобросовестности при осуществлении производственно-хозяйственной и предпринимательской деятельности, нарушении деловой этики или обычаев делового оборота, которые умаляют честь и достоинство гражданина или деловую репутацию гражданина либо юридического лица.

К не соответствующим действительности сведениям относятся утверждения о фактах или событиях, которые не имели места в реальности во время, к которому относятся оспариваемые сведения.

Согласно п.5 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24 февраля 2005 года N 3 надлежащими ответчиками по искам о защите чести, достоинства и деловой репутации являются авторы не соответствующих действительности порочащих сведений, а также лица, распространившие эти сведения.

Если оспариваемые сведения были распространены в средствах массовой информации, то надлежащими ответчиками являются автор и редакция соответствующего средства массовой информации. Если эти сведения были распространены в средстве массовой информации с указанием лица, являющегося их источником, то это лицо также является надлежащим ответчиком.

Согласно материалам дела, по обстоятельствам, изложенным на сайте интернет-газеты «ФОНТАНКА.РУ» оперативно-розыскной частью (собственной безопасности) ГУ МВД России по г. Санкт-Петербургу и Ленинградской области была проведена проверка, по результатам которой факты противоправной деятельности сотрудников своего подтверждения не нашли.

Исходя из изложенного, проанализировав содержание статьи «Собственная безопасность лужского наркобизнеса», опубликованной на сайте Петербургской интернет-газеты «ФОНТАНКА.РУ» от 15.12.2015 года, суд приходит к выводу о том, что содержащиеся в них сведения об истцах являются порочащими их деловую репутацию, поскольку указывают на совершение сотрудниками органов внутренних дел противоправных, аморальных и уголовно наказуемых деяний, которые несомненно порочат деловую репутацию как ГУ МВД России по г. Санкт-Петербургу и Ленинградкой области – головного подразделения в котором непосредственно проходят службу указанные в статье сотрудники, так и всей системы правоохранительных органов в целом, то есть МВД России. При этом умаление репутации и авторитета ГУ МВД России по г. Санкт-Петербургу и Ленинградской области, а также МВД России, может негативно сказаться на эффективности их служебной деятельности, поскольку задачей данных органов является противодействие преступной деятельности граждан и организаций, обеспечение и защита нарушенных прав, укрепление законности и правопорядка. Опубликование же сведений о противоправном поведении сотрудников влечет снижение доверия граждан к деятельности данных органов.

Кроме того, со ссылкой на статью, опубликованную в интернет-газете «ФОНТАНКА.РУ» (www.fontanka.ru), статья «Собственная безопасность лужского наркобизнеса» была опубликована на других интернет изданиях (news.rambler.ru,www.anews.com, и др.), таким образом, опубликование указанных сведений было совершено неоднократно, в различных источниках, укрепляя в сознании читателя мысль о противозаконной деятельности сотрудников ГУ МВД России по г. Санкт-Петербургу и Ленинградской области и МВД России.

Согласно пункту 5 Обзора практики рассмотрения судами дел по спорам о защите чести, достоинства и деловой репутации
(утв. Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 16 марта 2016 г.) при рассмотрении дел о защите чести и достоинства одним из юридически значимых обстоятельств, подлежащих установлению, является характер распространенной информации, то есть установление того, является ли эта информация утверждением о фактах либо оценочным суждением, мнением, убеждением.

Исходя из позиции Европейского Суда по правам человека – при рассмотрении дел о защите чести, достоинства и деловой репутации судам следует различать имеющие место утверждения о фактах, соответствие действительности которых можно проверить, и оценочные суждения, мнения, убеждения, которые не являются предметом судебной защиты в порядке статьи 152 ГК РФ, поскольку, являясь выражением субъективного мнения и взглядов ответчика, они не могут быть проверены на предмет соответствия их действительности.

По мнению суда, обстоятельства, указанные Колесовым Н.В., не могут быть предметом проверки в рамках гражданского дела, поскольку содержат сведения о совершении работниками правоохранительных органов должностных преступлений.

В тоже время, в интервью корреспонденту интернет-газеты «ФОНТАНКА.РУ» Колесов Н.В. однозначно утверждает о неэтичном, недобросовестном и противозаконном поведении сотрудников органов внутренних дел. При этом, правовые основания указывать на противоправные действия сотрудников, отсутствуют, так как в соответствии с частью 2 статьи 8 Уголовного процессуального кодекса РФ, виновность лица в совершении преступления может быть установлена только судом, однако подобный приговор суда отсутствует.

Таким образом, суд приходит к выводу о том, что ответчик Колесов Н.В. распространил порочащие сведения, затрагивающие репутацию истцов. В материалы дела не представлено доказательств соответствия действительности оспариваемых сведений.  В связи с указанным, исковые требования к данному ответчику подлежат удовлетворению.

В части требований к АО «АЖУР-МЕДИА» следует отказать, в виду удовлетворения требований в добровольном порядке, учитывая то обстоятельство, что до принятия окончательного решения судом АО «АЖУР-МЕДИА»  выполнило требование истцов по удалению с интернет-сайта www.fontanka.ru статьи «Собственная безопасность лужского наркобизнеса», что подтверждается представленными в материалы дела документами.

В соответствии с п. 9 ст. 152 Гражданского кодекса РФ гражданин, в отношении которого распространены сведения, порочащие его честь, достоинство или деловую репутацию, наряду с опровержением таких сведений или опубликованием своего ответа вправе требовать возмещения убытков и компенсации морального вреда, причиненных распространением таких сведений.

Согласно п.11 ст.152 Гражданского кодекса РФ правила настоящей статьи о защите деловой репутации гражданина, за исключением положений о компенсации морального вреда, соответственно применяются к защите деловой репутации юридического лица.

В соответствии с п.15 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 24 февраля 2005 года N 3 "О судебной практике по делам о защите чести и достоинства граждан, а также деловой репутации граждан и юридических лиц" статья 152 Гражданского кодекса Российской Федерации предоставляет гражданину, в отношении которого распространены сведения, порочащие его честь, достоинство или деловую репутацию, право наряду с опровержением таких сведений требовать возмещения убытков и морального вреда. Данное правило в части, касающейся деловой репутации гражданина, соответственно применяется и к защите деловой репутации юридических лиц (пункт 7 статьи 152 Гражданского кодекса Российской Федерации). Поэтому правила, регулирующие компенсацию морального вреда в связи с распространением сведений, порочащих деловую репутацию гражданина, применяются и в случаях распространения таких сведений в отношении юридического лица.

Компенсация морального вреда определяется судом при вынесении решения в денежном выражении. При определении размера компенсации морального вреда судам следует принимать во внимание обстоятельства, указанные в части 2 статьи 151 и пункте 2 статьи 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации, и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Если не соответствующие действительности порочащие сведения распространены в средствах массовой информации, суд, определяя размер компенсации морального вреда, должен учесть характер и содержание публикации, а также степень распространения недостоверных сведений. При этом подлежащая взысканию сумма компенсации морального вреда должна быть соразмерна причиненному вреду и не вести к ущемлению свободы массовой информации.

При определении размера денежной компенсациивреда, причиненного деловой репутации истцов, суд, учитывая содержание и характер недостоверных сведений, степень их распространения, а также тот факт, что Колесовым Н.В. размер требуемой компенсации не оспаривается, полагает возможным удовлетворить требования ГУ МВД России по г. Санкт-Петербургу и Ленинградской области, МВД России и взыскать с Колесова Н.В. в пользу каждого из истцов компенсацию нематериального вреда деловой репутации по 15 000 рублей.

В соответствии с ч.1 ст.98 ГПК РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы, за исключением случаев, предусмотренных частью второй статьи 96 настоящего Кодекса.

Согласно ч.1 ст.103 ГПК РФ ГПК РФ издержки, понесенные судом в связи с рассмотрением дела, и государственная пошлина, от уплаты которых истец был освобожден, взыскиваются с ответчика, не освобожденного от уплаты судебных расходов, пропорционально удовлетворенной части исковых требований.

На основании изложенного и руководствуясь ст.ст. 197-199 ГПК РФ, суд

Р Е Ш И Л:

 

Исковые требования ГУ МВД России по г. Санкт-Петербургу и Ленинградской области к Колесову Н,В. АО «АЖУР-МЕДИА» удовлетворить частично.

Признать не соответствующими действительности и порочащими деловую репутацию ГУ МВД России по г. Санкт-Петербургу и Ленинградской области, МВД России сведения, изложенные в статье под названием «Собственная безопасность лужского наркобизнеса», опубликованной на интернет-сайте газеты «ФОНТАНКА.РУ» 15.12.2015 года а именно: «В то время — начальник 5-го отдела управления собственной безопасности и его опера», «Потому что пришли сотрудники УСБ и написали пачку ходатайств. Бегали в суд, отстаивали своего человека. Якобы он суперагент, а я сорвал супероперацию», «Каждый от него получал ежемесячно по 60 – 70 тысяч рублей. Плюс по десятке Чучин давал им на гаишников, чтобы его машину инспекторы не трогали. Возил он практически в открытую, знал, что его никто не тронет. Но я думаю, что с гаишниками так договаривались, без денег, а то, что брали под них, плюсовали к своей доле», «Кто-то в доле, кто-то просто боялся. Сейчас ещё больше боятся, что могут разделить мою судьбу. Это же полиция: никто не хочет выносить сор из избы. Все вопросы хотят решать деликатно», «…оказалось, что я это говорил тем, кто получал деньги от того же Чучина»;

Взыскать с Колесова Николая Викторовича в пользу ГУ МВД России по г. Санкт-Петербургу и Ленинградской области компенсацию нематериального вреда деловой репутации в размере 
15 000 (пятнадцать тысяч) рублей;

Взыскать с Колесова Николая Викторовича в пользу МВД России компенсацию нематериального вреда деловой репутации в размере 
15 000 (пятнадцать тысяч) рублей;

В требованиях в АО «АЖУР-МЕДИА» - отказать.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Санкт-Петербургский городской суд в течение месяца. 

Решение Красногвардейского районного суда Санкт-Петербурга по иску УМВД России по Выборгскому району Санкт-Петербурга, Мусаева Ю.И., Клюева Е.А., Леонтьева В.В., Тарасенкова А.В. к Королькову Д.Л. о защите чести, достоинства и деловой репутации

Красногвардейский районный суд Санкт-Петербурга в составе:

председательствующего судьи Богачевой Е.В.,

при секретаре Дмитриевой Г.С.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску УМВД России по Выборгскому району Санкт-Петербурга, Мусаева Ю.И., Клюева Е.А., Леонтьева В.В., Тарасенкова А.В. к Королькову Д.Л. о защите чести, достоинства и деловой репутации,

У С Т А Н О В И Л:

УМВД России по Выборгскому району Санкт-Петербурга, М., К., Л., Т. обратились в суд с иском к К.  о защите чести, достоинства и деловой репутации.

В обоснование заявленных требований истцы указали, что 26.06.2015 на сайте интернет-издания Г (<адрес>) был опубликован материал под названием «В Петербурге инспекторы ДПС жестоко избили сотрудника транспортной полиции на мотоцикле», где сообщалось об «избиении» мотоциклиста при задержании его сотрудниками ДПС ОГИБДД УМВД России по Выборгскому району Санкт-Петербурга за нарушение правил дорожного движения и неповиновение законным требованиям сотрудников полиции. В частности, в данной статье приводятся следующие, утверждения, несоответствующие действительности: со слов К.: «...Ко мне подошли двое инспекторов и, не представляясь, нагло так говорят: давай документы. Не проблема. У меня все документы с собой. Но я попросил их хотя бы представиться и объяснить причину и основания. Вместо этого повалили меня на землю, избили»; со ссылкой на слова К.: «Как утверждает К, по дороге в отдел его продолжали бить по голове и забрали 5 тыс. рублей, а в отделе попытки заявить о краже игнорировали». Истцы указывают, что указанные утверждения, несомненно, порочат честь, достоинство и деловую репутацию сотрудников ДПС ОГИБДД УМВД России по Выборгскому району СПб, поскольку содержат сведения о совершении сотрудниками противоправных действий, за которые законом установлена ответственность, в том числе и уголовная. Более того, вышеназванные утверждения порочат деловую репутацию УМВД России по Выборгскому району СПб, так как данная публикация вызвала общественный резонанс и негативные отзывы граждан о сотрудниках органов внутренних дел и деятельности органов внутренних дел в целом. При этом, указанные сведения не соответствуют действительности, так как по результатам проведенных проверок в действиях сотрудников ДПС ОГИБДД УМВД России по Выборгскому району СПб нарушений не выявлено. Так, по обстоятельствам, изложенным на сайте интернет-издания. Г оперативно-розыскной частью (собственной безопасности) ГУ МВД России по Санкт-Петербургу и Ленинградской области, а также УМВД России по Выборгскому району СПб была проведена проверка. В ходе проверки установлено, что 24 июня 2015 года около 4.10 сотрудниками ДПС ОГИБДД УМВД России по Выборгскому району СПб была осуществлена попытка остановки водителя мотоцикла «Сузуки», который на пересечении Выборгского шоссе и проспекта Луначарского проехал на запрещающий сигнал светофора. Водитель проигнорировал требования сотрудников полиции об остановке, продолжил движение и на перекрестке проспекта Луначарского и улицы Композиторов повторно совершил аналогичное правонарушение. По завершении маневра мотоциклист начал набирать скорость и на перекрестке улиц Композиторов и Асафьева свернул во двор. Когда водитель парковал мотоцикл у дома 3 корпус 1 по улице Асафьева, к нему подошел один из сотрудников ДПС, представился, назвал причину, по которой мотоциклиста пытались остановить и в соответствии с ПДД РФ и законом «О полиции» потребовал предъявить документы, на что водитель мотоцикла ответил отказом. Данное требование повторил второй сотрудник ДПС, который также получил отказ. Все последующие законные требования сотрудников полиции о предъявлении документов К. проигнорировал. В связи с чем, полицейскими было принято решение о задержании нарушителя, но он оказал им активное сопротивление, поэтому сотрудники ДПС вызвали подкрепление. До приезда второго экипажа ОГИБДД к инспекторам ДПС подошла женщина, которая представилась супругой мотоциклиста. Прибывшие на место происшествия сотрудники второго экипажа ОГИБДД еще раз предложили выполнить законные требования сотрудников полиции, на что водитель снова ответил отказом, после чего к нему была применена физическая сила и специальные средства - наручники. В момент осуществления задержания водитель и его супруга оскорбляли инспекторов нецензурной бранью, при этом женщина пыталась всячески помешать задержанию. После задержания нарушитель был доставлен в  отдел полиции, где предъявил документы на мотоцикл, водительское удостоверение и служебное удостоверение сотрудника транспортной полиции. По результатам проверок факты противоправной деятельности сотрудников ДПС ОГИБДД У МВД России по Выборгскому району СПб своего подтверждения не нашли.

Аналогичная служебная проверка была проведена в Санкт-Петербургском линейном управлении Министерства внутренних дел Российской Федерации на транспорте, в отношении прапорщика полиции К., по результатам которой принято решение об увольнении его со службы в ОВД, в связи с совершением проступка, порочащего честь сотрудника ОВД, выразившегося в неповиновении законным требованиям сотрудников органов внутренних дел, находящихся при исполнении должностных обязанностей, а также за нарушение Типового кодекса профессиональной этики и служебного поведения государственных служащих РФ и муниципальных служащих, повлекшего публикацию фото и видео материалов негативного характера в СМИ и нанесения существенного вреда авторитету сотрудников ОВД России и, в целом, авторитету органов власти.

Также установлено, что в результате рассмотрения протоколов АП <№> АК <№>, <№> АК <№>, <№> АК <№>, составленных в отношении К, по факту совершения им административных правонарушений, предусмотренных ч.1 ст.12.12 КоАП РФ, ч.1 ст.12.37 КоАП РФ, ч.1 ст.12.25 КоАП РФ, 30.07.15 вынесены постановления о признании К. виновным в совершении указанных правонарушений. Данные решения не обжалованы и вступили в законную силу, штрафы оплачены.

Кроме того, следователем СО по Выборгскому району ГСУ СК РФ по Санкт-Петербургу в результате рассмотрения материала по признакам состава преступления, предусмотренного статьей 286 УК РФ (превышение должностных полномочий) было вынесено постановление об отказе в возбуждении уголовного дела в отношении сотрудников ДПС ОГИБДД УМВД России по Выборгскому району СПб.

Истцы указывают, что в представленном материале, размещенном на сайте Г со ссылкой на слова К., однозначно усматривается именно утверждение о том, что сотрудники ДПС ОГИБДД УМВД России по Выборгскому району СПб совершили противоправные действия («избили, отобрали 5 тысяч рублей»). При этом, до возбуждения уголовного дела, правовых оснований указывать на противоправные действия сотрудников, не имеется.

УМВД России по Выборгскому району СПб в связи с опубликованием не соответствующих действительности сведений причинен вред деловой репутации, выразившийся в вероятном снижении доверия граждан к деятельности данных органов.

Учитывая изложенное, истцы просят признать сведения размещенные на сайте интернет-издания Г (<адрес>) под названием «В Петербурге инспекторы ДПС жестоко избили сотрудника транспортной полиции на мотоцикле» порочащими и не соответствующими действительности; взыскать с К.. в пользу УМВД России по Выборгскому району СПб компенсацию вреда деловой репутации в размере 50 000 руб., в пользу М. - компенсацию морального вреда в размере 20 000 руб., в пользу К. - компенсацию морального вреда в размере 20 000 руб., в пользу Л- компенсацию морального вреда в размере 20 000 руб., в пользу Т. – компенсацию морального вреда в размере 20 000 руб.

Представитель истца УМВД России по Выборгскому району Санкт-Петербурга в судебное заседание явился, заявленные исковые требования поддержал в полном объеме.

Истцы в судебное заседание не явились, извещались о времени и месте судебного заседания, ранее просили рассмотреть дело в их отсутствие.

Ответчик К. в судебное заседание не явился, надлежаще извещался о времени и месте судебного заседания, ходатайств об отложении судебного заседания заявлено не было.

Представитель третьего лица ГУ МВД России по Санкт-Петербургу и Ленинградской области в судебное заседание явился, поддержал заявленные требования, просил удовлетворить их в полном объеме. 

Представители третьих лиц АО «А» и «Г» в судебное заседание не явились, надлежаще извещались о времени и месте судебного заседания, ходатайств об отложении судебного заседания заявлено не было. 

Выслушав представителя истца, представителя третьего лица, изучив и оценив собранные по делу доказательства в их совокупности, суд приходит к выводу, что исковые требования заявлены обоснованно и подлежат удовлетворению по следующим основаниям.

В соответствии со статьей 23 Конституции Российской Федерации каждый имеет право на защиту своей чести и доброго имени. Статьей 29 Конституции Российской Федерации каждому гарантируется свобода мысли и слова, а также свобода массовой информации.

Согласно части 4 статьи 15 Конституции Российской Федерации общепризнанные принципы и нормы международного права и международные договоры Российской Федерации являются составной частью ее правовой системы. Применительно к свободе массовой информации на территории Российской Федерации действует статья 10 Конвенции о защите прав человека и основных свобод, в соответствии с частью 1 которой каждый человек имеет право свободно выражать свое мнение. Это право включает свободу придерживаться своего мнения, получать и распространять информацию и идеи без какого-либо вмешательства со стороны публичных властей и независимо от государственных границ.

Вместе с тем, в части 2 статьи 10 названной Конвенции указано, что осуществление этих свобод, налагающее обязанности и ответственность, может быть сопряжено с определенными формальностями, условиями, ограничениями или санкциями, которые предусмотрены законом и необходимы в демократическом обществе в интересах национальной безопасности, территориальной целостности или общественного порядка, в целях предотвращения беспорядков или преступлений, для охраны здоровья и нравственности, защиты репутации или прав других лиц, предотвращения разглашения информации, полученной конфиденциально, или обеспечения авторитета и беспристрастности правосудия. При этом положения данной нормы должны толковаться в соответствии с правовой позицией Европейского Суда по правам человека, выраженной в его постановлениях.

Предусмотренное статьями 23 и 46 Конституции Российской Федерации право каждого на защиту своей чести и доброго имени, а также установленное статьей 152 Гражданского кодекса Российской Федерации право каждого на судебную защиту чести, достоинства и деловой репутации от распространенных не соответствующих действительности порочащих сведений является необходимым ограничением свободы слова и массовой информации для случаев злоупотребления этими правами.

Согласно статьей 33 Конституции Российской Федерации граждане Российской Федерации имеют право обращаться лично, а также направлять индивидуальные и коллективные обращения в государственные органы и органы местного самоуправления..

Пунктом 11 статьи 152 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что правила настоящей статьи о защите деловой репутации гражданина, за исключением положений о компенсации морального вреда, соответственно применяются к защите деловой репутации юридического лица.

Согласно разъяснениям, изложенным в Постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.02.2005 №3 «О судебной практике по делам о защите чести и достоинства граждан, а также деловой репутации граждан и юридических лиц» под распространением сведений, порочащих честь и достоинство граждан или деловую репутацию граждан и юридических лиц, следует понимать опубликование таких сведений в печати, трансляцию по радио и телевидению, демонстрацию в кинохроникальных программах и других средствах массовой информации, распространение в сети Интернет, а также с использованием иных средств телекоммуникационной связи, изложение в служебных характеристиках, публичных выступлениях, заявлениях, адресованных должностным лицам, или сообщение в той или иной, в том числе устной, форме хотя бы одному лицу.

Не соответствующими действительности сведениями являются утверждения о фактах или событиях, которые не имели места в реальности во время, к которому относятся оспариваемые сведения.

Порочащими, в частности, являются сведения, содержащие утверждения о нарушении гражданином или юридическим лицом действующего законодательства, совершении нечестного поступка, неправильном, неэтичном поведении в личной, общественной или политической жизни, недобросовестности при осуществлении производственно-хозяйственной и предпринимательской деятельности, нарушении деловой этики или обычаев делового оборота, которые умаляют честь и достоинство гражданина или деловую репутацию гражданина либо юридического лица.

Согласно разъяснениям, изложенным в пункте 5 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.02.2005 №3 «О судебной практике по делам о защите чести и достоинства граждан, а также деловой репутации граждан и юридических лиц» надлежащими ответчиками по искам о защите чести, достоинства и деловой репутации являются авторы не соответствующих действительности порочащих сведений, а также лица, распространившие эти сведения.

В силу пункта 7 указанного Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации по делам данной категории необходимо иметь в виду, что обстоятельствами, имеющими в силу статьи 152 Гражданского кодекса Российской Федерации значение для дела, являются: факт распространения ответчиком сведений об истце, порочащий характер этих сведений и несоответствие их действительности.

Пунктом 9 вышеуказанного Постановления установлено, что в силу п.1 ст.152 Гражданского кодекса Российской Федерации бремя доказывания соответствия действительности распространенных сведений лежит на ответчике. Истец обязан доказать факт распространения сведений лицом, к которому предъявлен иск, а также порочащий характер этих сведений.

Судом установлено, что 26.06.2015 на сайте интернет-издания Г(<адрес>) был опубликован материал под названием «В Петербурге инспекторы ДПС жестоко избили сотрудника транспортной полиции на мотоцикле», где сообщалось об «избиении» мотоциклиста при задержании его сотрудниками ДПС ОГИБДД УМВД России по Выборгскому району Санкт-Петербурга за нарушение правил дорожного движения и неповиновение законным требованиям сотрудников полиции. В частности, в данной статье приводятся следующие, утверждения, несоответствующие действительности: со слов К.: «...Ко мне подошли двое инспекторов и, не представляясь, нагло так говорят: давай документы. Не проблема. У меня все документы с собой. Но я попросил их хотя бы представиться и объяснить причину и основания. Вместо этого повалили меня на землю, избили»; со ссылкой на слова К.: «Как утверждает К, по дороге в отдел его продолжали бить по голове и забрали 5 тыс. рублей, а в отделе попытки заявить о краже игнорировали».

В ходе судебного разбирательства судом установлен факт распространения в средствах массовой информации и порочащий характер сведений об истцах в вышеназванных статьях.

Проанализировав содержание спорной публикации, суд установил, что оспариваемые сведения не являются оценочными суждениями и умаляют деловую репутацию истцов, поскольку содержат утверждения об их недобросовестности при осуществлении правоохранительной деятельности, о нарушении ими норм действующего законодательства, деловой этики.

Факт опубликования сведений в средстве массовой информации и распространение их в сети Интернет подтверждается материалами дела и ответчиком не оспорен. Доказательства достоверности оспариваемых сведений не представлены.

При этом, суд принимает во внимание, что незаконность процессуальных действий сотрудников ГИБДД может быть установлена исключительно в порядке, предусмотренном действующим законодательством, а именно в порядке установленном главой 16 УПК РФ.

По обстоятельствам, изложенным на сайте интернет-издания. Г. оперативно-розыскной частью (собственной безопасности) ГУ МВД России по Санкт-Петербургу и Ленинградской области, а также УМВД России по Выборгскому району СПб была проведена проверка. В ходе проверки установлено, что 24 июня 2015 года около 4.10 сотрудниками ДПС ОГИБДД УМВД России по Выборгскому району СПб была осуществлена попытка остановки водителя мотоцикла «Сузуки», который на пересечении Выборгского шоссе и проспекта Луначарского проехал на запрещающий сигнал светофора. Водитель проигнорировал требования сотрудников полиции об остановке, продолжил движение и на перекрестке проспекта Луначарского и улицы Композиторов повторно совершил аналогичное правонарушение. По завершении маневра мотоциклист начал набирать скорость и на перекрестке улиц Композиторов и Асафьева свернул во двор. Когда водитель парковал мотоцикл у дома 3 корпус 1 по улице Асафьева, к нему подошел один из сотрудников ДПС представился, назвал причину, по которой мотоциклиста пытались остановить и в соответствии с ПДД РФ и законом «О полиции» потребовал предъявить документы, на что водитель мотоцикла ответил отказом. Данное требование повторил второй сотрудник ДПС который также получил отказ. Все последующие законные требования сотрудников полиции о предъявлении документов К. проигнорировал. В связи с чем, полицейскими было принято решение о задержании нарушителя, но он оказал им активное сопротивление, поэтому сотрудники ДПС вызвали подкрепление. До приезда второго экипажа ОГИБДД к инспекторам ДПС подошла женщина, которая представилась супругой мотоциклиста. Прибывшие на место происшествия сотрудники второго экипажа ОГИБДД еще раз предложили выполнить законные требования сотрудников полиции, на что водитель снова ответил отказом, после чего к нему была применена физическая сила и специальные средства - наручники. В момент осуществления задержания водитель и его супруга оскорбляли инспекторов нецензурной бранью, при этом женщина пыталась всячески помешать задержанию. После задержания нарушитель был доставлен в 58 отдел полиции, где предъявил документы на мотоцикл, водительское удостоверение и служебное удостоверение сотрудника транспортной полиции. По результатам проверок факты противоправной деятельности сотрудников ДПС ОГИБДД У МВД России по Выборгскому району СПб своего подтверждения не нашли.

Аналогичная служебная проверка была проведена в Санкт-Петербургском линейном управлении Министерства внутренних дел Российской Федерации на транспорте, в отношении прапорщика полиции К., по результатам которой принято решение об увольнении его со службы в ОВД, в связи с совершением проступка, порочащего честь сотрудника ОВД, выразившегося в неповиновении законным требованиям сотрудников органов внутренних дел, находящихся при исполнении должностных обязанностей, а также за нарушение Типового кодекса профессиональной этики и служебного поведения государственных служащих РФ и муниципальных служащих, повлекшего публикацию фото и видео материалов негативного характера в СМИ и нанесения существенного вреда авторитету сотрудников ОВД России и, в целом, авторитету органов власти.

Также установлено, что в результате рассмотрения протоколов АП <№> АК <№>, <№> АК <№>, <№> АК <№>, составленных в отношении К, по факту совершения им административных правонарушений, предусмотренных ч.1 ст.12.12 КоАП РФ, ч.1 ст.12.37 КоАП РФ, ч.1 ст.12.25 КоАП РФ, 30.07.15 вынесены постановления о признании К. виновным в совершении указанных правонарушений. Данные решения не обжалованы и вступили в законную силу, штрафы оплачены.

Кроме того, следователем СО по Выборгскому району ГСУ СК РФ по Санкт-Петербургу в результате рассмотрения материала по признакам состава преступления, предусмотренного статьей 286 УК РФ (превышение должностных полномочий) было вынесено постановление об отказе в возбуждении уголовного дела в отношении сотрудников ДПС ОГИБДД УМВД России по Выборгскому району СПб.

Учитывая изложенное, суд приходит к выводу, что все утверждения ответчика, изложенные в вышеуказанной публикации, о незаконности действий сотрудников ГИБДД, не могут быть признаны судом соответствующими действительности в отсутствие вступивших в законную силу судебных актов.

Кроме того, указанные утверждения порочат деловую репутацию ГУ МВД России по Санкт-Петербургу и Ленинградской области, так как содержат сведения о противоправной деятельности должностных лиц ГУ МВД России по Санкт-Петербургу и Ленинградской области, нарушениях законодательства сотрудниками ГИБДД.

Также суд принимает во внимание, что публикация не носит характер заявления о преступлении, поскольку право граждан на обращение с заявлением о преступлении реализуется в установленном законом порядке, а именно путем направления в органы, компетентные принимать решения по указанным заявлениям.

Любое выражение мнения имеет определенную форму и содержание. Содержанием служит умозаключение лица, и его выражение не подвержено никаким ограничениям, кроме установленных в части 2 статьи 29 Конституции Российской Федерации. Форма же выражения мнения не должна унижать честь и достоинство личности, должна исключать возможность заблуждения третьих лиц относительно изложенного факта. Если эти требования не выполняются, выразитель мнения должен нести связанные с их невыполнением отрицательные последствия.

В настоящем споре изложенные ответчиком сведения носят характер утверждений о фактах, которые могут быть проверены.

Указания на негативные аспекты деятельности ГУ МВД России по Санкт-Петербургу и Ленинградской области, его сотрудников, выраженные в оскорбительной форме в виде обвинения в преступных действиях, свидетельствуют о порочащем характере таких сведений, затрагивают деловую репутацию истцов как органа и должностного лица в сфере правоохранительной деятельности, в обязанности которых входит пресечение общественно опасных деяний.

В силу части 1 статьи 1 Гражданского кодекса Российской Федерации гражданское законодательство основывается на признании равенства участников    регулируемых    им    отношений,    необходимости беспрепятственного осуществления гражданских прав, обеспечения восстановления нарушенных прав, их судебной защиты.

В силу п.2 ст.152 ГК РФ сведения, порочащие честь, достоинство или деловую репутацию гражданина и распространенные в средствах массовой информации, должны быть опровергнуты в тех же средствах массовой информации.

В силу положений п.9 ст.152 Гражданского кодекса Российской Федерации гражданин, в отношении которого распространены сведения, порочащие его честь, достоинство или деловую репутацию, наряду с опровержением таких сведений или опубликованием своего ответа вправе требовать возмещения убытков и компенсации морального вреда, причиненных распространением таких сведений.

В пункте 5 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 20.12.1994 №10 «Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда» разъяснено, что в случае причинения вреда деловой репутации юридического лица также могут быть

применены положения о выплате компенсации по аналогии компенсации морального вреда гражданину, предусмотренной ст.ст. 151, 1101 ГК РФ.

Истцами указано, что распространением порочащих сведений им причинен моральный вред, выразившийся в переживаниях, связанных с формированием негативного мнения о них со стороны лиц, с которыми им приходится общаться при исполнении должностных обязанностей. Распространенная информация негативно характеризует истцов при осуществлении должностных полномочий с точки зрения их личностных, моральных качеств. 

Представителем истца УМВД России по Выборгскому району Санкт-Петербурга также указано, что УМВД России по Выборгскому району Санкт-Петербурга как территориальному органу федерального органа исполнительной власти, перед которым стоят задачи по противодействию противоправной деятельности сотрудников следственных подразделений причинен нематериальный вред - вред деловой репутации, выразившийся в вероятном снижении доверия граждан к деятельности органов ГУ МВД России по СПб и ЛО.

Таким образом, судебная коллегия считает, что истцы вправе требовать возмещения морального и нематериального вреда, причиненного распространением сведений, не соответствующих действительности и порочащих деловую репутацию истцов, их честь и достоинство.

При определении размера денежной компенсации вреда, причиненного деловой репутации истцов, суд учитывает характер и содержание публикации, степень распространения недостоверных сведении и полагает возможным взыскать соответственно с Королькова Д.Л. в пользу УМВД России по Выборгскому району Санкт-Петербурга 50 000 руб., в пользу М., К., Л., Т. по 20 000 руб. в пользу каждого.

На основании изложенного и руководствуясь ст.ст. 152, 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации, ст.ст. 56, 67, 194-197 Гражданского процессуального кодекса российской Федерации, суд

 Р Е Ш И Л:

Исковые требования УМВД России по Выборгскому району Санкт-Петербурга, М., К. Л., Т. к К. о защите чести, достоинства и деловой репутации удовлетворить.

Взыскать с К. в пользу УМВД России по Выборгскому району Санкт-Петербурга компенсацию нематериального вреда деловой репутации в размере 50 000 руб.

Взыскать с К.. в пользу М. компенсацию морального вреда в размере 20 000 руб.

Взыскать с К.. в пользу К. компенсацию морального вреда в размере 20 000 руб.

Взыскать с К.. в пользу Л.компенсацию морального вреда в размере 20 000 руб.

Взыскать с К.. в пользу Т.. компенсацию морального вреда в размере 20 000 руб.

Решение может быть обжаловано в Санкт-Петербургский городской суд в течение одного месяца путем подачи апелляционной жалобы.

 

Решение Ленинградского областного суда от 30 ноября 2016 года по исковому заявлению гражданина С. к МВД России об оспаривании заключения по результатам служебной проверки и о признании приказа об увольнении незаконным

С. проходил службу в органах внутренних дел в должности полицейского отдельного взвода патрульно-постовой службы полиции УМВД России по Всеволожскому району ЛО.

16.05.2015 С. в сети Интернет в открытом доступе размещено видеообращение к Президенту Российской Федерации, Председателю Правительства Российской Федерации, Министру внутренних дел Российской Федерации, начальнику ГУ МВД России по г. Санкт-Петербургу и Ленинградской области, в котором он неоднократно высказывает суждения и оценки действий руководства ГУ МВД России по г. Санкт-Петербургу и Ленинградской области и УМВД России по Всеволожскому району ЛО (излагает свою оценку принятым мерам дисциплинарного воздействия в отношении руководителей УМВД России, используя оценочные категории: «формально», «необъективно», высказывает свое мнение, что многих руководителей следует уволить), неоднократно указывает на, якобы имевшее место, нарушение его прав со стороны руководства («грозили увольнением», «пытались наказать и уволить», при этом также использует выражения: «внаглую», «нагло», «милицейский беспредел»), а также высказывает просьбы оградить его от воздействия руководства УМВД России по Всеволожскому району ЛО, что прямо указывает на стремление достичь личные цели путем публичного выступления. Кроме того, в видеообращении С. неоднократно называет сведения о ряде сотрудников и руководителей УМВД России по Всеволожскому району ЛО, которые в силу положений законодательства являются персональными данными и относятся к конфиденциальной информации (служебной тайне).

В связи с опубликованием видеообращения, в отношении С. была назначена служебная проверка, по результатам которой было принято решение о его увольнении за грубое нарушение служебной дисциплины. Основанием принятого решения явились положения Федерального закона от 30.11.2011 № 342-ФЗ «О службе в органах внутренних дел Российской Федерации и внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации»  и Федерального закона от 27.07.2004 № 79-ФЗ «О государственной гражданской службе Российской Федерации», в соответствии с которыми сотруднику органов внутренних дел запрещается допускать публичные высказывания, суждения и оценки в отношении деятельности государственных органов, их руководителей, если это не входит в его должностные обязанности, а также запрещается разглашение служебной тайны.

Не согласившись с увольнением, С. обратился с исковым заявлением к МВД России о восстановлении на службе в органах внутренних дел. Решением Всеволожского городского суда Ленинградской области от 11.08.2016 в удовлетворении иска было отказано. Апелляционным определением Ленинградского областного суда от 30.11.2016 решение оставлено без изменения, апелляционная жалоба С. – без удовлетворения.

Судами при рассмотрении дела сделан вывод о том, что сотрудник органов внутренних дел может быть уволен за грубое нарушение служебной дисциплины в связи с нарушением запрета на публичную критику деятельности государственных органов и их должностных лиц.

Решение Верховного суда Российской Федерации по иску гражданина С. к Управлению Министерства внутренних дел Российской Федерации по Ямало-Ненецкому автономному округу об оспаривании заключения по результатам служебной проверки, о признании приказа об увольнении незаконным, восстановлении на службе, взыскании денежного довольствия за время вынужденного прогула

ОПРЕДЕЛЕНИЕ ВЕРХОВНОГО СУДА РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ от 4 июля 2015 г. N 70-КГ16-13 

Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации в составе председательствующего

судей рассмотрела в открытом судебном заседании 4 июля 2015 г. дело по иску Г. к Управлению Министерства внутренних дел Российской Федерации по Ямало-Ненецкому автономному округу об оспаривании заключения по результатам служебной проверки, о признании приказа об увольнении незаконным, восстановлении на службе, взыскании денежного довольствия за время вынужденного прогула

по кассационной жалобе представителя Управления Министерства внутренних дел Российской Федерации по Ямало-Ненецкому автономному округу К. на апелляционное определение судебной коллегии по гражданским делам суда Ямало-Ненецкого автономного округа от 19 октября 2015 г., которым отменено решение суда первой инстанции в части и в отмененной части принято новое решение об удовлетворении исковых требований Г.

Заслушав доклад судьи Верховного Суда Российской Федерации В., объяснения представителей Управления Министерства внутренних дел Российской Федерации по Ямало-Ненецкому автономному округу М. и Б., поддержавших доводы кассационной жалобы, заключение прокурора Генеральной прокуратуры Российской Федерации В., полагавшей апелляционное определение подлежащим отмене с оставлением в силе решения суда первой инстанции,

Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации

 

установила:

 

Г. обратился в суд с иском к Управлению Министерства внутренних дел Российской Федерации по Ямало-Ненецкому автономному округу (далее также - УМВД России по ЯНАО) об оспаривании заключения по результатам служебной проверки, о признании приказа об увольнении незаконным, восстановлении на службе, взыскании денежного довольствия за время вынужденного прогула.

В обоснование заявленных требований Г. указал, что проходил службу в органах внутренних дел в должности оперуполномоченного отделения по борьбе с организованной преступностью общеуголовной направленности и незаконным оборотом наркотиков отдела уголовного розыска Отдела Министерства внутренних дел Российской Федерации по Надымскому району (далее - ОМВД России по Надымскому району). 12 мая 2015 г. в отношении его в том числе было возбуждено уголовное дело по признакам преступления, предусмотренного пунктом "в" части 3 статьи 286 Уголовного кодекса Российской Федерации. В период с 20 мая по 18 июня 2015 г. в отношении его была проведена служебная проверка, и приказом начальника УМВД России по ЯНАО от 24 июня 2015 г. N 500 он привлечен к дисциплинарной ответственности в виде увольнения со службы в органах внутренних дел, а приказом начальника УМВД России по ЯНАО от 26 июня 2015 г. N 224 л/с уволен со службы в органах внутренних дел по пункту 9 части 3 статьи 82 Федерального закона от 30 ноября 2011 г. N 342-ФЗ "О службе в органах внутренних дел Российской Федерации и внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации" (далее также - Федеральный закон от 30 ноября 2011 г. N 342-ФЗ) в связи с совершением проступка, порочащего честь сотрудника органов внутренних дел.

По мнению Г., проступка, порочащего честь сотрудника органов внутренних дел, он не совершал, добросовестно исполнял свои должностные обязанности в течение многих лет. Его вина в совершении проступка, порочащего честь сотрудника органов внутренних дел, а именно фальсификации материалов оперативно-розыскной деятельности, приговором суда не установлена, а служебная проверка проведена заинтересованными лицами. Кроме того, ответчиком нарушен срок привлечения его к дисциплинарной ответственности, установленный частями 6, 7 статьи 51 Федерального закона от 30 ноября 2011 г. N 342-ФЗ.

Решением Салехардского городского суда Ямало-Ненецкого автономного округа от 21 августа 2015 г. в удовлетворении иска Г. отказано.

Апелляционным определением судебной коллегии по гражданским делам суда Ямало-Ненецкого автономного округа от 19 октября 2015 г. решение суда первой инстанции отменено в части отказа в удовлетворении требований Г. о восстановлении на службе и в этой части принято новое решение о восстановлении Г. на службе в органах внутренних дел в должности оперуполномоченного отделения по борьбе с организованной преступностью общеуголовной направленности и незаконным оборотом наркотиков отдела уголовного розыска ОМВД России по Надымскому району с 26 июня 2015 г.

В остальной части решение суда оставлено без изменения.

Представитель Управления Министерства внутренних дел Российской Федерации по Ямало-Ненецкому автономному округу К. обратилась в Верховный Суд Российской Федерации с кассационной жалобой, в которой поставила вопрос о передаче жалобы с делом для рассмотрения в судебном заседании Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации для отмены апелляционного определения, как незаконного, и оставления в силе решения суда первой инстанции.

По результатам изучения доводов кассационной жалобы судьей Верховного Суда Российской Федерации Р. 25 февраля 2016 г. дело было истребовано в Верховный Суд Российской Федерации, и его же определением от 27 мая 2016 г. кассационная жалоба с делом передана для рассмотрения в судебном заседании Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации.

В судебное заседание суда кассационной инстанции Г., надлежаще извещенный о времени и месте рассмотрения дела, не явился, о причинах неявки не сообщил. От Г. поступили письменные возражения на доводы кассационной жалобы. Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации, руководствуясь статьей 385 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, считает возможным рассмотреть дело в отсутствие неявившегося истца. Судебной коллегией по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации не допущена к участию в деле в качестве представителя Г. - И., поскольку ее полномочия не подтверждены в порядке, установленном статьей 53 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации (далее - ГПК РФ).

Проверив материалы дела, обсудив доводы кассационной жалобы и письменные возражения на нее Г., заслушав объяснения явившихся в судебное заседание лиц, участвующих в деле, заключение прокурора Генеральной прокуратуры Российской Федерации, Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации находит жалобу подлежащей удовлетворению, поскольку имеются основания для отмены в кассационном порядке обжалуемого судебного постановления.

Основаниями для отмены или изменения судебных постановлений в кассационном порядке являются существенные нарушения норм материального права или норм процессуального права, которые повлияли на исход дела и без устранения которых невозможны восстановление и защита нарушенных прав, свобод и законных интересов, а также защита охраняемых законом публичных интересов (статья 387 ГПК РФ).

Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации приходит к выводу, что в настоящем деле такого характера существенные нарушения норм материального права были допущены судом апелляционной инстанции, которые выразились в следующем.

Судом установлено и следует из материалов дела, что Г. с 4 января 2010 г. проходил службу в органах внутренних дел в должности оперуполномоченного отделения по борьбе с организованной преступностью общеуголовной направленности и незаконным оборотом наркотиков отдела уголовного розыска ОМВД России по Надымскому району.

12 мая 2015 г. следственным управлением Следственного комитета Российской Федерации по Ямало-Ненецкому автономному округу возбуждено уголовное дело по обвинению Г. в совершении преступления, предусмотренного пунктом "в" части 3 статьи 286 Уголовного кодекса Российской Федерации, - совершение должностным лицом действий, явно выходящих за пределы его полномочий и повлекших существенное нарушение прав и законных интересов граждан или организаций либо охраняемых законом интересов общества или государства, с причинением тяжких последствий.

Информация о возбуждении уголовного дела в отношении Г. поступила в инспекцию по личному составу УРЛС УМВД России по ЯНАО 19 мая 2015 г.

20 мая 2015 г. Г. был задержан в порядке статьи 91 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации по подозрению в совершении указанного преступления, и постановлением следователя по особо важным делам отдела по расследованию особо важных дел следственного управления Следственного комитета Российской Федерации по Ямало-Ненецкому автономному округу от 22 мая 2015 г. Г. было предъявлено обвинение в совершении преступления, предусмотренного пунктом "в" части 3 статьи 286 Уголовного кодекса Российской Федерации.

Постановлением Салехардского городского суда Ямало-Ненецкого автономного округа от 22 мая 2015 г. в отношении Г. избрана мера пресечения в виде заключения под стражу сроком по 20 июля 2015 г. включительно.

В соответствии с приказом исполняющего обязанности начальника ОМВД России по Надымскому району от 25 мая 2015 г. N 120 л/с Г. временно отстранен от выполнения служебных обязанностей с 22 мая 2015 г.

Приказом начальника УМВД России по ЯНАО от 24 июня 2015 г. N 500 "О наказании сотрудников ОМВД России по Надымскому району" Г. привлечен к дисциплинарной ответственности в виде увольнения со службы в органах внутренних дел за совершение проступка, порочащего честь сотрудника органов внутренних дел.

Приказом начальника УМВД России по ЯНАО от 26 июня 2015 г. N 224 л/с с Г. расторгнут контракт и он уволен со службы в органах внутренних дел 26 июня 2015 г. по пункту 9 части 3 статьи 82 Федерального закона от 30 ноября 2011 г. N 342-ФЗ в связи с совершением проступка, порочащего честь сотрудника органов внутренних дел.

Основанием для издания приказа об увольнении Г. явилось заключение служебной проверки УМВД России по ЯНАО от 18 июня 2015 г., назначенной по факту возбуждения уголовного дела 201500023/36 от 12 мая 2015 г. по признакам преступления, предусмотренного пунктом "в" части 3 статьи 286 Уголовного кодекса Российской Федерации в отношении сотрудников отдела уголовного розыска ОМВД России по Надымскому району Ш. и Г.

Служебная проверка проводилась в период с 20 мая по 18 июня 2015 г. О проведении служебной проверки Г. был уведомлен, объяснения от Г. получены 28 мая 2015 г.

В ходе служебной проверки установлено, что Г. совершил проступок, порочащий честь сотрудника органов внутренних дел, нарушив требования части 4 статьи 7, пунктов 1, 2 части 1 статьи 27 Федерального закона от 7 февраля 2011 г. N 3-ФЗ "О полиции"; подпункта "а" пункта 5 главы 2 Дисциплинарного устава органов внутренних дел Российской Федерации, утвержденного Указом Президента Российской Федерации от 14 октября 2012 г. N 1377; пунктов 1, 3, 7 части 1 статьи 13 Федерального закона от 30 ноября 2011 г. N 342-ФЗ; пункта 2 раздела 1 и пункта 38 должностного регламента (должностной инструкции) оперуполномоченного отделения по борьбе с организованной преступностью общеуголовной направленности и незаконным оборотом наркотиков отдела уголовного розыска ОМВД России по Надымскому району, утвержденного начальником ОМВД России по Надымскому району 26 июня 2014 г., что выразилось в фальсификации материалов оперативно-розыскной деятельности и создании видимости совершения гражданином Ф. преступления, вследствие чего последний незаконно был привлечен к уголовной ответственности и в отношении его избрана мера пресечения в виде заключения под стражу.

Разрешая спор и отказывая Г. в удовлетворении исковых требований, суд первой инстанции установил, что факт совершения истцом проступка, порочащего честь сотрудника органов внутренних дел, имел место и подтверждается заключением служебной проверки, поэтому пришел к выводу, что у работодателя имелись основания для увольнения Г. по пункту 9 части 3 статьи 82 Федерального закона от 30 ноября 2011 г. N 342-ФЗ. Порядок и сроки привлечения истца к дисциплинарной ответственности в виде увольнения ответчиком соблюдены.

Отменяя решение суда первой инстанции в части отказа Г. в иске о восстановлении его на службе в органах внутренних дел и принимая в этой части новое решение об удовлетворении иска, суд апелляционной инстанции исходил из того, что фактически основанием для увольнения Г. явились обстоятельства фальсификации им материалов оперативно-розыскной деятельности, что подлежит доказыванию в рамках производства по уголовному делу, которое не было окончено на момент увольнения Г. и на момент рассмотрения судом настоящего дела. По мнению суда апелляционной инстанции, сам по себе факт возбуждения в отношении Г. уголовного дела в отсутствие доказательств его осуждения за преступление либо прекращения в отношении его уголовного преследования за истечением срока давности, в связи с примирением сторон, вследствие акта амнистии, в связи с деятельным раскаянием не может являться доказательством совершения им проступка, порочащего честь сотрудника органов внутренних дел, и основанием для его увольнения по пункту 9 части 3 статьи 82 Федерального закона от 30 ноября 2011 г. N 342-ФЗ.

Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации находит указанные выводы суда апелляционной инстанции ошибочными, основанными на неправильном применении и толковании норм материального права, регулирующих спорные отношения.

Порядок и условия прохождения службы в органах внутренних дел, требования к служебному поведению сотрудника органов внутренних дел урегулированы в Федеральном законе от 30 ноября 2011 г. N 342-ФЗ "О службе в органах внутренних дел Российской Федерации и внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации", в других федеральных законах, нормативных правовых актах Президента Российской Федерации, Правительства Российской Федерации, федерального органа исполнительной власти в сфере внутренних дел.

Сотрудник органов внутренних дел обязан не допускать злоупотреблений служебными полномочиями, соблюдать установленные федеральными законами ограничения и запреты, связанные со службой в органах внутренних дел, а также соблюдать требования к служебному поведению сотрудника (пункт 12 части 1 статьи 12 Федерального закона от 30 ноября 2011 г. N 342-ФЗ).

Исходя из пункта 2 части 1 статьи 13 Федерального закона от 30 ноября 2011 г. N 342-ФЗ, предусматривающего требования к служебному поведению сотрудника органов внутренних дел, при осуществлении служебной деятельности, а также во внеслужебное время сотрудник органов внутренних дел должен заботиться о сохранении своих чести и достоинства, не допускать принятия решений из соображений личной заинтересованности, не совершать при выполнении служебных обязанностей поступки, вызывающие сомнение в объективности, справедливости и беспристрастности сотрудника, наносящие ущерб его репутации, авторитету федерального органа исполнительной власти в сфере внутренних дел, а также государственной власти.

Согласно части 4 статьи 7 Федерального закона от 7 февраля 2011 г. N 3-ФЗ "О полиции" сотрудник полиции как в служебное, так и во внеслужебное время должен воздерживаться от любых действий, которые могут вызвать сомнение в его беспристрастности или нанести ущерб авторитету полиции.

Сотрудник органов внутренних дел обязан знать и соблюдать основные и служебные обязанности, порядок и правила выполнения служебных обязанностей и реализации предоставленных ему прав (подпункт "а" пункт 5 главы 2 Дисциплинарного устава органов внутренних дел Российской Федерации, утвержденного Указом Президента Российской Федерации от 14 октября 2012 г. N 1377).

Частью 1 статьи 1 Федерального закона от 7 февраля 2011 г. N 3-ФЗ "О полиции" определено, что одним из назначений полиции является противодействие преступности.

Пунктом 10 части 1 статьи 12 Федерального закона от 7 февраля 2011 г. N 3-ФЗ "О полиции" на полицию возложена обязанность по осуществлению оперативно-розыскной деятельности в целях выявления, предупреждения, пресечения и раскрытия преступлений, обеспечения собственной безопасности, а также в иных целях, предусмотренных федеральным законом.

В силу статьи 5 Федерального закона от 12 августа 1995 г. N 144-ФЗ "Об оперативно-розыскной деятельности" органам (должностным лицам), осуществляющим оперативно-розыскную деятельность, запрещается фальсифицировать результаты оперативно-розыскной деятельности.

В соответствии с частью 1 статьи 49 Федерального закона от 30 ноября 2011 г. N 342-ФЗ нарушением служебной дисциплины (дисциплинарным проступком) признается виновное действие (бездействие), выразившееся в нарушении сотрудником органов внутренних дел законодательства Российской Федерации, дисциплинарного устава органов внутренних дел Российской Федерации, должностного регламента (должностной инструкции), правил внутреннего служебного распорядка федерального органа исполнительной власти в сфере внутренних дел, его территориального органа или подразделения, либо в несоблюдении запретов и ограничений, связанных со службой в органах внутренних дел, и требований к служебному поведению, либо в неисполнении (ненадлежащем исполнении) обязательств, предусмотренных контрактом, служебных обязанностей, приказов и распоряжений прямых руководителей (начальников) и непосредственного руководителя (начальника) при выполнении основных обязанностей и реализации предоставленных прав.

Частью 2 статьи 47 Федерального закона от 30 ноября 2011 г. N 342-ФЗ предусмотрено, что в целях обеспечения и укрепления служебной дисциплины руководителем федерального органа исполнительной власти в сфере внутренних дел и уполномоченным руководителем к сотруднику органов внутренних дел могут применяться меры поощрения и на него могут налагаться дисциплинарные взыскания, предусмотренные статьями 48 и 50 данного федерального закона.

В пункте 6 части 1 статьи 50 Федерального закона от 30 ноября 2011 г. N 342-ФЗ закреплено, что на сотрудника органов внутренних дел в случае нарушения им служебной дисциплины, а также в иных случаях, предусмотренных названным федеральным законом, может налагаться дисциплинарное взыскание в виде увольнения со службы в органах внутренних дел.

Конституционным Судом Российской Федерации в постановлении от 6 июня 1995 г. N 7-П разъяснено, что служба в органах внутренних дел является особым видом государственной службы, направлена на реализацию публичных интересов, что предопределяет наличие у сотрудников, проходящих службу в этих органах, специального правового статуса, обусловленного выполнением конституционно значимых функций по обеспечению правопорядка и общественной безопасности. Законодатель, определяя правовой статус сотрудников, проходящих службу в органах внутренних дел, вправе устанавливать для этой категории граждан особые требования, в том числе к их личным и деловым качествам, и особые обязанности, обусловленные задачами, принципами организации и функционирования органов внутренних дел, а также специфическим характером деятельности указанных лиц.

В силу пункта 9 части 3 статьи 82 Федерального закона от 30 ноября 2011 г. N 342-ФЗ контракт подлежит расторжению, а сотрудник органов внутренних дел увольнению со службы в органах внутренних дел в связи с совершением проступка, порочащего честь сотрудника органов внутренних дел.

Из содержания приведенных норм с учетом позиции Конституционного Суда Российской Федерации следует, что в случае совершения сотрудником органов внутренних дел проступка, порочащего честь сотрудника органов внутренних дел, он подлежит безусловному увольнению, а контракт с ним - расторжению. Применение меры ответственности в виде увольнения сотрудника органов внутренних дел за совершение проступка, порочащего честь сотрудника органов внутренних дел, обусловлено их особым правовым статусом.

Как установлено судом, основанием для издания приказа от 26 июня 2015 г. N 224 л/с явилось совершение Г. проступка, порочащего честь сотрудника органов внутренних дел.

Следовательно, для решения вопроса о законности увольнения Г. со службы в органах внутренних дел по пункту 9 части 3 статьи 82 Федерального закона от 30 ноября 2011 г. N 342-ФЗ юридически значимым, подлежащим выяснению и доказыванию с учетом содержания спорных правоотношений сторон, являлось установление факта совершения истцом дисциплинарного проступка, повлекшего его увольнение.

При этом данный факт не является предметом рассмотрения в рамках уголовного судопроизводства, как ошибочно полагал суд апелляционной инстанции, так как в рамках уголовного дела разрешается вопрос о наличии или отсутствии в действиях Г. состава уголовно наказуемого деяния.

Кроме того, осуждение сотрудника за преступление, прекращение в отношении его уголовного преследования за истечением срока давности, в связи с примирением сторон, вследствие акта об амнистии, в связи с деятельным раскаянием, является самостоятельным основанием для увольнения и предусмотрено пунктом 7 части 3 статьи 82 Федерального закона от 30 ноября 2011 г. N 342-ФЗ. Данная мера ответчиком к истцу не применялась.

При таких обстоятельствах вывод суда апелляционной инстанции о том, что обстоятельства совершения Г. проступка входят в объем предъявленного Г. обвинения и подлежат доказыванию в рамках производства по уголовному делу, основан на ошибочном толковании норм материального права, регулирующих основания и порядок увольнения по пункту 9 части 3 статьи 82 Федерального закона от 30 ноября 2011 г. N 342-ФЗ.

Проведенной УМВД России по ЯНАО служебной проверкой были установлены противоправные действия Г, повлекшие существенное нарушение прав и законных интересов граждан, охраняемых интересов общества и государства, выразившееся в незаконном уголовном преследовании и длительном содержании под стражей гражданина Ф., что привело к подрыву авторитета органов внутренних дел и дискредитации сотрудников органов внутренних дел, в связи с чем ответчиком эти действия Г. правомерно были признаны проступком, порочащим честь сотрудника органов внутренних дел. Порядок и сроки наложения дисциплинарного взыскания на сотрудника органов внутренних дел, установленные статьями 51, 52 Федерального закона от 30 ноября 2011 г. N 342-ФЗ, при увольнении Г. по пункту 9 части 3 статьи 82 названного закона ответчиком соблюдены. Наличие заинтересованности должностных лиц при проведении служебной проверки судом не установлено.

При разрешении спора суд первой инстанции исследовал обстоятельства дела, дал оценку представленным доказательствам, в том числе материалам служебной проверки и установленным в ходе ее проведения фактам нарушения Г. требований части 4 статьи 7, пунктов 1, 2 части 1 статьи 27 Федерального закона от 7 февраля 2011 г. N 3-ФЗ "О полиции"; подпункта "а" пункта 5 главы 2 Дисциплинарного устава органов внутренних дел Российской Федерации, утвержденного Указом Президента Российской Федерации от 14 октября 2012 г. N 1377; пунктов 1, 3, 7 части 1 статьи 13 Федерального закона от 30 ноября 2011 г. N 342-ФЗ; пункта 2 раздела 1 и пункта 38 должностного регламента, и, правильно истолковав и применив к спорным отношениям нормы материального права, сделал вывод о совершении Громовым С.Н. проступка, порочащего честь сотрудника органов внутренних дел.

Суд апелляционной инстанции, не согласившись с изложенными выводами суда первой инстанции и указав на то, что заключение служебной проверки фактически дублирует содержание постановления о привлечении Г. в качестве обвиняемого и не содержит иных обстоятельств, свидетельствующих о совершении им проступка, порочащего честь сотрудника органов внутренних дел, в нарушение статьи 327, пунктов 5, 6 части 2 статьи 329 ГПК РФ, разъяснений, изложенных в пункте 21 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 19 июня 2012 г. N 13 "О применении судами норм гражданского процессуального законодательства, регламентирующих производство в суде апелляционной инстанции", какого-либо обоснования со ссылкой на нормы права и доказательства, имеющиеся в материалах дела, не привел, новых обстоятельств, имеющих значение для дела и опровергающих выводы суда первой инстанции, не установил.

Указание суда апелляционной инстанции на недоказанность совершения истцом преступления и, как следствие, на отсутствие у ответчика оснований для увольнения Г. не может быть признано правомерным, так как установление данных обстоятельств не является необходимым для увольнения сотрудника по пункту 9 части 3 статьи 82 Федерального закона от 30 ноября 2011 г. N 342-ФЗ.

При таких обстоятельствах оснований, установленных статьей 330 ГПК РФ, для отмены решения суда первой инстанции и восстановления истца на службе у суда апелляционной инстанции не имелось.

С учетом изложенного апелляционное определение нельзя признать законным, поскольку оно принято с существенным нарушением норм материального права, повлиявшим на исход дела, без устранения которого невозможны восстановление и защита нарушенных прав и законных интересов заявителя, что согласно статье 387 ГПК РФ является основанием для отмены апелляционного определения и оставления в силе решения суда первой инстанции, разрешившего спор в соответствии с требованиями закона.

Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации, руководствуясь статьями 387, 388, 390 ГПК РФ,

определила: 

апелляционное определение судебной коллегии по гражданским делам суда Ямало-Ненецкого автономного округа от 19 октября 2015 г. отменить, оставить в силе решение Салехардского городского суда Ямало-Ненецкого автономного округа от 21 августа 2015 г. 

Решение Смольнинского районного суда Санкт-Петербурга по иску гражданина С. о признании незаконными приказов о привлечении к дисциплинарной ответственности и об увольнении, о восстановлении на службе в органах внутренних дел Российской Федерации, о взыскании денежного довольствия за период временной нетрудоспособности и за период вынужденного прогула, денежной компенсации морального вреда.

Апелляционным определением Санкт-Петербургского городского суда от 29 сентября 2016 года рассмотрена в открытом судебном заседании апелляционную жалобу Истца на решение Смольнинского районного суда Санкт-Петербурга от ХХ.ХХ.ХХХХ по делу № ХХХ по иску к Ответчику о признании незаконными приказов о привлечении к дисциплинарной ответственности и об увольнении, о восстановлении на службе в органах внутренних дел Российской Федерации, о взыскании денежного довольствия за период временной нетрудоспособности и за период вынужденного прогула, денежной компенсации морального вреда.

Заслушав доклад Председательствующего, объяснения Истца и его представителя <адвокат>, поддержавших апелляционную жалобу, представителя Ответчика, просившей оставить принятое по делу решение без изменения, заключение Прокурора Санкт-Петербургской городской прокуратуры, полагавшей, что оснований для удовлетворения апелляционной жалобы не имеется, судебная коллегия

УСТАНОВИЛА:

Истец, проходивший службу в органах внутренних дел с октября 1997 года, с 4 августа 2011 года - в должности <...> ГИБДД ГУ МВД России по
г. Санкт-Петербургу и Ленинградской области, о чем с ним был заключен служебный контракт от указанной даты, приказом начальника Управления ГИБДД ГУ МВД России по Санкт-Петербургу и Ленинградской области       № <…> от <…>, изданным во исполнение приказа <…> от той же даты о привлечении истца к дисциплинарной ответственности в виде увольнения его со службы, был уволен из органов внутренних дел, контракт с ним расторгнут на основании п.6 ч.2 ст.82 Федерального закона от 30.11.2011          № 342-ФЗ "О службе в органах внутренних дел Российской Федерации и внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации" (далее – Федеральный закон от 30.11.2011 № 342-ФЗ) – в связи с грубым нарушением служебной дисциплины, выразившимся в отсутствии по месту службы без уважительных причин более четырех часов подряд в течение установленного служебного времени.

Решением Смольнинского районного суда Санкт-Петербурга от <…> по настоящему делу отказано в удовлетворении исковых требований Истца о признании незаконными приказов о привлечении к дисциплинарной ответственности и об увольнении, о восстановлении на службе в органах внутренних дел, о взыскании сумм денежного довольствия за период временной нетрудоспособности и за период вынужденного прогула и денежной компенсации морального вреда.

В апелляционной жалобе Истец просит отменить принятое судом решение и удовлетворить его требования, считая решение необоснованным и не соответствующим нормам материального права, настаивая на том, что факт болезни Истца, явившейся причиной его невыхода на службу, был надлежащим образом подтвержден, установлен судом и не оспаривался ответчиком, а суд неправильно применил закон, указав, что представленные Истцом справки не являются документами, подтверждающими временную нетрудоспособность истца, со ссылкой на ст. 65 Федерального закона от 30.11.2011 № 342-ФЗ. Также оспаривает вывод суда о наличии злоупотребления правом со стороны Истца, выразившегося в непредоставлении документов, подтверждающих болезнь и уважительность невыхода на службу, а также в неполучении уведомлений с требованиями обосновать отсутствие на службе, направлявшихся ему с места службы, указывая на то, что информировал о болезни руководство, а уведомления направлялись ему по адресу, заведомо для Ответчика не являвшемуся фактическим местом жительства Истца. Полагает, что приказ о наложении дисциплинарного взыскания незаконен, поскольку мог быть издан только после выздоровления Истца, который с 24.04.2015 по 18.06.2015 проходил лечение в ООО «…» (медицинская организация) и в Санкт-Петербургском ГБУЗ «Госпиталь для инвалидов войн».

Изучив материалы дела, обсудив доводы апелляционной жалобы, судебная коллегия не находит оснований для её удовлетворения.

В силу части 1 ст. 49 Федерального закона от 30.11.2011 № 342-ФЗ нарушением служебной дисциплины (дисциплинарным проступком) признается виновное действие (бездействие), выразившееся в нарушении сотрудником органов внутренних дел законодательства Российской Федерации, дисциплинарного устава органов внутренних дел Российской Федерации, должностного регламента (должностной инструкции), правил внутреннего служебного распорядка федерального органа исполнительной власти в сфере внутренних дел, его территориального органа или подразделения, либо в несоблюдении запретов и ограничений, связанных со службой в органах внутренних дел, и требований к служебному поведению, либо в неисполнении (ненадлежащем исполнении) обязательств, предусмотренных контрактом, служебных обязанностей, приказов и распоряжений прямых руководителей (начальников) и непосредственного руководителя (начальника) при выполнении основных обязанностей и реализации предоставленных прав.

В соответствии с частью 2 той же статьи грубым нарушением служебной дисциплины сотрудником органов внутренних дел является, в частности, отсутствие сотрудника по месту службы без уважительных причин более четырех часов подряд в течение установленного служебного времени (пункт 2).

Разрешая спор, суд первой инстанции обоснованно признал, что со стороны Истца действительно имело место нарушение служебной дисциплины, выразившееся в длительном отсутствии по месту службы без уважительных причин, а также усмотрел в его действиях признаки злоупотребления правом, выразившегося в неисполнении обязанности получить в установленном порядке освобождение от службы в случае наличия у него заболевания, препятствующего выполнению служебных обязанностей, и представить по месту службы соответствующие документы, обосновывающие отсутствие на службе, в том числе по неоднократным требованиям начальника.

Как следует из материалов дела и отражено в приказе от <…> № <…> о привлечении Истца к дисциплинарной ответственности в виде увольнения, а также в заключении служебной проверки от той же даты, послужившем основанием для издания приказа, с 14.10.2014 Истец на службу не выходил, данное обстоятельство им не оспаривалось при рассмотрении дела в суде.

В указанный период каких-либо оправдательных документов, подтверждающих уважительность причины отсутствия на службе, Истец по месту службы не представлял, что также им не оспаривается.

В подтверждение таких уважительных причин Истец ссылается на справки без дат, за номерами <…>, выданные ООО «…», в которых указано, что Истец обращался в эту организацию с 13.10.2014 по 25.12.2014, с 26.12.2014 по 13.01.2015, с 14.01.2015 по 09.04.2015,с 09.04.2015 по 24.04.2015 и с 24.04.2015 по 08.06.2015 с различными жалобами: <...>; ему в разное время ставились диагнозы «<...> давались рекомендации <...>.

На справках имеются отметки без дат об их регистрации в поликлинике №1 ФГУЗ «Медико-санитарная часть Министерства внутренних дел Российской Федерации по Санкт-Петербургу и Ленинградской области», куда Истец был прикреплен на медицинское обслуживание.

Вместе с тем, как следует из объяснений самого Истца, данные справки были оформлены и получены им уже после издания приказа об увольнении, ранее в ведомственное медицинское учреждение не предъявлялись, освобождение от службы ему в установленном порядке не оформлялось.

Более того, данные справки по своему содержанию вообще не позволяют установить, что в течение всех указанных в них периодов Истец действительно непрерывно проходил амбулаторное лечение и являлся нетрудоспособным: из них следует лишь, что в соответствующие периоды имели место обращения истца к врачам (без указания количества обращений и дат посещений), ему ставились диагнозы и давались медицинские рекомендации, однако это само по себе никак не свидетельствует о временной нетрудоспособности Истца.

Изложенное подтверждается содержанием сообщения поликлиники №1 МСЧ МВД России по Санкт-Петербургу и Ленинградской области от 10.07.2015 на запрос начальника УГИБДД ГУ МВД России по СПб и ЛО, где указано, что справки ООО «…» не являются документами, подтверждающими временную нетрудоспособность Истца, а также приложенным к этому сообщению письмом генерального директора ООО «…» аналогичного содержания.

При этом отдельные справки относятся к очень продолжительным периодам, составлявшим несколько месяцев: с 13.10.2014 по 25.12.2014, с 14.01.2015 по 09.04.2015, с 24.04.2015 по 08.06.2015, в течение которых Истец никак не мог лечиться амбулаторно без надлежащего оформления его временной нетрудоспособности и освобождения от службы.

Сотрудники органов внутренних дел имеют право на медицинское обеспечение в соответствии с законодательством Российской Федерации (пункт 18 статьи 11 Федерального закона от 30.11.2011 № 342-ФЗ).

Частью 1 статьи 11 Федерального закона от 19.07.2011 № 247-ФЗ "О социальных гарантиях сотрудникам органов внутренних дел Российской Федерации и внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации" (далее - Федеральный закон от 19.07.2011 № 247-ФЗ) также предусмотрено, что сотрудники органов внутренних дел имеют право на бесплатное получение медицинской помощи, в том числе на изготовление и ремонт зубных протезов (за исключением зубных протезов из драгоценных металлов и других дорогостоящих материалов), бесплатное обеспечение лекарственными препаратами для медицинского применения по рецептам на лекарственные препараты, бесплатное обеспечение медицинскими изделиями по назначению врача в медицинских организациях федерального органа исполнительной власти в сфере внутренних дел.

При отсутствии по месту службы, месту жительства или иному месту нахождения сотрудника медицинских организаций федерального органа исполнительной власти в сфере внутренних дел либо при отсутствии в них отделений соответствующего профиля, специалистов либо специального медицинского оборудования сотрудник имеет право на получение медицинской помощи в медицинских организациях государственной системы здравоохранения и муниципальной системы здравоохранения в порядке, установленном Правительством Российской Федерации. Расходы, связанные с оказанием медицинской помощи сотруднику, возмещаются медицинским организациям государственной системы здравоохранения и муниципальной системы здравоохранения в порядке, установленном Правительством Российской Федерации, за счет бюджетных ассигнований федерального бюджета, предусмотренных на эти цели федеральному органу исполнительной власти в сфере внутренних дел (часть 2 статьи 11 Федерального закона от 19.07.2011 № 247-ФЗ).

Статьей 65 Федерального закона от 30.11.2011 № 342-ФЗ регулируются вопросы освобождения сотрудника органов внутренних дел от выполнения служебных обязанностей в связи с временной нетрудоспособностью.

Освобождение сотрудника органов внутренних дел от выполнения служебных обязанностей в связи с временной нетрудоспособностью осуществляется согласно части 1 этой статьи на основании заключения (листка освобождения от выполнения служебных обязанностей по временной нетрудоспособности) медицинской организации федерального органа исполнительной власти в сфере внутренних дел, а при отсутствии такой медицинской организации по месту службы, месту жительства или иному месту нахождения сотрудника - иной медицинской организации государственной или муниципальной системы здравоохранения.

Форма и порядок выдачи листка освобождения от выполнения служебных обязанностей по временной нетрудоспособности утверждаются совместным приказом федерального органа исполнительной власти, осуществляющего функции по выработке государственной политики и нормативно-правовому регулированию в сфере здравоохранения, и федерального органа исполнительной власти в сфере внутренних дел (часть 2 статьи 65 Федерального закона от 30.11.2011 № 342-ФЗ).

Приказом МВД России от 08.11.2006 № 895 утверждено Положение об организации медицинского обслуживания и санаторно-курортного лечения в медицинских учреждениях системы МВД России, пункт 18 которого предусматривает, что документы, удостоверяющие временную нетрудоспособность лиц, прикрепленных на медицинское обслуживание к медицинским учреждениям системы МВД России, выданные иными медицинскими учреждениями, подлежат регистрации в медицинском учреждении системы МВД России по месту прикрепления указанных лиц на медицинское обслуживание.

30.12.2011 Правительством Российской Федерации принято постановление № 1232, которым утверждены в том числе Правила медицинского обслуживания сотрудников органов внутренних дел Российской Федерации, отдельных категорий граждан Российской Федерации, уволенных со службы в органах внутренних дел, в медицинских организациях Министерства внутренних дел Российской Федерации и Правила оказания медицинской помощи сотрудникам органов внутренних дел Российской Федерации в организациях государственной или муниципальной системы здравоохранения, за исключением медицинских организаций Министерства внутренних дел Российской Федерации, и возмещения расходов указанным организациям.

Согласно пунктам 1, 3 вышеназванных Правил в случаях отсутствия по месту службы, месту жительства или иному месту нахождения сотрудников медицинских организаций Министерства внутренних дел Российской Федерации либо при отсутствии в них соответствующих отделений или специального медицинского оборудования, в том числе при наличии медицинских показаний для оказания экстренной медицинской помощи, предусмотрено направление сотрудников на плановое лечение или обследование (освидетельствование) в медицинские организации государственной или муниципальной системы здравоохранения медицинской организацией Министерства внутренних дел Российской Федерации, осуществляющей медицинское обслуживание прикрепленных к ней сотрудников.

Из приведенных положений следует, что отношения по медицинскому обслуживанию, по освобождению сотрудников органов внутренних дел от выполнения служебных обязанностей в связи с временной нетрудоспособностью регулируются специальным законодательством. Особенностями правоохранительной службы и специальным правовым статусом сотрудников органов внутренних дел обусловлено установление им как социальных гарантий, обеспечивающих повышенную социальную защиту, так и дополнительных ограничений, обязанностей и запретов.

В частности, в соответствии с частью 24 статьи 2 Федерального закона от 19.07.2011 № 247-ФЗ в случае освобождения сотрудника от выполнения должностных обязанностей в связи с временной нетрудоспособностью ему выплачивается денежное довольствие за весь период временной нетрудоспособности в полном размере.

Вместе с тем на сотрудника органов внутренних дел возложена обязанность в возможно короткие сроки сообщать непосредственному руководителю (начальнику) о происшествиях, наступлении временной нетрудоспособности и об иных обстоятельствах, исключающих возможность выполнения сотрудником своих служебных обязанностей (пункт 5 части 1 статьи 12 Федерального закона от 30.11.2011 № 342-ФЗ), на что правильно обращено внимание судом первой инстанции.

При этом механизм реализации сотрудником органов внутренних дел права на освобождение от выполнения служебных обязанностей в связи с временной нетрудоспособностью установлен специальными правовыми нормами - частью 1 статьи 65 Федерального закона от 30.11.2011 № 342-ФЗ, пунктом 18 Положения об организации медицинского обслуживания и санаторно-курортного лечения в медицинских учреждениях системы МВД России, утвержденного приказом МВД России от 08.11.2006 № 895, требования которых в силу пункта 1 части 1 статьи 12 этого же закона сотрудник обязан соблюдать.

Таким образом, временная нетрудоспособность сотрудника органов внутренних дел должна быть подтверждена документами, выданными медицинскими учреждениями системы МВД России, к которым прикреплен сотрудник, либо документами, выданными иными медицинскими учреждениями, но обязательно зарегистрированными в медицинском учреждении системы МВД России по месту прикрепления на медицинское обслуживание.

Положения части 1 статьи 65 Федерального закона от 30.11.2011          № 342-ФЗ и пункта 18 Положения об организации медицинского обслуживания и санаторно-курортного лечения в медицинских учреждениях системы МВД России, утвержденного приказом МВД России от 08.11.2006 № 895, не препятствуют получению сотрудниками органов внутренних дел (в том числе и истцом) медицинской помощи в медицинских организациях, не относящихся к Министерству внутренних дел Российской Федерации или к организациям государственной и муниципальной систем здравоохранения, но устанавливают обязательные для исполнения такими сотрудниками общие правила оформления документов, подтверждающих временную нетрудоспособность и освобождающих их в связи с этим от исполнения служебных обязанностей.

Таким образом, в случае получения Истцом в ООО «…» документов, удостоверяющих его временную нетрудоспособность, такие документы подлежали в кратчайший срок регистрации в ведомственном медицинском учреждении – поликлинике №1 МСЧ МВД России по Санкт-Петербургу и Ленинградской области. В данном же случае Истцом представлены лишь сведения об имевших место обращениях в ООО «…», которые могли бы только оцениваться на предмет возможности выдачи заключения об освобождении от выполнения служебных обязанностей, однако за таким освобождением истец в течение всего длительного периода отсутствия на службе не обращался, в нарушение порядка, установленного законодательством о службе в органах внутренних дел.

Судом первой инстанции правильно признано, что документами, подтверждающими временную    нетрудоспособность истца, представленные им справки не являются, при этом данные справки были выданы и предъявлены уже после его увольнения со службы; в порядке, установленном законом для сотрудников органов внутренних дел, Истец не обращался за выдачей листков нетрудоспособности, которые в силу положений ст. 65 Федерального закона от 30.11.2011 № 342-ФЗ являются основанием для освобождения сотрудника органов внутренних дел от выполнения служебных обязанностей.

Таким образом, представленные Истцом документы не свидетельствуют о его отсутствии на службе по причине временной нетрудоспособности, а его доводы об обратном являются несостоятельными.

Как установлено судом, 12.01.2015 с учетом положений ч. 3 ст. 65 Федерального закона от 30.11.2011 № 342-ФЗ и длительности периода невыхода на работу в адрес Истца по месту его регистрации по месту жительства (<адрес>), а также по всем адресам, указанным истцом в служебных документах как возможные места его жительства (<адрес>), с сопроводительными письмами, датированными 29.12.2014, было выслано направление на медицинское освидетельствование в военно-врачебную комиссию для решения вопроса о годности к дальнейшему прохождению службы в органах внутренних дел, а также предложено предоставить документы, подтверждающие уважительность причин невыхода Истца на службу.

Аналогичные письма с направлением на ВКК и предложениями представить документы в подтверждение уважительности причин неявки на работу были направлены Истцу в марте 2015 года.

В связи с длительным непредоставлением Истцом документов, подтверждающих уважительности причин его неявки на службу, 13 апреля 2015 года заместителем начальника полиции ГУ МВД России - начальником УГИБДД генерал-майором полиции Б. было назначено проведение служебной проверки, в ходе проведения которой был получен ответ из ЗАО «…», о том, что Истец  не обращался за медицинской помощью в указанную организацию и лист нетрудоспособности не получал. Обращение в данную организацию, а не в ООО «…» было обусловлено, как видно из материалов дела, отсутствием в распоряжении ответчика каких-либо письменных документов, которые мог бы предъявить Истец, и неправильным указанием наименования медицинской организации, устно сообщенного Истцом командиру отдельного батальона <...> Л., в рапорте последнего на имя начальника УГИБДД Б.

В том же рапорте командира отдельного батальона <...> Л. отражено, что 14.10.2014 Истец не вышел на службу, уведомив дежурного о том, что он находится на амбулаторном лечении, и указав номер листка нетрудоспособности, однако эта информация не соответствует действительности, и самим Истцом подтверждено, что листок нетрудоспособности ему не оформлялся.

Письмами, направленными по трем вышеназванным адресам в мае 2015 года, Истец был уведомлен о проведении него служебной проверки в связи с длительным отсутствием на рабочем месте, а также ему было предложено дать объяснения по факту отсутствия на работе в период с 14 октября 2014 года.

По истечении срока хранения в почтовом отделении все вышеназванные письма были возвращены в адрес отправителя, в подтверждение чего суду представлены возвращенные за истечением срока хранения почтовые конверты с вложением писем вышеуказанного содержания на имя Истца, данный факт подтвержден также сообщением УФПС Санкт-Петербурга и Ленинградской области – филиала ФГУП «Почта России» на запрос суда.

Из материалов дела также следует, что Истец зарегистрирован по месту жительства по адресу <адрес>, указанному в его служебном контракте, согласно его объяснениям он фактически постоянно проживает именно по этому адресу, причины неполучения почтовой корреспонденции, многократно направлявшейся ему ответчиком, объяснить не может.

Согласно представленным Ответчиком документам 22.12.2014 в связи с невыходом Истца на службу сотрудниками Управления ГИБДД был осуществлен выход по адресу <адрес>, где было выявлено, что Истец там не проживает, а также по адресу <адрес> где была получена аналогичная информация.

По объяснениям Истца на <адрес> у него в собственности имеется квартира, однако он там не проживает, там проживают его родственники. На <адрес> он также мог временно находиться, пока у него дома шел ремонт.

На то, что сведения о вышеназванных дополнительных адресах, по которым руководством проверялось возможное пребывание Истца, были сообщены им самим, указывает содержание заключения служебной проверки от 05.08.2014, проводившейся в отношении достоверности и полноты сведений о доходах, имуществе и обязательствах Истца за 2012 г.

Руководством также в марте 2015 г. были приняты меры к установлению фактов обращения Истца за медицинской помощью в период отсутствия на работе в ведомственные медицинские учреждения - МСЧ ГУ МВД России и госпиталь ГУ МВД России, откуда тогда же были получены сообщения об отсутствии обращений Истца за регистрацией листков освобождения от служебных обязанностей и о том, что на стационарном лечении он не находился.

Изложенные обстоятельства достоверно указывают на то, что руководством Управления ГИБДД действительно принимались меры к установлению местонахождения Истца и к выяснению причин его отсутствия на службе, оказавшиеся безрезультатными, в том числе проверялся адрес регистрации и другие известные адреса его возможного пребывания.

По тем же причинам не представилось возможным ознакомить Истца и с заключением служебной проверки при попытках его посещения по трем возможным адресам пребывания Истца, информация о которых имелась у работодателя, что подтверждается актом от 08.06.2015, содержание которого не оспорено.

В свою очередь, доводы Истца о наличии у Ответчика его контактных данных, в том числе телефона, по которому с ним можно было связаться, и о том, что в устной форме ему никогда не предлагалось представить документы о причинах отсутствия на службе, не могут быть приняты во внимание.

Из письменных объяснений командира <...> Л., являющегося непосредственным руководителем Истца, данных 03.06.2015 на имя начальника УГИБДД, следует, что Истец, прибыв по месту службы 12 марта 2015 года для представления справки о доходах за 2014 года, в ходе беседы сообщил, что проходит лечение в клинике «…» и листок нетрудоспособности представит по окончании лечения. Указанные обстоятельства, а также сведения, изложенные им в рапорте от 13.04.2015, Л., допрошенный судом в ходе судебного разбирательства в качестве свидетеля, подтвердил.

Допрошенный судом в качестве свидетеля заместитель командира <...> К. также пояснил суду, что Истец периодически заходил в расположение батальона, говорил, что болен, на просьбы к нему листки нетрудоспособности не представлял, но обещал представить их позже, ему направлялись письма.

Оснований не доверять показаниям допрошенных свидетелей у суда не имелось.

Приведенные данные не согласуются с доводами Истца о том, что при личном общении с ним, когда он бывал по месту службы, а также в телефонных разговорах ему не предлагалось представить документы, подтверждающие причину отсутствия на службе. Соответственно, не имеется оснований рассматривать как доказательства, подтверждающие доводы истца, представленные им сведения о телефонных разговорах по номеру мобильного телефона, оформленному на имя другого лица, но использовавшемуся истцом, поскольку содержание разговоров в них не отражено, а факт телефонных вызовов сам по себе не позволяет сделать вывод о том, что у Истца не выяснялись причины его отсутствия на службе. То обстоятельство, что содержание телефонных разговоров с Истцом не фиксировались ответчиком путем составления актов, не дает никаких оснований не доверять иным достоверным доказательствам, подтверждающим принятые Ответчиком меры к выяснению причин отсутствия Истца на службе.

Судебная коллегия также находит заслуживающим внимания довод представителя Ответчика о том, что, по обстоятельствам дела, в период отсутствия Истца на службе ему не начислялось денежное довольствие, и этим было обусловлено именно отсутствием по месту службы документов, подтверждающих причины отсутствия, на это указывалось в адресованных Истцу письмах, а сам Истец не мог об этом не знать, независимо от получения соответствующих требований. Действуя добросовестно, отсутствуя на службе по уважительной причине и будучи заинтересован в получении средств к существованию, Истец в такой ситуации обязан был по собственной инициативе представить соответствующие документы, но в течение длительного периода не делал этого.

Оценивая доводы Истца о том, что он не получал уведомлений о необходимости представить объяснения относительно обстоятельств его отсутствия на работе, суд правильно указал на применимые по аналогии закона положения ст. 165.1 ГК РФ, в силу которых заявления, уведомления, извещения, требования или иные юридически значимые сообщения, с которыми закон или сделка связывает гражданско-правовые последствия для другого лица, влекут для этого лица такие последствия с момента доставки соответствующего сообщения ему или его представителю; при этом сообщение считается доставленным и в тех случаях, если оно поступило лицу, которому оно направлено (адресату), но по обстоятельствам, зависящим от него, не было ему вручено или адресат не ознакомился с ним.

С учетом этого доводы Истца правильно отклонены судом с учетом представленных ответчиком достоверных доказательств неоднократного направления Истцу вышеназванных требований, а также с учетом того, что необходимость представления сотрудником органов внутренних дел документов в подтверждение уважительности причин неявки на работу и временной нетрудоспособности предусмотрена ст. 12 Федерального закона от 30.11.2011 № 342-ФЗ.

Как указано выше, 08.06.2015 заместителем начальника полиции ГУ МВД России - начальником УГИБДД было утверждено заключение по результатам служебной проверки, согласно которому в отношении Истца приято решение об увольнении его со службы в органах внутренних дел за грубое нарушение служебной дисциплины. В указанном заключении отражены также длительные периоды болезни Истца с 4 декабря 2013 года по 1 апреля 2014 года и с 26 августа по 11 октября 2014 года при наличии у него листков нетрудоспособности.

Таким образом, в предшествующий период время отсутствия Истца на службе по причине временной нетрудоспособности, подтвержденной в установленном порядке, в совокупности составило более четырех месяцев в течение двенадцати месяцев, что в силу ч.3 ст.65 Федерального закона от 30.11.2011 № 342-ФЗ являлось основанием для его направления на медицинское освидетельствование (обследование) в военно-врачебную комиссию с целью решения вопроса о его годности к дальнейшему прохождению службы в органах внутренних дел либо о продолжении лечения. Как указано выше, соответствующее решение было принято в отношении Истца и в его адрес неоднократно высылалось направление на ВВК, и неисполнение данного предписания также свидетельствует о недобросовестном поведении Истца, который, не располагая документами, подтверждающими его право на освобождение от службы вследствие временной нетрудоспособности, одновременно фактически уклонился от освидетельствования, необходимого для оценки его состояния здоровья и решения вопроса о дальнейшем прохождении службы.

С учетом изложенного судебная коллегия соглашается с выводом суда первой инстанции, признавшего доводы Истца и совершенные им действия свидетельством злоупотребления правом с его стороны, в связи с этим не усмотревшего в действиях Ответчика при принятии решения об увольнении Истца со службы нарушения положений ч.12 ст.89 Федерального закона от 30.11.2011 № 342-ФЗ, запрещающего увольнение со службы сотрудника органов внутренних дел в период его временной нетрудоспособности, пребывания в отпуске или в командировке. Данный вывод соответствует разъяснениям, изложенным в пункте 27 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 17.03.2004 № 2, в соответствии с которыми при реализации гарантий, предоставляемых работникам, должен соблюдаться общеправовой принцип недопустимости злоупотребления правом, в том числе и со стороны работником, поскольку работодатель не должен отвечать за неблагоприятные последствия, наступившие вследствие недобросовестных действий со стороны работника.

При таких обстоятельствах суд правомерно отклонил ходатайство Истца о назначении по делу судебно-медицинской экспертизы с целью проверки того, действительно ли состояние здоровья Истца препятствовало выходу на службу, поскольку ранее Истец в установленном порядке свою временную нетрудоспособность не подтвердил и освобождения от службы не получил, а также уклонился от прохождения освидетельствования военно-врачебной комиссией. В связи с этим, исходя из положений ч.1 ст.327.1 ГПК РФ, у суда апелляционной инстанции также не имеется оснований для удовлетворения ходатайства Истца о назначении судебной экспертизы.

Судом надлежащим образом оценена тяжесть совершенного Истцом нарушения служебной дисциплины, с учетом длительности периода его отсутствия на работе без представления надлежащих документов в подтверждение своей нетрудоспособности, и сделан правильный вывод о наличии у Ответчика оснований для применения дисциплинарного взыскания в виде увольнения.

Оснований для вывода о нарушении процедуры применения дисциплинарного взыскания со стороны Ответчика не имеется, поскольку у Истца были затребованы объяснения о причинах отсутствия на службе, при этом изложенное выше позволяет признать, что Истец уклонился от представления таких объяснений. Учитывая, что допущенное нарушение служебной дисциплины являлось длящимся, довод стороны Истца о несоблюдении срока применении взыскания нельзя признать обоснованным.

Довод стороны Истца о том, что увольнение Истца, являющегося подполковником полиции, не относится к компетенции начальника ГИБДД ГУ МВД по г.Санкт-Петербургу и Ленинградской области, суд правильно признал не основанным на нормах действующего законодательства. Также при рассмотрении спора о восстановлении на службе не имеет значения довод Истца и его представителя о том, что Истцу было присвоено очередное специальное звание, поскольку к моменту его присвоения отсутствовали основания приостановления присвоения очередного звания, предусмотренные ст. 45 Федерального закона от 30.11.2011 № 342-ФЗ.

Из приобщенной к делу выписки из медицинской карты стационарного больного также следует, что в период с 9 по 18 июня 2015 года, т.е. уже после увольнения со службы, Истец находился на стационарном лечении в СПб ГБУЗ Госпиталь для инвалидов войн, однако это обстоятельство оснований для признания увольнения незаконным не создает.

Поскольку за период с 14.10.2014 по 08.06.2015 истцом не были представлены надлежащим образом оформленные документы, подтверждающие временную нетрудоспособность, суд с учетом положений пункта 24 ст.2 Федерального закона от 19.07.2011 № 247-ФЗ правильно не усмотрел оснований для взыскания в его пользу денежного довольствия за указанный период, а соответственно, и за период его нахождения на стационарном лечении после увольнения - с 9 по 18 июня 2015 года.

В связи с отказом в удовлетворении основных требований Истца не подлежал удовлетворению иск также в части компенсации морального вреда.

Таким образом, принятое судом по настоящему делу решение является законным и обоснованным, оснований для его отмены по доводам апелляционной жалобы не имеется.

Руководствуясь ст. 328 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия

ОПРЕДЕЛИЛА:

Решение Смольнинского районного суда Санкт-Петербурга от 23 декабря 2015 года по настоящему делу оставить без изменения, апелляционную жалобу истца – без удовлетворения.

 

Суд не удовлетворил апелляцию бывшего сотрудника полиции к МВД России по иску о восстановлении на службе в ОВД

Апелляционным определением суда решение об отказе в удовлетворении иска бывшего сотрудника полиции к МВД России о восстановлении на службе в органах внутренних дел оставлено без изменений.

16 мая 2015 года сотрудником полиции отдельного взвода патрульно-постовой службы полиции УМВД России по Всеволожскому району Ленинградской области в сети Интернет в открытом доступе было выложено видеообращение к Правительству Российской Федерации и другим исполнительным органам власти, в котором он неоднократно высказывал суждения и оценки действий своего руководства. Также в своем обращении полицейский неоднократно высказывал данные своих коллег, которые в силу положений законодательства являются персональными данными и относятся к конфиденциальной информации.

В связи с опубликованием видеоматериала в отношении сотрудника полиции была назначена служебная проверка, по результатам которой было принято решение об увольнении из органов внутренних дел по дисциплинарным обстоятельствам за грубое нарушение служебной дисциплины. Основанием принятого решения явились положения Федерального закона от 30.11.2011 №342-ФЗ «О службе в органах внутренних дел Российской Федерации и внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации» и Федерального закона от 27.07.2004 №79-ФЗ «О государственной гражданской службе Российской Федерации». В соответствии с законодательством сотруднику органов внутренних дел запрещается допускать публичные высказывания, суждения и оценки в отношении деятельности государственных органов, их руководителей, если это не входит в его должностные обязанности, а также запрещается разглашение служебной тайны.

Не согласившись с указанным решением, полицейский обратился с исковым заявлением к МВД России о восстановлении на службе в органах внутренних дел. Решением Всеволожского городского суда Ленинградской области в удовлетворении иска было отказано. Действия руководства данного сотрудника, основанные по результатам служебной проверки, были признаны правомерными. Апелляционным определением Ленинградского областного суда решение оставлено без изменения, апелляционная жалоба-без удовлетворения.

Определение об отказе в принятии к рассмотрению жалобы гражданки Я. на нарушение ее конституционных прав п.5 ч.1 ст. 13, п.15 ч.2 ст.49 и п.9 ч.3 ст.82 ФЗ «О службе в органах внутренних дел РФ и внесении изменений в отдельные законодательные акты РФ»

КОНСТИТУЦИОННЫЙ СУД РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

ОПРЕДЕЛЕНИЕ

от 22 декабря 2015 г. № 3016-О

ОБ ОТКАЗЕ В ПРИНЯТИИ К РАССМОТРЕНИЮ ЖАЛОБЫ ГРАЖДАНКИ Я. НА НАРУШЕНИЕ ЕЕ КОНСТИТУЦИОННЫХ ПРАВ ПУНКТОМ 5 ЧАСТИ 1 СТАТЬИ 13, ПУНКТОМ 15 ЧАСТИ 2 СТАТЬИ 49 И ПУНКТОМ 9 ЧАСТИ 3 СТАТЬИ 82 ФЕДЕРАЛЬНОГО ЗАКОНА «О СЛУЖБЕ В ОРГАНАХ ВНУТРЕННИХ ДЕЛ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ И ВНЕСЕНИИ ИЗМЕНЕНИЙ В ОТДЕЛЬНЫЕ ЗАКОНОДАТЕЛЬНЫЕ АКТЫ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ»

Конституционный Суд Российской Федерации в составе Председателя В.Д. Зорькина, судей К.В. Арановского, А.И. Бойцова, Н.С. Бондаря, Г.А. Гаджиева, Ю.М. Данилова, Л.М. Жарковой, Г.А. Жилина, С.М. Казанцева, М.И. Клеандрова, С.Д. Князева, А.Н. Кокотова, Л.О. Красавчиковой, С.П. Маврина, Н.В. Мельникова, Ю.Д. Рудкина, О.С. Хохряковой, В.Г. Ярославцева,

рассмотрев вопрос о возможности принятия жалобы гражданки Я. к рассмотрению в заседании Конституционного Суда Российской Федерации,

установил:

1. В своей жалобе в Конституционный Суд Российской Федерации гражданка Я. оспаривает конституционность следующих положений Федерального закона от 30 ноября 2011 года № 342-ФЗ «О службе в органах внутренних дел Российской Федерации и внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации»:

пункта 5 части 1 статьи 13, в соответствии с положением которого при осуществлении служебной деятельности, а также во внеслужебное время сотрудник органов внутренних дел должен не допускать публичные высказывания, суждения и оценки, в том числе в средствах массовой информации, в отношении государственных органов, должностных лиц, если это не входит в его служебные обязанности;

пункта 15 части 2 статьи 49, согласно которому грубым нарушением служебной дисциплины сотрудником органов внутренних дел являются публичные высказывания, суждения и оценки, в том числе в средствах массовой информации, в отношении деятельности государственных органов, их руководителей, в том числе в отношении федерального органа исполнительной власти в сфере внутренних дел, его территориального органа, подразделения, если это не входит в служебные обязанности сотрудника;

пункта 9 части 3 статьи 82, предусматривающего, что контракт о прохождении службы в органах внутренних дел подлежит расторжению, а сотрудник органов внутренних дел увольнению со службы в органах внутренних дел в связи с совершением проступка, порочащего честь сотрудника органов внутренних дел.

Как следует из представленных материалов, поводом к увольнению заявительницы послужило заключение по материалам служебной проверки, которым установлен факт совершения Я. проступка, порочащего честь сотрудника органов внутренних дел, выразившегося в оценке, негативных публичных высказываниях, в том числе в средствах массовой информации, действий и решений руководства и деятельности Главного управления Министерства внутренних дел Российской Федерации по Пермскому краю.

Суд, рассматривавший дело Я. о признании незаконными приказа об увольнении, восстановлении в прежней должности и выплате денежного довольствия за время вынужденного прогула, посчитал факты, изложенные в материалах служебной проверки, установленными, а увольнение заявительницы по основанию, предусмотренному пунктом 9 части 3 статьи 82 Федерального закона «О службе в органах внутренних дел Российской Федерации и внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации», - обоснованным, в связи с чем отказал Я. в удовлетворении ее исковых требований.

По мнению заявительницы, пункт 9 части 3 статьи 82 Федерального закона «О службе в органах внутренних дел Российской Федерации и внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации» противоречит статьям 2, 15, 17 (части 1 и 3), 18, 19 (часть 1), 46 (часть 1), 54 и 55 Конституции Российской Федерации, поскольку допускает произвольный выбор основания увольнения в том случае, когда сотрудник совершил дисциплинарный проступок - грубое нарушение служебной дисциплины, и позволяет применять к такому сотруднику увольнение по данному основанию в качестве единственного дисциплинарного взыскания; положения пункта 5 части 1 статьи 13 и пункта 15 части 2 статьи 49 оспариваемого Закона не соответствуют статьям 23, 24 и 29 Конституции Российской Федерации, поскольку позволяют отнести к высказываниям сотрудника высказывания в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет» анонимного пользователя и проводить проверочные мероприятия по установлению его личности.

Оспариваемые положения Федерального закона «О службе в органах внутренних дел Российской Федерации и внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации» применены в деле заявительницы судами общей юрисдикции.

2. Конституционный Суд Российской Федерации, изучив представленные материалы, не находит оснований для принятия данной жалобы к рассмотрению.

Конституционный Суд Российской Федерации ранее уже обращался к вопросу о конституционности ограничения на публичные высказывания, суждения и оценки, в том числе в средствах массовой информации, в отношении государственных органов и должностных лиц, установленного для государственных гражданских служащих и сотрудников милиции (полиции).

Постановлением Конституционного Суда Российской Федерации от 30 июня 2011 года № 14-П соответствующее нормативное положение признано не противоречащим Конституции Российской Федерации. В данном Постановлении Конституционный Суд Российской Федерации отметил, что, поскольку в рамках своей профессиональной служебной деятельности государственные служащие обеспечивают исполнение полномочий органов государственной власти (статья 1 Федерального закона от 27 мая 2003 года № 58-ФЗ «О системе государственной службы Российской Федерации»), публичное выражение ими, в том числе в средствах массовой информации, суждений и оценок, имеющих смысл возражения или порицания, может не только затруднить поддержание отношений служебной лояльности и сдержанности, но и подорвать авторитет государственной власти как непременное условие успешного решения возложенных на нее задач, связанных в том числе с защитой прав и свобод человека и гражданина, суверенитета и государственной целостности (статьи 2 и 4; статья 5, часть 3; статья 15, часть 2; статья 18 Конституции Российской Федерации), т.е. с основами конституционного строя Российской Федерации, и тем самым создать препятствия или сделать невозможным эффективное осуществление органами государственной власти своих полномочий, а следовательно, лишить государственную службу ее конституционного и практического смысла.

Указанная правовая позиция Конституционного Суда Российской Федерации с учетом части 2 статьи 14 Федерального закона «О службе в органах внутренних дел Российской Федерации и внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации» применима и ко всем сотрудникам органов внутренних дел, поскольку на них распространяются запреты, установленные в том числе пунктом 10 части 1 статьи 17 Федерального закона от 27 июля 2004 года № 79-ФЗ «О государственной гражданской службе Российской Федерации», а оспариваемые заявительницей пункт 5 части 1 статьи 13 и пункт 15 части 2 статьи 49 Федерального закона «О службе в органах внутренних дел Российской Федерации и внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации», по существу, совпадают с названной нормой Федерального закона «О государственной гражданской службе Российской Федерации», являвшейся предметом рассмотрения Конституционного Суда Российской Федерации в Постановлении от 30 июня 2011 года № 14-П.

Как следует из содержания жалобы, нарушение своих прав пунктом 5 части 1 статьи 13 и пунктом 15 части 2 статьи 49 Федерального закона «О службе в органах внутренних дел Российской Федерации и внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации» заявительница связывает с тем, что на основании названных норм были проведены проверочные мероприятия, направленные на установление личности пользователя информационно-телекоммуникационной сети «Интернет», что, по мнению Я., нарушает ее права на неприкосновенность частной жизни, личную и семейную тайну, тайну переписки, свободу мысли и слова.

Однако к полномочиям Конституционного Суда Российской Федерации, как они закреплены в статье 125 Конституции Российской Федерации и статье 3 Федерального конституционного закона «О Конституционном Суде Российской Федерации», не относится проверка действий правоприменительных органов, а также установление и исследование фактических обстоятельств.

Что же касается оспариваемого заявительницей пункта 9 части 3 статьи 82 Федерального закона «О службе в органах внутренних дел Российской Федерации и внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации», то, как неоднократно указывал Конституционный Суд Российской Федерации, служба в органах внутренних дел является особым видом государственной службы, направлена на реализацию публичных интересов, что предопределяет наличие у сотрудников, проходящих службу в этих органах, специального правового статуса, обусловленного выполнением конституционно значимых функций по обеспечению правопорядка и общественной безопасности. Законодатель, определяя правовой статус сотрудников, проходящих службу в органах внутренних дел, вправе устанавливать для этой категории граждан особые требования, в том числе к их личным и деловым качествам, и особые обязанности, обусловленные задачами, принципами организации и функционирования органов внутренних дел, а также специфическим характером деятельности указанных лиц (Постановление от 6 июня 1995 года № 7-П; определения от 21 декабря 2004 года № 460-О, от 16 апреля 2009 года № 566-О-О, от 25 ноября 2010 года № 1547-О-О и от 24 июня 2014 года № 1405-О).

Возможность увольнения со службы сотрудника органов внутренних дел, более не отвечающего указанным требованиям, предопределена необходимостью комплектования правоохранительных органов лицами, имеющими высокие морально-нравственные качества и способными надлежащим образом выполнять принятые ими на себя обязательства по защите прав и свобод человека и гражданина, соблюдению положений Конституции Российской Федерации, обеспечению безопасности, законности и правопорядка.

При этом пункт 9 части 3 статьи 82 Федерального закона «О службе в органах внутренних дел Российской Федерации и внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации» не предполагает возможности его произвольного применения, поскольку презюмирует, что принятию решения об увольнении сотрудника органов внутренних дел со службы за совершение проступка, порочащего честь сотрудника органов внутренних дел, т.е. за несоблюдение им добровольно принятых на себя обязательств, предусмотренных законодательством, предшествует объективная оценка совершенного им деяния, а обоснованность увольнения со службы может быть предметом судебной проверки.

Оспаривая конституционность названного законоположения, заявительница указывает на то, что ее действия были квалифицированы как грубое нарушение служебной дисциплины, предусмотренное в пункте 15 части 2 статьи 49 Федерального закона «О службе в органах внутренних дел Российской Федерации и внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации», а совершение такого дисциплинарного проступка не влечет за собой безусловного увольнения со службы. Однако разрешение вопроса об оценке действий заявительницы связано с проверкой обоснованности увольнения Я. со службы в органах внутренних дел на основании пункта 9 части 3 статьи 82 Федерального закона «О службе в органах внутренних дел Российской Федерации и внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации», что не входит в компетенцию Конституционного Суда Российской Федерации. Равно как не относится к его полномочиям и проверка законности и обоснованности судебных постановлений, вынесенных по делу заявительницы.

Исходя из изложенного и руководствуясь пунктом 2 статьи 43, частью первой статьи 79, статьями 96 и 97 Федерального конституционного закона «О Конституционном Суде Российской Федерации», Конституционный Суд Российской Федерации

определил:

1. Отказать в принятии к рассмотрению жалобы гражданки Я. Елены Вадимовны, поскольку она не отвечает требованиям Федерального конституционного закона «О Конституционном Суде Российской Федерации», в соответствии с которыми жалоба в Конституционный Суд Российской Федерации признается допустимой.

2. Определение Конституционного Суда Российской Федерации по данной жалобе окончательно и обжалованию не подлежит.

Председатель Конституционного Суда Российской Федерации

В.Д.ЗОРЬКИН

Апелляционное определение по апелляционной жалобе гражданина С. на решение суда по его иску к ГУ МВД России о признании незаконным увольнения

САНКТ-ПЕТЕРБУРГСКИЙ ГОРОДСКОЙ СУД

Per. №33-…/2016                                                                    Судья: Матусяк Т.П.

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

Судебная коллегия по гражданским делам Санкт-Петербургского городского суда в составе

председательствующего - Литвиновой И.А.

судей - Гавриловой Н.В., Стешовиковой И.Г.

с участием прокурора - Кузьминой И.Д.

при секретаре -Смирновой Е.Е

рассмотрела в открытом судебном заседании 09 февраля 2016 года материалы гражданского дела № 2-…/2015 с апелляционной жалобой С. на решение Смольнинского районного суда Санкт-Петербурга от 15 сентября 2015 года по иску С. к ГУ МВД России по Санкт-Петербургу и Ленинградской области о признании незаконным увольнения, приказа, обязании присвоить специальное звание, признании незаконными действий и бездействия по не назначению на должность в органах внутренних дел, обязании восстановить в должности и предоставить возможность замещения должности,

Заслушав доклад судьи Литвиновой И.А., объяснения истца С., поддержавшего доводы апелляционной жалобы, представителя ответчика ГУ МВД России по Санкт-Петербургу и Ленинградской области, действующей на основании доверенности №15 от 04.01.2016 сроком до 31.12.2016, полагавшей решение суда оставить без изменения, изучив материалы дела, судебная коллегия по гражданским делам Санкт-Петербургского городского суда,

У С Т А Н О В И Л А:

Истец С. обратился в суд с иском, в котором после уточнения требований просил признать незаконным увольнение, в том числе признать незаконным приказ ГУ МВД по Санкт-Петербургу и Ленинградской области № 256 л/с от 19.03.2015 года о расторжении контракта и увольнении со службы из органов внутренних дел по п. 8 ч. 2 ст. 82 Федерального закона «О службе в органах внутренних дел Российской Федерации и внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации» - по состоянию здоровья майора милиции С., бывшего оперуполномоченного 6 отдела ОРЧ (линии БЭП) ГУВД, находящегося в распоряжении ГУ МВД России, признать незаконными действия и бездействие ГУ МВД России по Санкт-Петербургу и Ленинградской области по не назначению его на должность в органах внутренних дел в период с 08.04.2014 года по 19.03.2015 года, обязать ГУ МВД России по Санкт-Петербургу и Ленинградской области восстановить его в должности оперуполномоченного УЭБ и ПК ГУ МВД России по Санкт-Петербургу и Ленинградской области, обязать ГУ МВД России по Санкт-Петербургу и Ленинградской области предоставить возможность замещения должности в органах внутренних дел по 4 категории с учетом уровня квалификации, образования и выслуги лет, присвоить специальное звание майора полиции.

В обоснование своих требований С. указал, что проходил службу в органах внутренних дел и является одиноким отцом, воспитывает малолетнего ребенка без матери, которая была лишена родительских прав решением Петродворцового районного суда Санкт-Петербурга от 04.12.2012 гола, а потому не может быть уволен со службы по инициативе работодателя з с иду положений ч. 4 ст. 261 ТК РФ. Выражая несогласие и с заключением ВВК о категории годности, истец полагал приказ о расторжении контракта незаконным. Указал, что увольнение по п. 8 ч. 2 ст. 82 Федерального закона О службе в органах внутренних дел Российской Федерации и внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации» допускается только в случае невозможности перевода или отказа сотрудника органов внутренних дел от перевода на иную должность в органах внутренних дел, тогда как он неоднократно выражал свое согласие на перевод на иные должности. В нарушение действующего законодательства за 11 месяцев нахождения в распоряжении ГУ МВД России по Санкт-Петербургу вопрос о его назначении на должность решен ответчиком не был, несмотря на наличие вакантных должностей, успешное прохождение им испытания на соответствие квалификационным требованиям.

Решением Смольнинского районного суда Санкт-Петербурга от 15. ?9.2015 года отказано в удовлетворении требований С.

В апелляционной жалобе истец просит решение суда отменить, полагает его незаконным и необоснованным.

Судебная коллегия, изучив материалы дела, выслушав явившихся участников процесса, обсудив доводы апелляционной жалобы, не находит оснований для отмены решения суда, отвечающего требованиям закона.

В соответствии с ч. 1 ст. 327.1 ГПК РФ суд апелляционной инстанции рассматривает дело в пределах доводов, изложенных в апелляционной жалобе, представлении и возражениях относительно жалобы, представления.

Судом установлено и из материалов дела следует, что с 1994 года Серов В.А. проходил службу в МВД РФ.

С 27.08.2009 года занимал должность оперуполномоченного 6 отдела ОРЧ (линии БЭП) ГУВД по Санкт-Петербургу и Ленинградской области.

Приказом от 30.12.2009 года майор милиции С. зачислен в распоряжение ГУ МВД России по Санкт-Петербургу и Ленинградской области.

В период с сентября 2009 года по январь 2013 года Серов В.А. находился на излечении в связи с полученной травмой.

С 10.01.2013 года по 07.04.2014 года ГУ МВД России по Санкт-Петербургу и Ленинградской области С. был предоставлен отпуск по уходу за ребенком до достижения им возраста трех лет.

29.04.2014 года истцу вручены уведомление от 11.04.2014 года о прекращении или расторжении контракта и увольнении со службы в связи с сокращением должности, которую он занимал - оперуполномоченного 6 отдела оперативно-розыскной части (линии БЭП), а также уведомление от 11.04.2014 года о прекращении или расторжении контракта и увольнении со службы в связи с истечением срока нахождения сотрудника в распоряжении ГУ МВД России по Санкт-Петербургу и Ленинградской области.

При этом истцу были предложены вакантные должности в подразделениях ГУ МВД России по Санкт-Петербургу и Ленинградской области для прохождения дальнейшей службы.

Рапорт в ответ на данные уведомления со стороны истца в материалах дела отсутствует.

06.05.2014 года Управлением по работе с личным составом ГУ МВД России по Санкт-Петербургу и Ленинградской области С. выдано направление № 31/52 на медицинское освидетельствование на ВВК МСЧ «ФКУЗ МВД России» для определения годности к службе, военной службе.

15.05.2014 года было проведено медицинское освидетельствование истца.

По результатам прохождения медицинского освидетельствования ВВК была выдана справка № 5119 от 15.05.2014 года о годности к службе в органах внутренних дел в должности старшего дознавателя УОД.

11.06.2014 года С. обратился с рапортом на имя начальника ГУ МВД России по Санкт-Петербургу и Ленинградской области с требованием принять решение о его назначении на должность в подразделении УЭБ и ПК ГУ МВД России по Санкт-Петербургу и Ленинградской области.

В ответ на указанный рапорт истцу предложено выбрать должность из списка вакантных должностей по состоянию на 15.06.2014 года, а также предложено явиться 04.07.2014 года для сдачи соответствующих зачетных испытаний и решения вопроса о соответствии должности, на которую претендует С.

Рапорта о назначении на должность согласно списку вакантных должностей по состоянию на 15.06.2014 года от истца в дальнейшем не поступило.

В августе 2014 года Военно-врачебная комиссия уведомила кадровое подразделение ГУ МВД России по Санкт-Петербургу и Ленинградской области о произошедшей технической ошибке, отозвав справку № 5119 от 15.05.2014 года, в соответствии с которой С. установлена степень годности «А» - годен к службе в органах внутренних дел СО 1. Годен к службе в должности старшего дознавателя УОД, и выдав свидетельство о болезни № 5119, которым категория годности к службе, военной службе определена «В» - ограниченно годен к службе в органах внутренних дел СО 4. Не годен к службе в должности старшего дознавателя. Годен к службе в должностях по 4 группе предназначения.

02.09.2014 года истцу вновь был вручен список вакантных должностей с учетом категории годности. Рапорта с согласием на конкретную должность от С. не поступало.

Письмом Управления по работе с личным составом ГУ МВД России по Санкт-Петербургу и Ленинградской области от 17.09.2014 года С. был уведомлен о необходимости прибыть в Управление для разрешения вопроса о трудоустройстве, а также предупрежден, что непоступление рапорта с согласием на конкретную должность будет расцениваться как отказ от назначения и являться основанием для увольнения, одновременно с письмом было направлено уведомление от 10.09.2014 года о прекращении жди расторжении контракта и увольнении со службы по п. 8 ч. 2 ст. 82 Федерального закона «О службе в органах внутренних дел Российской Федерации и внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации» от 30.11.2011 года № 342-ФЗ - по состоянию здоровья.

01.10.2014 года С. был ознакомлен со списком вакантных должностей по 4 группе предназначения по состоянию на 15.09.2014 года.

08.10.2014 года истцом подан рапорт о назначении его в УМВД России по Приморскому району Санкт-Петербурга на должность заместителя ИВС, в связи с чем, на основании запроса, личное дело сотрудника было направлено в УМВД России по Приморскому району Санкт-Петербурга для решения вопроса о принятии на службу. По минованию надобности личное дело было возвращено.

В рапорте от 14.11.2014 года С. вновь изложил просьбу о назначении на любую вакантную должность, имеющуюся в распоряжении ГУ МВД России по Санкт-Петербургу и Ленинградской области.

26.11.2014 года истец предоставил рапорт с волеизъявлением быть назначенным в УВД России по Тамбовской области и с просьбой о направлении личного дела в соответствующее подразделение.

05.12.2014    года личное дело С. было направлено в УМВД России по Тамбовской области и возвращено без назначения 02.02.2015 года.

10.02.2015    года в ГУ МВД России по Санкт-Петербургу и Ленинградской области вновь поступило обращение С. о назначении на любую вакантную должность и организации приема руководством ГУ МВД России.

По результатам проведенного личного приема заместителем начальника ГУ МВД России от С. поступил рапорт о назначении на должность инженера ОВО по Петродворцовому району Санкт-Петербурга.

На основании этого было принято решение о направлении С. для определения соответствия квалификационным требованиям сотрудникам 4 категории предназначения, в частности к должности, на которую был получен рапорт.

13.03.2015 года были проведены соответствующие зачеты (огневая, физическая   подготовка),   по   результатам   которых   была   выставлена неудовлетворительная оценка.

18.03.2015 года С. был ознакомлен с представлением об увольнении по п. 8 ч. 2 ст. 82 Федерального закона «О службе в органах внутренних дел Российской Федерации и внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации», ему разъяснены права и гарантии, связанные с увольнением по данному основанию.

19.03.2015 года издан приказ ГУ МВД России по Санкт-Петербургу и Ленинградской области от 19.03.2015 года № 256 л/с об увольнении Серова АЛ. по п. 8 ч. 2 ст. 82 Закона о службе (по состоянию здоровья).

Отказывая в удовлетворении заявленных Серовым А.В. требований, суд первой инстанции пришел к выводу о том, что ГУ МВД по Санкт-Петербургу и Ленинградской области были выполнены все возможные действия по определению дальнейшего прохождения службы истца в органах внутренних дел, увольнение произведено на основании п. 8 ч. 2 ст. S2 Федерального закона «О службе в органах внутренних дел Российской Федерации и внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации» от 30.11.2011 года № 342-ФЗ при наличии заключения военно-врачебной комиссии о категории годности С. к службе по 4 группе предназначения и Невозможности осуществить перемещение истца на выбранную должность ввиду несоответствия квалификационным требованиям, предъявляемым к сотрудникам полиции, процедура увольнения не нарушена, в связи с чем оснований для признания увольнения незаконным, восстановления истца в должности, присвоения специального звания майора полиции не имеется.

Судебная коллегия полагает, что данные выводы суда соответствуют фактическим обстоятельствам дела и основаны на правильном применении законодательства, регулирующего возникшие правоотношения.

Предоставленным при рассмотрении спора доказательствами судом первой инстанции дана полная и всесторонняя оценка в соответствии со ст. ст. 55. 56, 67 ГПК РФ. Оснований для переоценки доказательств по делу судебная коллегия не усматривает.

Правоотношения, связанные с поступлением на службу в органы внутренних дел, ее прохождением и прекращением, а также определением правового положения (статуса) сотрудника органов внутренних дел регулируются Федеральным законом «О службе в органах внутренних дел Российской Федерации и внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации» от 30.11.2011 года № 342-ФЗ, Федеральным законом «О полиции» от 07.02.2011 года № 3-ФЗ, другими федеральными законами, нормативными правовыми актами Президента Российской Федерации, Правительства Российской Федерации, федерального органа исполнительной власти в сфере внутренних дел.

В соответствии с п.11 ч.2 ст. 82 Федерального закона «О службе в органах внутренних дел Российской Федерации и внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации» от 30.11.2011 года №342-ФЗ основанием для расторжения контракта и увольнения сотрудника со службы в органах внутренних дел является сокращение должности в органах внутренних дел, замещаемой сотрудником.

В силу ч.18 ст. 36 указанного закона руководитель федерального органа исполнительной власти в сфере внутренних дел или уполномоченный судоводитель в срок, установленный для нахождения сотрудника органов заутренних дел в распоряжении федерального органа исполнительной власти в сфере внутренних дел, его территориального органа или подразделения, после уведомления сотрудника о сокращении или о возможном расторжении контракта и увольнении со службы в органах внутренних дел решает вопрос о переводе сотрудника на иную должность в органах внутренних дел в соответствии со статьей 30 настоящего Федерального закона либо о расторжении с ним контракта в соответствии со статьей 82 настоящего Федерального закона.

При невозможности перевода сотрудника органов внутренних дел на гнуто должность в органах внутренних дел сотрудник, в силу ч.10 ст.30 Федерального закона «О службе в органах внутренних дел Российской Федерации и внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации», подлежит увольнению со службы в органах внутренних дел.

Согласно п.8 ч.2 ст.82 Федерального закона от 30.11.2011 года №342-ФЗ контракт может быть расторгнут, а сотрудник органов внутренних дел может быть уволен со службы в органах внутренних дел по состоянию здоровья - на основании заключения военно-врачебной комиссии об ограниченной годности к службе в органах внутренних дел и о невозможности выполнять служебные обязанности в соответствии с замещаемой должностью при отсутствии возможности перемещения по службе.

Частью 7 ст. 82 названного закона предусмотрено, что расторжение контракта по основанию, предусмотренному п. 8 ч. 2 указанной статьи, осуществляется по инициативе одной из сторон контракта; при этом расторжение контракта по инициативе руководителя федерального органа исполнительной власти в сфере внутренних дел или уполномоченного руководителя допускается только в случае невозможности перевода или отказа сотрудника органов внутренних дел от перевода на иную должность в органах внутренних дел.

В соответствии с Федеральным законом «О службе в органах внутренних дел Российской Федерации и внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации» и Федеральным законом «О полиции» сотрудники органов внутренних дел должны соответствовать квалификационным требованиям, предъявляемым к замещаемым должностям, либо к должностям на которые они претендуют.

В соответствии с ч.1 ст.9 Федерального закона «О службе в органах внутренних дел Российской Федерации и внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации» в число квалификационных требований к должностям в органах внутренних дел, устанавливаемых в соответствии с составами должностей в органах внутренних дел, входят требования к уровню образования, стажу службы в органах внутренних дел или стажу (опыту) работы по специальности, профессиональным знаниям и состоянию здоровья сотрудников органов внутренних дел, необходимым для выполнения обязанностей по замещаемой должности (далее также - служебные обязанности).

В рамках реализации вышеуказанных нормативно-правовых актов 18.05.2012 года издан Приказ МВД России № 521 «О квалификационных требованиях к должностям рядового состава, младшего, среднего и старшего начальствующего состава органов внутренних дел Российской Федерации» об утверждении Квалификационных требований к стажу службы в органах внутренних дел Российской Федерации или стажу (опыту) работы по специальности, профессиональным знаниям и навыкам для сотрудников органов внутренних дел Российской Федерации, замещающих должности рядового состава, младшего, среднего и старшего начальствующего состава органов внутренних дел Российской Федерации, Квалификационных требований к уровню физической подготовки в отношении отдельных должностей рядового состава, младшего, среднего и старшего начальствующего состава органов внутренних дел Российской Федерации.

В силу указанных правовых положений назначение на должность в органах внутренних дел сотрудников, находящихся в распоряжении, возможно только после установления соответствия всем квалификационным требованиям к должностям, на которые претендует сотрудник, в том числе с учетом состояния здоровья и уровня физической и огневой подготовки.

Частью 3 ст.20 Федерального закона «О службе в органах внутренних дел Российской Федерации и внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации» предусмотрено, что изменение правоотношений на службе в органах внутренних дел (назначение сотрудника органов внутренних дел на другую должность в органах внутренних дел) осуществляется на основании согласия или ходатайства сотрудника, выраженных в письменной форме в его обращении к руководителю федерального органа исполнительной власти в сфере внутренних дел или уполномоченному руководителю (далее - рапорт). В рапорте сотрудником также указывается, что он ознакомился с должностным регламентом (должностной инструкцией), основными условиями службы в органах внутренних дел, установленным порядком исчисления и выплаты денежного довольствия, режимом служебного времени и отдыха (если этот режим отличается от общих правил внутреннего служебного распорядка, установленных в федеральном органе исполнительной власти в сфере внутренних дел, его территориальном органе, подразделении).

Как следует из материалов дела и истцом не оспаривается, с 30.12.2009 года С. зачислен в распоряжение ГУ МВД России по Санкт-Петербургу и Ленинградской области в связи с организационно-штатными мероприятиями.

После окончания предоставленного С. отпуска по уходу за ребенком до достижения им возраста трех лет (с 10.01.2013 года по 07.04.2014 года), ГУ МВД России по Санкт-Петербургу и Ленинградской области истцу были вручены уведомления о расторжении контракта в связи с сокращением должности в органах внутренних дел, замещаемой сотрудником, а также в связи с истечением срока нахождения сотрудника в распоряжении, предоставлен список вакантных должностей, выдано направление для прохождения медицинского освидетельствования военно-врачебной комиссией.

В соответствии с заключением ВВК ФКУЗ «МСЧ МВД РФ по г. Санкт-Петербургу и Ленинградской области» от 15.05.2014 года, отраженному в свидетельстве о болезни № 5119, С. установлена степень годности «В» - ограниченно годен к службе в органах внутренних дел СО 4. Не годен к службе в должности старшего дознавателя УОД. Может продолжать службу в должностях, отнесенных к 4 группе предназначения.

Требования С. о признании свидетельства о болезни № 5119 недействительным являлись предметом самостоятельного судебного разбирательства по гражданскому делу № 2-584/2015, вступившим в законную силу решением суда по которому в их удовлетворении отказано, а потому, как правильно указано судом первой инстанции, правомерность выводов военно-врачебной комиссии в рамках настоящего дела не подлежит оспариванию истцом.

В целях перемещения С. по службе на должность, отнесенную к 4 группе предназначения, МВД России по Санкт-Петербургу и Ленинградской области истцу был предложен список вакантных должностей с учетом категории годности.

После того, как С. выразил согласие о назначении на должность инженера ОВО по Петродворцовому району Санкт-Петербурга ГУ МВД России по Санкт-Петербургу было принято решение о направлении истца для определения соответствия квалификационным требованиям к должностям 4 категории предназначения.

Учитывая, что в соответствии с Приказом МВД России № 521 квалификационным требованием к должностям рядового состава, младшего, среднего и старшего начальствующего состава органов внутренних дел, независимо от категории предназначения по здоровью, является применение специальных средств и огнестрельного оружия, а также определенный уровень физической подготовки, суд пришел к обоснованному выводу об отсутствии возможности передвижения истца по службе, поскольку С. показал неудовлетворительные результаты профессиональной, служебной и физической подготовки, что является препятствием для назначения его на любую должность в органах внутренних дел.

При указанных обстоятельствах с учетом положений ч.18 ст.36 Федерального закона «О службе в органах внутренних дел Российской Федерации и внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации» подлежал разрешению вопрос о расторжении контракта с С. в соответствии со ст.82 данного закона.

Принимая во внимание заключение военно-врачебной комиссии, непрохождение С. зачетных испытаний в ходе проверки служебной и физической подготовки, что свидетельствует о невозможности перемещения истца по службе, оснований для признания незаконным увольнения С. со службы по п.8 ч.2 ст.82 Федерального закона «О службе в органах внутренних дел Российской Федерации и внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации» не имеется.

Процедура увольнения нарушена не была. С представлением к увольнению из органов внутренних дел Российской Федерации С. был ознакомлен 18.03.2015 года. До увольнения с истцом была проведена беседа, в ходе которой истцу разъяснены основания увольнения, вопросы получения выплат, гарантий и компенсаций, вопросы пенсионного обеспечения, обязанности сотрудника при увольнении.

Приказ о расторжении контракта и увольнении со службы в органах внутренних дел был оформлен 19.03.2015 года с учетом периодов нетрудоспособности С. (л.д. 68).

Довод истца о том, что в силу положений ст. 261 ТК РФ он не мог быть уволен как отец, воспитывающий малолетнего ребенка без матери, судом обоснованно признан несостоятельным, так как основанием для прекращения контракта с истцом являются объективные, то есть не зависящие от воли сторон трудового договора, в частности от воли ГУ МВД России по Санкт-Петербургу и Ленинградской области, обстоятельства.

Содержащиеся в апелляционной жалобе С. доводы о том, что двухмесячный срок его нахождения в распоряжении ГУ МВД России по Санкт-Петербургу и Ленинградской области истек 05.08.2014 года, после указанной даты следовало исходить из того, что действие контракта продолжалось на прежних условиях, то есть на условиях до зачисления его в распоряжение в 2009 году, однако ответчиком после 05.08.2014 года положения ст. 36 Федерального закона «О службе в органах внутренних дел Российской Федерации и внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации» соблюдены не были, в частности не был вновь издан приказ о зачислении в распоряжение, вакантные должности не предлагались, на медицинское освидетельствование истец не направлялся, основаны на неправильном понимании закона, правового значения не имеют и выводов суда не опровергают.

Указанные доводы не свидетельствуют о незаконности увольнения или нарушении процедуры увольнения, поскольку ГУ МВД России по Санкт-Петербургу и Ленинградской области были выполнены действия по определению дальнейшего прохождения службы истцом, зачисленным в распоряжение в связи с проведением организационно-штатных мероприятий, предлагались вакантные должности, в том числе с учетом заключения военно-врачебной комиссии о категории годности, проведена проверка соответствия квалификационным требованиям.

То обстоятельство, что расторжение контракта имело место по истечении срока нахождения в распоряжении ГУ МВД России по Санкт-Петербургу и Ленинградской области, установленного п.1 ч.11 ст.36 Федерального закона от 30.11.2011 года №342-ФЗ, не дает оснований для вывода о нарушении прав истца, поскольку в соответствии с п.15 ст.36 данного закона время нахождения сотрудника органов внутренних дел в распоряжении федерального органа исполнительной власти в сфере внутренних дел, его территориального органа или подразделения засчитывается в календарном исчислении в стаж службы (выслугу лет) в органах внутренних дел.

Кроме того, как усматривается из материалов дела, после получения свидетельства о болезни, выражая несогласие с заключением военно-врачебной комиссии, длительное время не подавал рапорт о назначение на конкретную вакантную должность, отнесенную к 4 группе предназначения.

Получение истцом трудовой книжки и военного билета 30.06.2015 года, также не является основанием для признания увольнения незаконным.

Существенных нарушений норм материального и процессуального права, повлиявших на исход дела, доводы, содержащиеся в дополнении к апелляционной жалобе С., не подтверждают и не являются основанием для признания судебной коллегией выводов суда первой инстанции необоснованными.

Довод о том, что судом не разрешен вопрос о незаконности приказа ГУ МВД России по Санкт-Петербургу и Ленинградской области № 256 л/с от 19.05.2015 года в части увольнения С. как майора милиции, судебная коллегия не может признать состоятельным, поскольку в просительной части уточненного искового заявления истцом заявлены требования о признании незаконным увольнения со службы (л.д. 144), удовлетворение которых повлекло бы за собой отмену приказа ГУ МВД России по Санкт-Петербургу и Ленинградской области № 256 л/с от 19.03.2015 года в целом. Для вывода о незаконности увольнения указание в приказе специального звания С., факт неприсвоения специального звания «майор полиции» правового значения не имеет.

Самостоятельное требование о признании данного приказа незаконным именно в части указания в нем специального звания «майор милиции», что повлекло за собой после расторжения контракта нарушение прав С. на денежные выплаты, гарантии и компенсации, истцом заявлено не было.

Заявленное в рамках иска о признании увольнения незаконным требование истца об обязании присвоить ему специальное звание «майор полиции» оставлено судом без удовлетворения, поскольку в силу положений ст. 41 Федерального закона «О службе в органах внутренних дел Российской Федерации и внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации» основанием для присвоения специального звания является замещение сотрудником должности в органах внутренних дел, однако С. на должность сотрудника внутренних дел назначен не был. нахождение же его в распоряжении не может являться основанием для присвоения ему специального звания «майор полиции».

Судебная коллегия полагает возможным согласиться с указанным выводом суда первой инстанции, принимая во внимание положения ч. 2 ст. 10 Федерального закона от 30.11.2011 года № 342-ФЗ, согласно которой сотрудник органов внутренних дел может проходить службу в органах внутренних дел в случае его зачисления в распоряжение федерального органа исполнительной власти в сфере внутренних дел, его территориального органа, подразделения; при этом сотрудник не замешает должность в органах внутренних дел.

Довод жалобы С. о прохождении им 19.07.2011 года внеочередной аттестации, предусмотренной ст. 54 Федерального закона «О полиции» от 07.02.2011 года № 3-ФЗ, что влечет за собой признание его сотрудником полиции, судебная коллегия отклоняет, поскольку после указанной аттестации истец не был назначен на должность сотрудника полиции и на таком назначении не настаивал.

Довод жалобы С. о нарушении при расторжении контракта его права, предусмотренного ч. 8 ст. 82 Федерального закона от 30.11.2011 года № 342-ФЗ, на выбор основания увольнения по сокращению штата, не может быть повлечь отмену решения суда ввиду следующего.

Часть 8 ст. 82 Федерального закона от 30.11.2011 года №342-ФЗ содержит правило о том, что при наличии одновременно нескольких оснований прекращения или расторжения контракта, в частности, предусмотренных п. 8 (по состоянию здоровья), п. 11 (в связи с сокращением должности), п. 12 (в связи с истечением срока нахождения сотрудника в распоряжении) части 2 данной статьи, контракт прекращается или расторгается по одному из этих оснований по выбору сотрудника органов внутренних дел.

Однако после ознакомления в сентябре 2014 года с уведомлением о предстоящем расторжении контракта и увольнении из органов внутренних дел по состоянию здоровья, С. своим правом выбора основания увольнения не воспользовался, соответствующий рапорт не подал. При таком положении оснований для вывода о том, что истец был лишен права на выбор основания увольнения, не имеется.

С учетом установленных судом обстоятельств, свидетельствующих о невозможности перевода С. на иную должность в органах внутренних дел, расторжение контракта по основанию, предусмотренному п. 8 ч. 2 ст. 82 Федерального закона от 30.11.2011 года №342-ФЗ в силу положений ч.7 ст.82 Федерального закона от 30.11.2011 года № 342-ФЗ могло быть осуществлено по инициативе руководителя ГУ МВД России по Санкт-Петербургу и Ленинградской области.

Увольнение по указанному основанию не нарушает прав С. при имеющейся у него выслуге лет, истец уволен с правом на пенсию.

Довод жалобы о бездействии руководства ГУ МВД России по Санкт-Петербургу и Ленинградской области, выразившемся в оставлении без рассмотрения рапорта С. о переводе на нижестоящую должность заместителя начальника ИВС по Приморскому району Санкт-Петербурга и нерассмотрении его требования о направлении на обучение по дополнительным профессиональным программам, с целью возможного замещения иной должности в органах внутренних дел, не свидетельствуют о нарушении процедуры увольнения.

Кроме того, из материалов дела следует, что истец после рапорта о согласии занять должность заместителя начальника ИВС по Приморскому району Санкт-Петербурга и направления личного дела в УМВД России по Приморскому району Санкт-Петербурга для решения вопроса о принятии на службу, которое было возвращено по миновании надобности, не настаивал на перемещении на указанную должность, предоставил рапорт о назначении в УВД России по Тамбовской области и направлении личного дела в соответствующее подразделение, позже подал рапорт о назначении на должность инженера ОВО по Петродворцовому району Санкт-Петербурга, после чего была проведена проверка профессиональной, служебной и физической подготовки С., который зачетные испытания не сдал, что отражено в оценочном листе от 13.03.2015 года.

Направление сотрудника на обучение по дополнительным профессиональным программам является правом уполномоченного руководителя органов внутренних дел, а не его обязанностью.

Доказательств, свидетельствующих о допущенных нарушениях порядка проверки уровня профессиональной подготовленности, повлиявших на оценку показанных Серовым А.В. результатов, истцом в материалы дела не предоставлено. Результаты проверки истцом обжалованы не были.

Довод апелляционной жалобы о том, что до расторжения контракта в отношении него должна была быть проведена внеочередная аттестация на основании ч.4 ст.33 Федерального закона от 30.11.2011 года №342-ФЗ, судебная коллегия рассматривает исходя из следующего.

В силу положений ч.1, ч.4 ст.33 Федерального закона «О службе в органах внутренних дел Российской Федерации и внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации» внеочередная аттестация сотрудника органов внутренних дел проводится в целях определения его соответствия замещаемой должности в органах внутренних дел. В данном случае вопрос соответствия С. замещаемой должности не разрешался, рассматривался вопрос о возможности передвижения по службе сотрудника, находящегося в распоряжении.

Довод о том, что суд при разрешении спора сослался на решение суда по гражданскому делу № 2-…/2015 года, которое как доказательство не приобщено к материалам дела и не имеет преюдициального значения, поскольку в его рассмотрении не участвовало ГУ МВД России по Санкт-Петербургу и Ленинградской области, не указывает на наличие процессуальных нарушений или неправильное применение норм процессуального права, повлекших принятие неправильного решения.

В ходе рассмотрения апелляционной жалобы С. не отрицал, что вступившим в законную силу решением по гражданскому делу № 2-…/2015 года отказано в удовлетворении его требований о признании свидетельства о болезни № 5119 недействительным. Решение суда по указанному делу является преюдициальным для С. и при рассмотрении настоящего дела заключение военно-врачебной комиссии им оспариванию не подлежат. Тогда как ГУ МВД России по Санкт-Петербургу и Ленинградской области заключение военно-врачебной комиссии от 15.05.2014 года не оспаривает.

Юридически значимые обстоятельства судом установлены, нормы материального и процессуального права применены правильно, предусмотренных ст.330 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации оснований к отмене решения суда в апелляционном порядке не имеется.

Руководствуясь ст.328 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия

О П Р Е Д Е Л И Л А:

Решение Смольнинского районного суда Санкт-Петербурга от 15 сентября 2015 года оставить без изменения, апелляционную жалобу - без удовлетворения.

Апелляционное определение по иску ГУ МВД России по г.Санкт-Петербургу и Ленинградской области к Обществу с ограниченной ответственностью «Издательство «Сельская жизнь», Комитету по печати и взаимодействию со средствами массовой информации Санкт-Петербурга о защите чести, достоинства и деловой репутации

САНКТ-ПЕТЕРБУРГСКИЙ ГОРОДСКОЙ СУД

Per.     33-19054/2015                                                                           Судья: Матусяк Т.П.

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ   ОПРЕДЕЛЕНИЕ

Санкт-Петербург                                                                                24 декабря 2015 года

Судебная коллегия по гражданским делам Санкт-Петербургского городского суда в составе:

председательствующего - Зарочинцевой Е.В.
судей - Александровой Ю.К., Птоховой З.Ю.

при секретаре - Красильникове А.В.

рассмотрела в открытом судебном заседании апелляционные жалобы Т., Б., В., Главного управления внутренних дел Российской Федерации по г. Санкт-Петербургу и Ленинградской области на решение Смольнинского районного суда Санкт-Петербурга от 19 мая 2015 года по гражданскому делу № 2-76/15 по иску Главного управления внутренних дел Российской Федерации по г. Санкт-Петербургу и Ленинградской области, В. к Обществу с ограниченной ответственностью «Издательство «Сельская жизнь», Р., Т., Б., Комитету по печати и взаимодействию со средствами массовой информации Санкт-Петербурга о защите чести, достоинства и деловой репутации.

Заслушав доклад судьи Зарочинцевой Е.В., выслушав объяснения представителя Главного управления внутренних дел Российской Федерации по г.Санкт-Петербургу и Ленинградской области, истца В., представителя ответчика Т., представителя ответчиков Т., Б, поддержавших доводы поданных ими апелляционных жалоб, представителя ООО «Издательство «Сельская жизнь» С., поддержавшей доводы апелляционной жалобы ответчиков, судебная коллегия

УСТАНОВИЛА:

Главное управление внутренних дел Российской Федерации по г. Санкт-Петербургу и Ленинградской области (далее - ГУВД по СПб и ЛО), В. обратились в Смольнинский районный суд с иском к Обществу с ограниченной ответственностью «Издательство «Сельская жизнь» (далее - ООО «Издательство «Сельская жизнь»), Р., Т., Б., Комитету по печати и взаимодействию со средствами массовой информации Санкт-Петербурга о защите чести, достоинства и деловой репутации, уточнив исковые требования в порядке ст. 39 ГПК РФ истцы просили:

обязать ООО «Издательство «Сельская жизнь» опубликовать опровержение не соответствующих действительности распространенных сведений порочащего характера о служебной деятельности В. и деятельности сотрудников ГУ МВД России по г. Санкт-Петербургу и Ленинградской области в соответствии с порядком, предусмотренным ст. 44 Закона РФ от 27.12.1991 № 2124-1 «О средствах массовой информации»: не позднее десяти дней со дня вступления в силу решения суда на первой полосе газеты «Сельская жизнь» опубликовать подготовленный истцами текст опровержения, набранный тем же шрифтом, что и статья «Когда подрезают крылья», размещенная на первой полосе газеты от 6-12 февраля 2014 года № 5; обязать ООО «Издательство «Сельская жизнь» удалить из электронной версии статей «Когда подрезают крылья», «Открытое письмо Президенту Российской Федерации В.В. Путину», «Черный беспредел», «Открытое письмо союза животноводов России» и «Время энергичных действий», размещенных на странице Интернет-сайта редакции, не соответствующие действительности сведения порочащего характера о служебной деятельности В. и деятельности сотрудников ГУ МВД России по г.Санкт-Петербургу и Ленинградской области;

взыскать в пользу В. денежную компенсацию морального вреда:

с ООО «Издательство «Сельская жизнь» в размере 1 000 000 рублей; с Р. - 100 000 рублей; с Т. - 300 000 рублей; с Б. - 100 000 рублей;

взыскать в пользу ГУ МВД России по СПб и ЛО денежную компенсацию вреда деловой репутации:

с ООО «Издательство «Сельская жизнь» в размере 1 000 000 рублей; с Р. - 100 000 рублей; с Т. - 300 000 рублей; с Б. - 300 000 рублей;

обязать Комитет по печати и взаимодействию со средствами массовой информации принять меры по выявлению нереализованных экземпляров газеты «Сельская жизнь» № 5 за 6-12 февраля 2014 года, № 13 за 3-9 апреля 2014 года,
№ 27 за 10-16 июля 2014 года, их изъятию и уничтожению.

В обоснование заявленных требований истцы указывали, что в выпусках газеты «Сельская жизнь» № 5 за 6-12 февраля 2014 года и № 13 за 3-9 апреля 2014 года опубликованы статьи «Когда подрезают крылья» (в № 5), «Открытое письмо Президенту Российской Федерации В.В. Путину» и «Черный беспредел» (в № 13) (материалы размещаются также в электронном виде на Интернет-сайте редакции).

В указанных статьях рассказывается об успешной производственной деятельности ЗАО «Племенной завод «Ручьи» (далее - ЗАО «Племенной завод «Ручьи»), а также о мероприятиях, осуществляемых сотрудниками ГУ МВД по СПб и ЛО в ходе расследования уголовных дел, связанных с деятельностью ЗАО «Племенной завод «Ручьи», об иных вопросах деятельности должностных лиц ГУ МВД по СПб и ЛО. При этом, в указанных статьях содержится ряд утверждений о противоправной деятельности должностных лиц органов внутренних дел, которые не соответствуют действительности. Указанные утверждения излагаются как от лица корреспондента Р., так и со ссылкой на других лиц, в частности, директора ЗАО «Племенной завод «Ручьи» Т. и «бывшего сотрудника правоохранительных органов» Б.

В частности, к не соответствующим действительности, по мнению истцов, относятся следующие утверждения:

без ссылок на какие-либо источники (от лица корреспондента):

«... в начале 2014 года силовики провели в здании администрации «воспитательную работу» с целью дискредитации руководства, создания нервозной обстановки в трудовом коллективе, ухудшения делового климата...»;

«... следователи и оперативные работники применяли физическую силу, выгоняя сотрудников из кабинетов, били по дверям ногами, вели себя крайне агрессивно, неоднократно заявляя сотрудникам предприятия, что их генеральный директор является преступником...»;

«Следствие по указанным уголовным делам производится незаконно, с нарушением требований ст. 151 и ст.447 УПК РФ, в соответствии с которыми подследственность проверок и предварительное следствие в отношении депутата законодательного (представительного) органа государственной власти субъекта РФ отнесено к компетенции следователей Следственного комитета РФ»;

«Следователь В., действуя умышленно с целью опорочить честь и достоинство Т. ... в присутствии сотрудников предприятия не допускал его в личный кабинет депутата...»;

«Следователь В. умышленно вводит в заблуждение руководство о необходимости продления сроков предварительного следствия, указывая несоответствующие действительности результаты годичной работы, которой на самом деле не было»;

«... по личному указанию следователя В. оперативные работники, в нарушение требований ст.ст.12, 113 УПК РФ, ст.25 Конституции гарантирующих неприкосновенность жилища, проникли в квартиру, принадлежащую дочери кассира С. Этим самым фактически было совершено преступление, предусмотренное ч. З ст. 139 УК РФ, а также произведен незаконный обыск в целях отыскания С. Спустя некоторое время сотрудниками УЭБ и ПК была совершена попытка покушения на то же преступление в отношении частной собственности гендиректора Т.»; со ссылкой на слова Т.:

«... следственными органами ... игнорируются очевидные факты и обстоятельства, позволяющие говорить о заинтересованности следователя В. в привлечении должностных лиц ЗАО «Племенной завод «Ручьи» к уголовной ответственности, что может быть следствием того, что следователь, либо иные лица, имеющие на него влияние, «финансово мотивированы» рейдерскими структурами...»;

«В целях завладения имуществом ЗАО «Племенной завод «Ручьи», прекращения его деятельности и устранения администрации в отношении предприятия по инициативе рейдерских структур ... было сфабриковано два уголовных дела... Указанные уголовные дела, возбужденные де-юре в отношении неустановленных лиц и находящиеся в настоящее время в производстве старшего следователя по ОВД ГСУ ГУ МВД РФ по СПб и ЛО, подполковника юстиции В., направлены не на объективное расследование, а на сбор компромата на руководство ЗАО «Племенной завод «Ручьи» и дискредитацию его в деловых кругах Санкт-Петербурга и Ленинградской области во исполнение «заказа» рейдерских структур»;

«...незаконными действиями следователя В. будет полностью парализована деятельность ЗАО «Племенной завод «Ручьи», а его сотрудники незаконно привлечены к уголовной ответственности»;

со ссылкой на Б.:

«Не могу терпеть противозаконные действия, черный беспредел, смычку части правоохранительных органов с бизнесом в целях рейдерского захвата имущества для личного обогащения. Следователь В. из этой компании»;

«... действующим руководством ГСУ ... было принято решение об использовании реформы МВД РФ в личных корыстных интересах, т.е. создания ...централизованного следственного аппарата, способного контролировать и распределять финансовые потоки теневых (криминальных) структур в регионе, и участвовать в преступных схемах, связанных с легализацией доходов нецелевого использования и хищения бюджетных денежных средств... кадровые реорганизации позволили М. извратить смысл реформы и беспрепятственно создавать на базе рабочего следственного подразделения действующую модель коррупционно-зависимого преступного сообщества. Целенаправленные действия М. послужили основанием для необоснованного, без законных на то оснований, вывода за штаты ГУ руководителя   следственной  части  П.,   последовательного создания условий для мирного решения вопроса о подыскании иного места службы заместителем начальника ГС А., увольнения зам.нач. СЧ Б., сотрудников, в производстве которых находились наиболее значимые и резонансные уголовные дела, окончание расследования и направление в суд которых могло вызвать дестабилизацию обстановки в регионе и публичное оглашение в ходе судебных разбирательств фактов коррупционных проявлений действующих руководителей следственного аппарата»;

«Публично обсуждается вопрос недопустимости смены действующего начальника СЧ, назначение заместителя по тылу, курирующего линию ДТП, поскольку у М. отсутствует уверенность в поддержании указанной ею кандидатуры действующим руководством Следственного департамента МВД РФ, что может повлечь разоблачение преступных схем вывода в пользу третьих лиц денежных средств и иных имущественных активов из всех имеющихся в производстве ГСУ многоэпизодных уголовных дел экономической направленности, связанных с завладением денежными средствами дольщиков на сумму свыше 500 млн. рублей, прекращением уголовного преследования в отношении ряда лиц, подозреваемых в хищении денежных средств, выделяемых из бюджета РФ, в особо крупном размере, допущенных по ее указанию фактов коррупционных проявлений сотрудниками...»;  

«...М. серьезно опасается угрозы официального публичного оглашения факта ... конфликтного строительства подконтрольными коммерческими предприятиями ... личного коттеджа, за оказание услуг по охране которого ею осуществляется покровительство по службе руководителя СУ по Всеволожскому району Г. ....».

Истцы считают, что указанные утверждения порочат честь, достоинство и деловую репутацию старшего следователя по особо важным делам 4 отдела следственной части ГСУ ГУ МВД России по г. Санкт-Петербургу и Ленинградской области В., поскольку содержат сведения о противоправной деятельности данного должностного лица. Также указанные утверждения порочат деловую репутацию ГУ МВД по СПб и ЛО г. Санкт- Петербургу и Ленинградской области, поскольку содержат сведения о противоправной деятельности должностных лиц ГУ МВД России по г. Санкт-Петербургу и Ленинградской области, в частности о широкомасштабной коррумпированности следственных подразделений, многочисленных нарушениях законодательства сотрудниками следственных подразделений и Управления экономической безопасности и противодействия коррупции ГУ России по г. Санкт-Петербургу и Ленинградской области.

При этом указанные сведения, по мнению истцов, не соответствуют действительности, так как уголовные дела «….» и «….» были возбуждены на законных основаниях (в частности, уголовное дело «….» возбуждено 23.07.2013 По постановлению Всеволожского городского прокурора от 22.07.2013), их расследование и оперативное сопровождение осуществляется в строгом соответствии с законодательством, проводимые мероприятия осуществляются с целью исчерпывающего установления обстоятельств расследуемых событий, а не с целью опорочить руководство ЗАО «Племенной завод «Ручьи» и дестабилизировать его деятельность; расследование и принятие процессуальных решений по иным уголовным делам, находящимся в производстве следователей ГСУ, осуществляется в соответствии с законодательством, исходя из устанавливаемых обстоятельств; решение кадровых вопросов осуществляется руководством ГУ МВД по СПб и ЛО в соответствии с требованиями законодательства и в пределах предоставленных полномочий.

По обстоятельствам, изложенным в публикациях, Инспекцией ГУ МВД России по г.Санкт-Петербургу и Ленинградской области и Оперативно-розыскной частью (собственной безопасности) ГУ МВД России по г. Санкт-Петербургу и Ленинградской области была проведена проверка, по результатам которой факты противоправной деятельности сотрудников ГСУ ГУ МВД России по г. Санкт-Петербургу и Ленинградской области и УЭБ и ПК ГУ МВД России по г. Санкт-Петербургу и Ленинградской области своего подтверждения не нашли.

Истцы считают, что указанные публикации были направлены на оказание психологического давления на должностных лиц ГУ МВД по СПб и ЛО с целью воспрепятствования расследованию.

В соответствии с публикацией не соответствующих действительности сведений порочащего характера, В. также причинен моральный вред, выразившийся в переживаниях, связанных с возникновением негативного мнения о нем со стороны лиц, с которыми ему приходится общаться при исполнении служебных обязанностей, а также со стороны некоторых сослуживцев. При этом следует учитывать, что В. является должностным лицом, выполняющим Конституционно-значимые функции по расследованию преступлений, а умаление его репутации и авторитета может крайне негативно сказаться на эффективности служебной деятельности ввиду возможного отказа частников уголовного судопроизводства на добросовестное сотрудничество со следствием.

ГУ МВД по СПб и ЛО, как территориальному органу федерального органа исполнительной власти, перед которым стоят задачи по противодействию противоправной деятельности граждан и организаций, в связи с опубликованием не соответствующих действительности сведений о широкомасштабной противоправной деятельности сотрудников следственных подразделений причинен нематериальный вред - вред деловой репутации, выразившийся в вероятном снижении доверия граждан к деятельности органов предварительного следствия и ГУ МВД России по СПб и ЛО.

Таким образом, ответчики распространили не соответствующие действительности сведения, порочащие честь, достоинство и деловую репутацию В., а также деловую репутацию ГУ МВД России по СПб и ЛО. что повлекло причинение морального вреда В., а также вреда деловой репутации ГУ МВД по СПб и ЛО.

Ответчик Комитет по печати и взаимодействию со средствами массовой информации. по мнению истцов, является органом государственной власти, уполномоченным на осуществление мероприятий, предусмотренных п.4 ст. 152 ГК РФ. уполномоченным на пресечение и запрещение дальнейшего распространения сведений порочащего характера путем изъятия и уничтожения экземпляров материальных носителей, содержащих указанные сведения.

Решением Смольнинского районного суда Санкт-Петербурга от 19.05. 2015 исковые требования удовлетворены частично.

Суд обязал ООО «Издательство «Сельская жизнь» опубликовать опровержение не соответствующих действительности распространенных сведений порочащего характера о служебной деятельности В. и деятельности сотрудников ГУ МВД России по г.Санкт-Петербургу и Ленинградской области в соответствии с порядком, предусмотренным ст. 44 Загона РФ «О средствах массовой информации», на первой полосе газеты «Сельская жизнь» опубликовать набранный тем же шрифтом, что и статья «Когда за подрезают крылья», размещенная на первой полосе газеты от 6-12 февраля 2014 года №5, в срок не позднее десяти дней со дня вступления в силу решения суда, следующий текст:

«В выпусках газеты «Сельская жизнь» №5 за 6-12 февраля 2014 года, № 13 за 3-9 апреля 2014 года, № 27 за 10-16 июля 2014 года опубликованы статьи «Когда подрезают крылья» (в №5), «Открытое письмо Президенту Российской Федерации В.В. Путину» и «Черный беспредел» (в №13), «Открытое письмо союза животноводов России» и «Время энергичных действий» (в №27).

В указанных статьях рассказывается о проблемах сельскохозяйственной отрасли экономики, об успешной производственной деятельности ЗАО Племенной завод «Ручьи», а также о мероприятиях, осуществляемых сотрудниками ГУ МВД России по г. Санкт-Петербургу и Ленинградской области в ходе расследования уголовных дел, связанных с деятельностью ЗАО  «Племенной  завод «Ручьи», об  иных  вопросах деятельности должностных лиц ГУ МВД России по г. Санкт-Петербургу и Ленинградской области. В указанных статьях содержится ряд утверждений о противоправной деятельности должностных лиц органов внутренних дел, не соответствуют действительности. В частности, не соответствующими действительности являются сведения о личной заинтересованности следователя В. в   привлечении   к уголовной ответственности руководства и сотрудников ЗАО «Племенной завод «Ручьи», о влиянии на ход расследования «рейдерских структур», о том, что целью расследования являлось не объективное установление обстоятельств дела, а дискредитация руководства ЗАО «Племенной завод Ручьи» и прекращение его деятельности, о противозаконном проведении обысков оперативными сотрудниками у должностных лиц организации, а также о создании руководством Главного следственного управления ГУ МВД России по г. Санкт-Петербургу и Ленинградской области в указанном следственном подразделении «действующей модели коррупционно-зависимого преступного сообщества».

Этим же решением суд обязал ООО «Издательство «Сельская жизнь» удалить из электронной версии статей «Когда подрезают крылья», «Открытое письмо Президенту Российской Федерации В..В. Путину», «Черный беспредел», «Открытое письмо союза животноводов России» и «Время энергичных действий», размещенных на странице Интернет-сайта редакции, не соответствующие действительности сведения порочащего характера о служебной деятельности В. и деятельности сотрудников ГУ МВД России по г. Санкт-Петербургу и Ленинградской области.

Суд также взыскал с ООО «Издательство «Сельская жизнь», Р., Т., Б. в пользу В. расходы по оплате государственной пошлины в размере 100 рублей с каждого.

В апелляционной жалобе истцы просят решение районного суда отменить в части отказа в удовлетворении заявленных требований, считая его незаконным, принять в этой части новое решение об удовлетворении исковых требований ГУ МВД России по СПБ и ЛО, В.

В апелляционной жалобе Т. просит решение суда отменить, ссылаясь на то, что оно является необоснованным, принятым с нарушением норм материального и процессуального права, а также недоказанностью установленных судом обстоятельств, имеющих значение для рассмотрения дела.

В апелляционной жалобе Б. просит решение суда отменить, как незаконное, принятое с нарушением норм материального и процессуального права, принципа состязательности сторон.

Судебная коллегия, изучив материалы дела, выслушав объяснения участвующих в деле лиц, проверив законность и обоснованность решения по доводам апелляционных жалоб, приходит к следующим выводам.

В соответствии со статьей 23 Конституции Российской Федерации каждый имеет право на защиту своей чести и доброго имени. Статьей 29 Конституции Российской Федерации каждому гарантируется свобода мысли и слова, а также свобода массовой информации.

Согласно части 4 статьи 15 Конституции Российской Федерации общепризнанные принципы и нормы международного права и международные договоры Российской Федерации являются составной частью ее правовой системы. Применительно к свободе массовой информации на территории Российской Федерации действует статья 10 Конвенции о защите прав человека и основных свобод, в соответствии с частью 1 которой каждый человек имеет право свободно выражать свое мнение. Это право включает свободу придерживаться своего мнения, получать   и   распространять   информацию   и   идеи   без   какого-либо вмешательства со стороны публичных властей и независимо от государственных границ.

Вместе с тем, в части 2 статьи 10 названной Конвенции указано, что осуществление этих свобод, налагающее обязанности и ответственность, может быть сопряжено с определенными формальностями, условиями, ограничениями или санкциями, которые предусмотрены законом и необходимы в демократическом обществе в интересах национальной безопасности, территориальной целостности или общественного порядка, в целях предотвращения беспорядков или преступлений, для охраны здоровья и нравственности, защиты репутации или прав других лиц, предотвращения разглашения информации, полученной конфиденциально, или обеспечения авторитета и беспристрастности правосудия. При этом положения данной нормы должны толковаться в соответствии с правовой позицией Европейского Суда по правам человека, выраженной в его постановлениях.

Предусмотренное статьями 23 и 46 Конституции Российской Федерации право каждого на защиту своей чести и доброго имени, а также установленное статьей 152 Гражданского кодекса Российской Федерации право каждого на судебную защиту чести, достоинства и деловой репутации от распространенных не соответствующих действительности порочащих сведений является необходимым ограничением свободы слова и массовой информации для случаев злоупотребления этими правами.

Согласно статьей 33 Конституции Российской Федерации граждане Российской Федерации имеют право обращаться лично, а также направлять индивидуальные и коллективные обращения в государственные органы и органы местного самоуправления.

Пунктом 11 статьи 152 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что правила настоящей статьи о защите деловой репутации гражданина, за исключением положений о компенсации морального вреда, соответственно применяются к защите деловой репутации юридического липа.

Согласно разъяснениям Пленума Верховного Суда РФ, содержащимся в Постановлении от 24.02.2005 № 3 «О судебной практике по делам о защите чести и достоинства граждан, а также деловой репутации граждан и юридических лиц» под распространением сведений, порочащих честь и достоинство граждан или деловую репутацию граждан и юридических лиц, следует понимать опубликование таких сведений в печати, трансляцию по радио и телевидению, демонстрацию в кинохроникальных программах и других средствах массовой информации, распространение в сети Интернет, а также с использованием иных средств телекоммуникационной связи, изложение в служебных характеристиках, публичных выступлениях, заявлениях, адресованных должностным лицам, или сообщение в той или иной, в том числе устной, форме хотя бы одному лицу.

Не соответствующими действительности сведениями являются утверждения о фактах или событиях, которые не имели места в реальности во время, к которому относятся оспариваемые сведения.

Порочащими, в частности, являются сведения, содержащие утверждения о нарушении гражданином или юридическим лицом действующего законодательства, совершении нечестного поступка, неправильном, неэтичном поведении в личной, общественной или политической жизни, недобросовестности при осуществлении производственно-хозяйственной и предпринимательской деятельности, нарушении деловой этики или обычаев делового оборота, которые умаляют честь и достоинство гражданина или деловую репутацию гражданина либо юридического лица.

Согласно разъяснениям Пленума Верховного Суда Российской Федерации, изложенным в пункте 5 постановления от 24.02.2005 № 3 "О судебной практике по делам о защите чести и достоинства граждан, а также деловой репутации граждан и юридических лиц" (далее - постановление N 3) надлежащими ответчиками по искам о защите чести, достоинства и деловой репутации являются авторы не соответствующих действительности порочащих сведений, а также лица, распространившие эти сведения.

В силу пункта 7 указанного Постановления Пленума Верховного Суда РФ по делам данной категории необходимо иметь в виду, что обстоятельствами, имеющими в силу статьи 152 Гражданского кодекса Российской Федерации значение для дела, являются: факт распространения ответчиком сведений об истце, порочащий характер этих сведений и несоответствие их действительности.

Пунктом 9 вышеуказанного Постановления установлено, что в силу пункта 1 статьи 152 ГК РФ бремя доказывания соответствия действительности распространенных сведений лежит на ответчике. Истец обязан доказать факт распространения сведений лицом, к которому предъявлен иск, а также порочащий характер этих сведений.

В ходе судебного разбирательства судом установлен факт распространения в средствах массовой информации и порочащий характер сведений об истцах в вышеназванных статьях.

Проанализировав содержание спорных публикаций, суд установил, что оспариваемые сведения не являются оценочными суждениями и умаляют деловую репутацию истцов, поскольку содержат утверждения о их недобросовестности при осуществлении правоохранительной деятельности, о нарушении ими норм действующего законодательства, деловой этики.

Факт опубликования сведений в средстве массовой информации и распространение их в сети Интернет подтверждается материалами дела и ответчиками не оспорен. Доказательства достоверности оспариваемых сведений не представлены.

При этом суд, руководствуясь разъяснениями, данными в п.9 вышеназванного Постановления Пленума ВС РФ, обоснованно не согласился с доводами ответчиков о том, что изложенные в статьях сведения являются мнением автора, а также ответчиков Т. и Б., поскольку они содержат сведения о фактах, которые могут быть проверены на предмет соответствия их действительности.

Соответственно, на ответчиках лежала обязанность представить суду доказательства, подтверждающие действительность распространенных сведений.

Правомерно возложив на ответчиков обязанности по представлению доказательств соответствия действительности распространенных ими сведений, суд обоснованно указал на отсутствие таких доказательств в материалах дела.

Показаниями допрошенных свидетелей - работников ЗАО «Племенной завод «Ручьи» не были подтверждены факты применения физической силы к кому-либо из сотрудников предприятия.

Не подтверждена свидетельскими показаниями и достоверность информации о проведении незаконного обыска в квартире дочери С.

При этом как верно указано судом, незаконность процессуальных действий следователя может быть установлена исключительно в порядке, предусмотренном действующим законодательством, а именно в порядке установленном главой 16 УПК РФ.

Отсюда судом сделан правильный вывод о том, что все утверждения ответчиков, изложенные в указанных публикациях, о незаконности действий истца В., а также иных сотрудников ГУ МВД РФ по г. Санкт-Петербургу и Ленинградской области, нё могут быть признаны судом соответствующими действительности в отсутствие вступивших в законную сяду судебных актов.

Суд также сделал правильный вывод о том, что указанные утверждения порочат деловую репутацию ГУ МВД России по г. Санкт-Петербургу и Ленинградской области, так как содержат сведения о противоправной деятельности должностных лиц ГУ МВД России по г. Санкт-Петербургу и Ленинградской области, в частности о широкомасштабной коррумпированности следственных подразделений, многочисленных нарушениях законодательства сотрудниками следственных подразделений и Управления экономической безопасности и противодействия коррупции ГУ России по г. Санкт-Петербургу и Ленинградской области.

Судом обоснованно дана критическая оценка представленному ответчиками заключению специалиста Н. о том, что приведенные из статей цитаты не являются утверждением, а выражают субъективное состояние и убеждение автора.

Также суд правомерно не согласился с доводами представителей средств массовой информации и автора статей о том, что оспариваемые истцами утверждения носят характер допустимой критики.

Распространение недостоверных сведений не может быть квалифицировано судом как допустимая критика.

Также обоснованным является вывод суда о том, что публикации не носят характер заявления о преступлении, поскольку право граждан на обращение с заявлением о преступлении реализуется в установленном законом порядке, а именно путем направления в органы, компетентные принимать решения по указанным заявлениям.

При разрешении вопроса о том, являются ли изложенные ответчиками сведения субъективным мнением, суд первой инстанции обоснованно исходил из пределов права свободы выражения, предусмотренных частью 1 статьи 21 Конституции РФ.

Любое выражение мнения имеет определенную форму и содержание. Содержанием служит умозаключение лица, и его выражение не подвержено никаким ограничениям, кроме установленных в части 2 статьи 29 Конституции РФ. Форма же выражения мнения не должна унижать честь и достоинство личности, должна исключать возможность заблуждения третьих лиц относительно изложенного факта. Если эти требования не выполняются, выразитель мнения должен нести связанные с их невыполнением отрицательные последствия.

В настоящем споре изложенные ответчиками сведения носят характер утверждений о фактах, которые могут быть проверены.

Указания на негативные аспекты деятельности ГУ МВД России по г.Санкт-Петербургу и Ленинградской области, его сотрудников, выраженные в оскорбительной форме в виде обвинения в преступных действиях, свидетельствуют о порочащем характере таких сведений, затрагивают деловую репутацию истцов как органа и должностного лица в сфере правоохранительной деятельности, в обязанности которых входит пресечение общественно опасных деяний.

В силу части 1 статьи 1 Гражданского кодекса Российской Федерации гражданское законодательство основывается на признании равенства участников регулируемых им отношений, необходимости беспрепятственного осуществления гражданских прав, обеспечения восстановления нарушенных прав, их судебной защиты.

В силу п.2 ст. 152 ГК РФ сведения, порочащие честь, достоинство или деловую репутацию гражданина и распространенные в средствах массовой информации, должны быть опровергнуты в тех же средствах массовой информации.

Общие требования к резолютивной части решения об удовлетворении иска о защите чести, достоинства и деловой репутации установлены п. 17 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 24.02.2005 № 3 "О судебной практике по делам о защите чести и достоинства граждан, а также деловой репутации граждан и юридических лиц". При удовлетворении иска суд в резолютивной части решения обязан указать: способ опровержения не соответствующих действительности порочащих сведений и при необходимости изложить текст такого опровержения, где должно быть указано, какие именно сведения являются не соответствующими действительности порочащими сведениями, когда и как они были распространены, а также определить срок (применительно к средствам массовой информации), в течение которого оно должно последовать.

Согласно статье 44 Закона Российской Федерации от 27.12.1991 № 2124-1 "О средствах массовой информации" в опровержении должно быть указано, какие сведения не соответствуют действительности, когда и как они были распространены данным средством массовой информации.

Судебная коллегия полагает, что удовлетворяя заявленные требования о защите деловой репутации путем обязания издательства опубликовать предложенный истцами текст опровержения, нарушенное право не будет восстановлено в полной мере, поскольку истцы считали порочащими не полный текст статей, а их отдельные положения, которые и должны быть опровергнуты, в связи с чем судебная коллегия считает необходимым изменить обжалуемое решение суда в указанной части, изложив текст, подлежащих опровержению сведений в резолютивной части решения суда.

При этом судебная коллегия считает возможным не включать в данный текст следующее:

«... М. серьезно опасается угрозы официального публичного оглашения факта ... конфликтного строительства подконтрольными коммерческими предприятиями ... личного коттеджа, за оказание услуг по охране которого ею осуществляется покровительство по службе руководителя СУ по Всеволожскому району Г. ...», поскольку лунные сведения затрагивают личные интересы М., защищать которые истцы не наделены полномочиями.

Доводы апелляционной жалобы Т. о том, что содержание статей со ссылкой на его авторство было взято журналистом из его жалоб адресованных в правоохранительные органы, в связи с чем не подлежат оспариванию, не могут быть приняты во внимание, поскольку в ходе судебного разбирательства достоверно установлено, что опубликованные материалы были представлены в редакцию именно данным ответчиком, распространены с его согласия.

По этим же основания подлежат отклонению аналогичные доводы апелляционной жалобы ответчика Б.

Также являются несостоятельными доводы апелляционной жалобы ответчика Т. о том, что в статье автор высказал свое мнение и личные суждения, которые не нуждаются в доказывании, поскольку в публикации имеют место не только личные суждения автора, но и утверждения о фактах, соответствие действительности которых можно проверить. Если личные мнение, суждение и оценка содержат сведения, умаляющие честь и достоинство и деловую репутацию гражданина, они должны соответствовать действительности, так как осуществление прав и свобод человека и гражданина не должно нарушать права и свободы других лиц.

В нарушение требований закона автор статьи и главный редактор не проверили достоверность сообщаемой ими информации и распространили не соответствующие действительности сведения, порочащие деловую репутацию истцов.

Прекращение уголовного преследования не является основанием для освобождения ответчиков от гражданско-правовых последствий, предусмотренных ст. 152 ГК РФ.

Иные доводы апелляционных жалоб Т., Б. повторяют правовую позицию истца, выраженную в исковом заявлении, по существу сводятся к изложению обстоятельств, являвшихся предметом исследования и оценки суда, выражают несогласие с оценкой судом исследованных по делу доказательств, которым судом дан надлежащий анализ и правильная оценка по правилам ст. 67 ГПК РФ, а потому не свидетельствуют о наличии правовых оснований для отмены обжалуемого решения суда в указанной части.

Судебная коллегия считает, что при разрешении спора судом обоснованно оставлены без удовлетворения требования истцов к Комитету по печати и взаимодействию со средствами массовой информации Санкт-Петербурга об обязании принять меры по выявлению нереализованных экземпляров газеты «Сельская жизнь» № 5 за 6-12 февраля 2014 года, № 13 за 3-9 апреля 2014 года, № 27 за 10-16 июля 2014 года, их изъятию и уничтожению, как не основанные на законе. Судом верно указано, что удовлетворение требований о возложении на средств массовой информации обязанности по опубликованию опровержения отсутствует необходимость в спускании и уничтожении нереализованные экземпляров газет, поскольку нарушенные права истцов будут восстановлены в полной мере.

При указанных обстоятельствах подлежат отклонению доводы апелляционной жалобы истцов в указанной части.

Отказывая в удовлетворении заявленных истцами требований о взыскании денежной компенсации морального и нематериального вреда, суд исходил из того, что публикацией недостоверных сведений истцам безусловно причинен вред, однако с учетом занимаемой В. Должности, и деятельности, осуществляемой Главным управлением, являющимся юридическим лицом, опубликование опровержения будет являться достаточным для восстановления нарушенных прав, в связи с чем не Главным управлением, являющимся юридическим лицом, опубликование опровержения будет являться достаточным для восстановления нарушенных прав, в связи с чем не усмотрел оснований для возложения на ответчиков обязанности по компенсации истцам морального и репутационного вреда.

Судебная коллегия не может согласиться с данным выводом суда.

В силу положений п.9 ст. 152 Гражданского кодекса Российской Федерации гражданин, в отношении которого распространены сведения, порочащие его честь, достоинство или деловую репутацию, наряду с опровержением таких сведений или опубликованием своего ответа вправе требовать возмещения убытков и компенсации морального вреда, причиненных распространением таких сведений.

В пункте 5 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 20.12.1994 № 10 "Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда" разъяснено, что в случае причинения вреда деловой репутации юридического лица также могут быть применены положения о выплате компенсации по аналогии компенсации морального вреда гражданину, предусмотренной статьями 151, 1101 ГК РФ.

Судебная коллегия находит заслуживающими внимания доводы истца В. о том, что распространением порочащих сведений ему чинен моральный вред, выразившийся в переживаниях, связанных с формированием негативного мнения о нем со стороны лиц, с которыми ему приходится общаться при исполнении должностных обязанностей. Распространенная информация негативно В. с точки зрения его личностных моральных качеств. Информация о неэтичном поведении, нарушении действующего законодательства при осуществлении должностных полномочий негативно характеризует В.

Также являются заслуживающими внимания доводы Главного Управления МВД РФ по СПб и ЛО о том, что ему как территориальному органу федерального органа исполнительной власти, перед которым стоят задачи по противодействию противоправной деятельности сотрудников следственных подразделений причинен нематериальный вред - вред деловой репутации, выразившийся в вероятном снижении доверия граждан к деятельности органов предварительного расследования и ГУ МВД России по СПб и ЛО.

Таким образом, судебная коллегия считает, что истцы вправе требовать возмещения морального и нематериального вреда, причиненного распространением сведений, не соответствующих действительности и порочащих деловую репутацию истца, их честь и достоинство.

При определении размера денежной компенсации вреда, причиненного дедовой репутации истцов, судебная коллегия учитывает характер и содержание публикаций, их количество, степень распространения недостоверных сведений и полагает возможным взыскать соответственно в пользу каждого из истцов с ООО «Издательство «Сельская жизнь» в размере 25 000 рублей, с Р. - 15 000 рублей, с Т. и Б. по 10 000 рублей с каждого.

Согласно ч. 2 ст.328 ГПК РФ по результатам рассмотрения апелляционных жалоб, представления суд апелляционной инстанции вправе отменить или изменить решение суда первой инстанции полностью или в части и принять по делу новое решение.

Учитывая изложенное, руководствуясь ст.ст.328-330 ГПК РФ, судебная коллегия

ОПРЕДЕЛИЛА:

Решение Смольнинского районного суда Санкт-Петербурга от 19 мая 2015 года в части обязания ООО «Издательство «Сельская жизнь» опубликовать опровержение не соответствующих действительности распространенных сведений порочащего характера о служебной деятельности В. и деятельности сотрудников ГУ МВД России по г. Санкт-Петербургу и Ленинградской области изменить.

Обязать ООО «Издательство «Сельская жизнь» опубликовать опровержение следующих не соответствующих действительности распространенных сведений порочащего характера о служебной деятельности В. и деятельности сотрудников ГУ МВД России по г. Санкт-Петербургу и Ленинградской области в соответствии с порядком, предусмотренным ст. 44 Закона РФ «О средствах массовой информации», на первой  полосе газеты «Сельская жизнь» опубликовать набранный тем же шрифтом, что и статья «Когда подрезают крылья», размещенная на первой полосе газеты от 6-12 февраля 2014 года в срок не позднее десяти дней со дня вступления в силу решения суда:

без ссылок на какие-либо источники (от лица корреспондента):

«... в начале 2014 года силовики провели в здании администрации «воспитательную работу» с целью дискредитации руководства, создания нервозной обстановки в трудовом коллективе, ухудшения делового климата...»;

«... следователи и оперативные работники применяли физическую сил>". выгоняя сотрудников из кабинетов, били по дверям ногами, вели себя крайне агрессивно, неоднократно заявляя сотрудникам предприятия, что их генеральный директор является преступником...»;

«Следствие по указанным уголовным делам производится незаконно, с нарушением требований ст. 151 и ст.447 УПК РФ, в соответствии с которыми подследственность проверок и предварительное следствие в отношении депутата законодательного (представительного) органа государственной власти субъекта РФ отнесено к компетенции следователей Следственного комитета РФ»;

«Следователь В., действуя умышленно с целью опорочить честь и достоинство Т. ... в присутствии сотрудников предприятия не допускал его в личный кабинет депутата...»;

«Следователь В. умышленно вводит в заблуждение руководство о необходимости продления сроков предварительного следствия, указывая несоответствующие действительности результаты работы, которой на самом деле не было»;

«… по личному указанию следователя В. оперативные работники, в нарушение  требований  ст.ст.12, 113 УПК РФ, ст.25 Конституции гарантирующих неприкосновенность жилища, проникли в квартиру, принадлежащую дочери кассира С. … Этим самым фактически было совершено преступление, предусмотренное ч. З ст. 139 УК РФ, а также произведен незаконный обыск в целях отыскания С. Спустя некоторое время сотрудниками УЭБиПК была совершена попытка покушения на то же преступление в отношении частной собственности гендиректора Т.»;

со ссылкой на слова Т.:

«... следственными органами ... игнорируются очевидные факты и обстоятельства, позволяющие говорить о заинтересованности следователя В. в привлечении должностных лиц ЗАО «Племенной завод «Ручьи» к уголовной ответственности, что может быть следствием того, что следователь, либо иные лица, имеющие на него влияние, «финансово мотивированы» рейдерскими структурами...»;

«В целях завладения имуществом ЗАО «Племенной завод «Ручьи», прекращения его деятельности и устранения администрации в отношении предприятия по инициативе рейдерских структур ... было сфабриковано два уголовных дела... Указанные уголовные дела, возбужденные де-юре в отношении неустановленных лиц и находящиеся в настоящее время в производстве старшего следователя по ОВД ГСУ ГУ МВД РФ по СПб и ЛО, подполковника юстиции В., направлены не на объективное расследование, а на сбор компромата на руководство ЗАО «Племенной завод «Ручьи» и дискредитацию его в деловых кругах Санкт-Петербурга и Ленинградской области во исполнение «заказа» рейдерских структур»;

«...незаконными действиями следователя В. будет полностью парализована деятельность ЗАО «Племенной завод «Ручьи», а его сотрудники незаконно привлечены к уголовной ответственности»;

со ссылкой на Б.:

«Не могу терпеть противозаконные действия, черный беспредел, части правоохранительных органов с бизнесом в целях рейдерского захвата имущества для личного обогащения. Следователь В. из этой компании»;

«… действующим руководством ГСУ ... было принято решение об использовании реформы МВД РФ в личных корыстных интересах, т.е. создания ... централизованного следственного аппарата, способного контролировать и распределять финансовые потоки теневых (криминальных) структур в регионе, и участвовать в преступных схемах, связанных с легализацией доходов нецелевого использования и хищения бюджетных средств...

кадровые реорганизации позволили М. извратить смысл и беспрепятственно создавать на базе рабочего следственного подразделения действующую модель коррупционно-зависимого преступного сообщества.

Целенаправленные действия М. послужили основанием для необаснованного, без законных на то оснований, вывода за штаты ГУ руководителя следственной части П., последовательного создания условий для мирного решения вопроса о подыскании иного места заместителем начальника ГСУ ... А., увольнения зам.нач. СЧ Б., сотрудников ... в производстве которых находились наиболее значимые и резонансные уголовные дела, окончание расследования и направление в суд которых могло вызвать дестабилизацию обстановки в регионе и публичное оглашение в ходе судебных разбирательств фактов коррупционных проявлений действующих руководителей следственного аппарата»;

«Публично обсуждается вопрос недопустимости смены действующего начальника СЧ, назначение заместителя по тылу, курирующего линию ДТП, поскольку у Матвеевой М. отсутствует уверенность в поддержании указанной ею кандидатуры действующим руководством Следственного департамента МВД РФ, что может повлечь разоблачение преступных схем вывода в пользу третьих лиц денежных средств и иных имущественных активов из всех имеющихся в производстве ГСУ многоэпизодных уголовных дел экономической направленности, связанных с завладением денежными средствами дольщиков на сумму свыше 500 млн. рублей, прекращением уголовного преследования в отношении ряда лиц, подозреваемых в хищении денежных средств, выделяемых из бюджета РФ, в особо крупном размере, допущенных по ее указанию фактов коррупционных проявлений сотрудниками...».

Решение Смольнинского районного суда Санкт-Петербурга от 19 мая 2015 года в части отказа В., Главному управлению внутренних дел Российской Федерации по г.Санкт-Петербургу и Ленинградской области в удовлетворении исковых требований к Обществу с ограниченной ответственностью «Издательство «Сельская жизнь», Р., Т., Б. о взыскании денежной компенсации морального вреда и нематериального вреда отменить, принять в этой части новое решение.

Взыскать с Общества с ограниченной ответственностью «Издательство «Сельская жизнь» в пользу Главного управления внутренних дел Российской Федерации по г.Санкт-Петербургу и Ленинградской области компенсацию нематериального вреда деловой репутации в размере 25 000 (двадцать пять тысяч) рублей.

Взыскать с Р. в пользу Главного управления внутренних дел Российской Федерации по г.Санкт-Петербургу и Ленинградской области компенсацию нематериального вреда деловой репутации в размере 15 000 (пятнадцать тысяч) рублей.

Взыскать с Т. в пользу Главного управления внутренних дел Российской Федерации по г.Санкт-Петербургу и Ленинградской области компенсацию нематериального вреда деловой репутации в размере 10 000 (десять тысяч) рублей.

Взыскать с Б. в пользу Главного управления внутренних дел Российской Федерации по г.Санкт-Петербургу и Ленинградской области компенсацию нематериального вреда деловой репутации в размере 10 000 (десять тысяч) рублей.

Взыскать с Общества с ограниченной ответственностью «Издательство «Сельская жизнь» в пользу В. денежную компенсацию морального вреда в размере 25 000 (двадцать пять тысяч) рублей.

Взыскать с Р. в пользу в пользу В. денежную компенсацию морального вреда в размере 15 000 (пятнадцать тысяч) рублей.

Взыскать с Т. в пользу В. денежную компенсацию морального вреда в размере 10 000 (десять тысяч) рублей.

Взыскать с Б. в пользу В. денежную компенсацию морального вреда в размере 10 000 (десять тысяч) рублей.

В остальной части указанное решение суда оставить без изменения, апелляционные жалобы - без удовлетворения.

Решение Смольнинского районного суда Санкт-Петербурга по иску гражданки М. о признании решения комиссии ГУ МВД России по Санкт-Петербургу и Ленинградской области по жилищно-бытовым вопросам и предоставлению единовременной выплаты сотрудникам об отказе в выплате денежной компенсации за наем незаконным, отмене, взыскании денежной компенсации за наем (поднаем) жилого помещения

 Дело №2-/2015                                                                              «    » мая 2015 года

РЕШЕНИЕ

 Именем Российской Федерации

Смольнинский районный суд г.Санкт-Петербурга в составе: Председательствующего судьи А. При секретаре Ф.,

Рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску М. к ГУ МВД России по Санкт-Петербургу и Ленинградской области о признании решения комиссии ГУ МВД России по Санкт-Петербургу и Ленинградской области по жилищно-бытовым вопросам и предоставлению единовременной выплаты сотрудникам от «дата» об отказе в выплате денежной компенсации за наем незаконным, отмене, взыскании денежной компенсации за наем (поднаем) жилого помещения за период с «дата» по «дата»,

УСТАНОВИЛ:

Истица М обратилась в суд с вышеуказанными исковыми требованиями.

В обоснование иска указывает, что является сотрудником органов внутренних дел РФ с 1998 года, с 2007 года проходит службу в Главном следственном управлении, с 01.09.2014 года состоит в должности ….., имеет звание майора юстиции.

Вместе с членами своей семьи - мужем и двумя несовершеннолетними детьми зарегистрирована по адресу: Ленинградская область, Кировский район, г. п. Приладожский. Данное жилое помещение принадлежит по праву собственности матери на основании договора купли-продажи квартиры.

«Дата» истицей с С. заключен договор найма жилого помещения - двухкомнатной квартиры жилой площадью 45, 7 кв. м., расположенной по адресу: Санкт-Петербург, ул. Бухарестская, на срок с 2014 года по 2015 года.

«Дата» истица обратилась к начальнику ГУ МВД России по Санкт- Петербургу и Ленинградской области с рапортом о выплате ежемесячной денежной компенсации в размере 22 500 рублей за наем жилого помещения по указанному адресу за период с 2014 года по 2015 года на основании ст. 2 Постановления от 30.12.2011 года № 1128 «О порядке и размерах выплаты денежной компенсации за наем (поднаем) жилых помещений сотрудниками ОВД РФ».

Согласно выписке из протокола № 4 комиссии ГУ МВД России по Санкт- Петербургу и Ленинградской области по жилищно-бытовым вопросам ипредоставлению единовременной выплаты сотрудникам от «дата» истице отказано в выплате денежной компенсации, указано, что истица является членом семьи собственника квартиры в доме в п. Приладожский Кировского района Ленинградской области, приблизительное время нахождения в пути от места несения службы к месту постоянного проживания истицы составляет 1 час 28 минут.

Истица считает данный отказ незаконным. Т. к. ответчик не учел, что для того, чтобы добраться до места отправления междугороднего автобуса и от места прибытия в пункте назначения истица должна потратить дополнительно не менее 35 минут, передвигаясь пешком, не менее 15 минут от остановки в пос. Приладожский и не менее 20 минут от места работы по адресу: Лиговский пр. д. 145 до автобусного вокзала или станции метро. Истица указывает, что проезд в одном направлении от места постоянного жительства до места службы занимает более двух часов, что составит более 4 часов в день, что свидетельствует о том, что с учетом восьмичасового рабочего дня плюс время обеда всего девять часов, при не нормированности условий труда, для отдыха остается менее 10 часов. Истица также указывает, что у нее отсутствует возможность ежедневно возвращаться с места службы к месту жительства, находящегося в другом населенном пункте, в связи с удаленностью места его нахождения от места службы.

За период с 2014 года по 2015 года по договору поднайма от 2014 года истицей выплачено 275 000 рублей, размер подлежащей взысканию с ответчика компенсации за период с 2014 года по 2015 года составляет 247 500 рублей, которые истица просит взыскать с ответчика.

Истица М. в судебное заседание не явилась, доверила представление своих интересов представителю.

Представитель истицы, действующая на основании доверенности от 2015 года сроком на 1 год, явилась в судебное заседание, иск поддерживает.

Представитель ответчика – ГУ МВД России по Санкт-Петербургу и Ленинградской области, действующая на основании доверенности сроком по 31.12.2015 года, явилась в судебное заседание, иск не признает, представила отзыв на исковое заявление.

Выслушав мнение лиц, участвующих в деле, изучив материалы дела, суд полагает, что исковые требования не подлежат удовлетворению по следующим основаниям.

Согласно ст. 1 Федерального закона "О социальных гарантиях сотрудникам органов внутренних дел РФ и внесении изменений в отдельные законодательные акты РФ" данный Федеральный закон регулирует отношения, связанные с денежным довольствием и пенсионным обеспечением сотрудников органов внутренних дел РФ, обеспечением их жилыми помещениями, медицинским обслуживанием.

Согласно ст. 8 вышеуказанного Федерального закона сотруднику, не имеющему жилого помещения в населенном пункте по месту службы, и совместно проживающим с ним членам его семьи может предоставляться служебное жилое помещение или жилое помещение в общежитии, относящиеся к жилым помещениям специализированного жилищного фонда, формируемого федеральным органом исполнительной власти в сфере внутренних дел.

Не имеющим жилого помещения в населенном пункте по месту службы признается сотрудник, не являющийся нанимателем жилого помещения по договору социального найма или членом семьи нанимателя жилого помещения по договору социального найма либо собственником жилого помещения или членом семьи собственника жилого помещения, являющийся нанимателем жилого помещения по договору социального найма или членом семьи нанимателя жилого помещения по договору социального найма либо собственником жилого помещения или членом семьи собственника жилого помещения, но не имеющий возможности ежедневно возвращаться в указанное жилое помещение в связи с удаленностью места его нахождения от места службы.

В случае отсутствия жилых помещений специализированного жилищного фонда соответствующий территориальный орган федерального органа исполнительной власти в сфере внутренних дел, в котором проходят службу сотрудники, ежемесячно выплачивает сотруднику, не имеющему жилого помещения по месту службы, денежную компенсацию за наем (поднаем) жилого помещения в порядке и размерах, которые определяются Правительством РФ.

Как следует из материалов дела, истица с 2007 года проходит службу в Главном следственном управлении, с 2014 года состоит в должности ГСУ МВД России по г. Санкт- Петербургу и Ленинградской области, имеет звание майора юстиции.

Истица состоит в зарегистрированном браке с М. От брака имеют несовершеннолетних детей, сыновей.

Истица, ее муж и двое детей зарегистрирована в отдельной двухкомнатной квартире, общей площадью 44,6 кв. м., расположенной по адресу: Ленинградская область, Кировский район, п. Приладожский.

Согласно справки о регистрации, в указанном жилом помещении кроме истицы ее мужа и детей, в настоящее время зарегистрирована мать истца.

Указанное жилое помещение принадлежит на праве собственности матери истицы на основании договора купли-продажи квартиры.

В 2014 году истица для получения денежной компенсации за наем (поднаем) жилого помещения, в ГУ МВД России по Санкт-Петербургу и Ленинградской области подала рапорт, с просьбой возместить расходы на съем жилого помещения для семьи в размере 22 500 рублей ежемесячно за период с 2014 года по 2015 года.

Решением комиссии ГУ МВД России по Санкт-Петербургу и Ленинградской области по жилищно-бытовым вопросам и предоставлению единовременной выплаты сотрудникам в получении единовременной социальной выплаты истице было отказано по основаниям, предусмотренным ст. 8 ФЗ "О социальных гарантиях сотрудникам органов внутренних дел РФ и внесении изменений в отдельные законодательные акты РФ".

В силу пункта 2 статьи 1 Федерального закона от 19 июля 2011 года N 247- ФЗ "О социальных гарантиях сотрудникам органов внутренних дел Российской Федерации" членами семьи сотрудника, на которых распространяется действие данного Федерального закона, считаются супруга (супруг), состоящие (состоявшие) в зарегистрированном браке с сотрудником, несовершеннолетние дети, дети старше 18 лет, ставшие инвалидами до достижения ими возраста 18 лет, дети в возрасте до 23 лет, обучающиеся в образовательных учреждениях по очной форме обучения, лица, находящиеся (находившиеся) на полном содержании сотрудника или получающие (получавшие) от него помощь, которая является (являлась) для них постоянным и основным источником средств к существованию, а также иные лица, признанные иждивенцами в порядке, установленном законодательством РФ.

Таким образом, в силу указанной нормы мать истицы членом ее семьи не является.

Как усматривается из материалов дела, в период с 2014 года по 2015 года истица на основании договора найма арендовала жилое помещение, расположенное по адресу: г. Санкт-Петербург, ул. Бухарестская, в которой проживает совместно с семьей. Арендная плата за жилое помещение установлена в размере 25 000 рублей в месяц.

В соответствии с п. 2 Правил выплаты денежной компенсации за наем (поднаем) жилых помещений сотрудникам органов внутренних дел РФ (далее - Правила), утвержденных Постановлением Правительства РФ от 30.12.2011 года N 1228, денежная компенсация за наем (поднаем) жилых помещений выплачивается сотруднику, не имеющему жилого помещения в населенном пункте по месту службы, если ему не было предоставлено жилое помещение специализированного жилищного фонда, формируемого Министерством внутренних дел Российской Федерации, иным федеральным органом исполнительной власти, в котором проходят службу сотрудники.

В соответствии с п.9 вышеуказанных Правил выплата денежной компенсации производится со дня найма (поднайма) жилого помещения по день утраты сотрудником права на ее получение.

Таким образом, право на получение выплаты в размере денежной компенсации за наем жилого помещения предусмотрена только в том случае, если сотрудника невозможно обеспечить по месту службы служебным жилым помещением.

Между тем, как следует из материалов дела, пояснений представителя ответчика ГУ МВД России по Санкт-Петербургу и Ленинградской области располагает специализированным жилищным фондом для предоставления его сотрудникам. Однако истица за предоставлением ей служебного жилого помещения не обращалась.

Пунктом 1 ст.9 Гражданского кодекса Российской Федерации установлено, что граждане и юридические лица по своему усмотрению осуществляют принадлежащие им гражданские права.

Истицей в материалы дела не представлено доказательств, подтверждающих, что она обращалась в ГУ МВД России по Санкт-Петербургу и Ленинградской области с заявлением о предоставлении ей служебного жилого помещения из специализированного жилого фонда.

Таким образом, принадлежащее ей право на обеспечение служебным жильем истица реализовала по своему усмотрению и оснований для оплаты расходов по найму жилого помещения не имеется.

Кроме того, как следует из служебной записки ГУП «ПАССАЖИРАВТОТРАНС» ежедневно из г.Санкт- Петербурга с автовокзала, находящегося по адресу: наб. Обводного канала, д. 36, то есть в 10 минутной пешеходной доступности от места прохождения службы истицей в п. Приладожский и обратно отправляются рейсовые автобусы. При этом, согласно предоставленной справки, время, затраченное в пути, составляет в среднем 1 час 15 минут из одного пункта назначения в другой, что, по мнению суда не свидетельствует об удаленности места проживания от места службы истицы.

Также необходимо отметить, что истица проходит службу в ГСУ ГУ МВД России по г. Санкт-Петербургу и Ленинградской области, то есть место службы является управление, обеспечивающее деятельность двух субъектов РФ, в связи с чем проживание на территории Ленинградской области, а нахождение места работы на территории Санкт-Петербурга, не может само по себе являться основанием для возникновения права на компенсацию найма жилья.

Руководствуясь ст. ст. 194-199 ГПК РФ, суд,

РЕШИЛ:

В удовлетворении заявления М. к ГУ МВД России по Санкт-Петербургу и Ленинградской области о признании решения комиссии ГУ МВД России по Санкт-Петербургу и Ленинградской области по жилищно-бытовым вопросам и предоставлению единовременной выплаты сотрудникам об отказе в выплате денежной компенсации за наем незаконным, отмене, взыскании денежной компенсации за наем (поднаем) жилого помещения за период с 2014 года по 2015 года отказать.

Решение Смольнинского районного суда Санкт-Петербурга по иску гражданина С. о признании приказа незаконным, восстановлении на службе, взыскании денежного довольствия и взыскании денежного довольствия за время вынужденного прогула

Дело №2-   /15                                                                  __ апреля 2015 года

Р Е Ш Е Н И Е

Именем Российской Федерации

Смольнинский районный суд г. Санкт-Петербурга в составе:

председательствующего судьи М.,

с участием прокурора А.,

при секретаре А.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску С. к ГУ МВД России по г.Санкт-Петербургу и Ленинградской области, УМВД России по Московскому району г. Санкт-Петербурга о признании приказа незаконным, восстановлении на службе, взыскании денежного довольствия и взыскании денежного довольствия за время вынужденного прогула

УСТАНОВИЛ:

Истец С. обратился в суд с иском к ГУ МВД России по г. Санкт-Петербургу и Ленинградской области о признании приказа незаконным, восстановлении на службе, взыскании денежного довольствия и взыскании денежного довольствия за время вынужденного прогула.

Определением суда к участию в деле в качестве ответчика привлечено УМВД России по Московскому району г. Санкт-Петербурга.

Исковые требования С. обоснованы тем, что с «дата» он является сотрудником полиции на должности в УМВД России по Московскому району г. Санкт-Петербурга, в звании майор полиции.

«Дата» приказом №  ГУ МВД РФ по г. Санкт-Петербургу и Ленинградской области истец был уволен из полиции по п. 21 ч.2 ст. 82 (в связи с прекращением допуска сотрудника к сведениям, составляющим государственную и иную охраняемую законом тайну, если выполнение служебных обязанностей требует допуска к таким сведениям).

Истец не был ознакомлен с заключением комиссии о прекращении вышеназванного допуска.

В период с «дата» по «дата» истец проходил амбулаторное лечение в СПб ГБУЗ «Городская поликлиника № 91», что подтверждается справкой вышеназванного медицинского учреждения и выписным эпикризом от «дата», с отметками поликлиники № 1 ФКУЗ Медико-санитарной части МВД РФ по г. Санкт-Петербургу и Ленинградской области.

«Дата» после периода нетрудоспособности, С. был ознакомлен с приказом об увольнении под подпись, из приказа узнал, что лишен допуска как сотрудник к сведениям, составляющим государственную и иную охраняемую законом тайну, если выполнение служебных обязанностей требует допуска к таким сведениям.

Денежное довольствие по вышеуказанной занимаемой должности за август, сентябрь 2014 года не выплачено, что подтверждается справкой 2 НДФЛ.

Истец не согласен с увольнением по следующим основаниям.

Приказом ГУ МВД России по г. Санкт-Петербургу и Ленинградской области № от «дата» он был зачислен в распоряжение, с сохранением денежного довольствия, но не в полном размере.

В период с «дата» по «дата» истец проходил амбулаторное лечение в СПб ГБУЗ «Городская поликлиника №91», и был уволен в период нетрудоспособности.

За весь период нахождения в распоряжении истцу не было предложено ни каких вакантных должностей.

Истец просит признать незаконным приказ об увольнении от «дата» № ГУ МВД РФ по г.Санкт-Петербургу и Ленинградской области, восстановить его на службе в УМВД России по Московскому району г.Санкт-Петербурга, взыскать с ответчика не полученное во время нетрудоспособности денежное довольствие за август, сентябрь 2014 года, взыскать с ответчика не полученное за время вынужденного прогула денежное довольствие в полном размере.

Истец С., представитель истца по доверенности Н., в судебное заседание явились, исковые требования поддерживают, суду сообщили, что С. был уволен с нарушением установленной законом процедуры и при отсутствии основания. Так, истец был уволен в период нетрудоспособности, за время нахождения в распоряжении ему не предлагались вакантные должности. Кроме того, для нахождения в распоряжении не требуется допуск к сведениям, составляющим государственную тайну. Со своими обязанностями С. ознакомлен не был, не смотря на то, что неоднократно являлся в отдел кадров.

Представитель ответчика ГУ МВД России по г. Санкт-Петербургу и Ленинградской области по доверенности Р. в судебное заседание явилась, исковые требования не признает, суду сообщила, что С. проходил службу в органах внутренних дел с «дата», с «дата» - в должности в УМВД России по Московскому району г. СПб, с «дата» зачислен в распоряжение ГУ МВД России по г.Санкт-Петербургу и Ленинградской области (в связи с сокращением замещаемой должности). Приказом ГУ МВД России от «дата» № С. был уволен со службы в органах внутренних дел по п. 21 ч. 2 ст. 82 Федерального закона от 30.11.2011 № 342-ФЗ «О службе в органах внутренних дел Российской Федерации и внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации» (в связи с прекращением допуска сотрудника к сведениям, составляющим государственную и иную охраняемую законом тайну, если выполнение служебных обязанностей требует допуска к таким сведениям). С. был лишен допуска к сведениям, составляющим государственную тайну, на основании п/п «б» п. 15 Инструкции о порядке допуска должностных лиц и граждан Российской Федерации государственной тайне, утвержденной постановлением Правительства РФ от 06.02.2010 года №63, в соответствии с которым допуск гражданина к государственной тайне может быть прекращен по решению должностного лица, принявшего решение о его допуске к государственной тайне, в случае однократного нарушения им обязательств, связанных с защитой государственной тайны. В соответствии со ст.24 Закона РФ от 21.07.1993 №5485-1 «О государственной тайне», должностное лицо или гражданин, допущенные или ранее допускавшиеся к государственной тайне, могут быть временно ограничены в своих правах, ограничения могут касаться права выезда за границу на срок, оговоренный в трудовом договоре (контракте) при оформлении допуска гражданина к государственной тайне. Такое ограничение было установлено служебным контрактом от «дата», заключенным между С. и начальником УМВД России по Московскому району г. Санкт-Петербурга. П. 4.7.2 контракта предусматривал, что сотрудник принимает на себя обязательства, связанные с допуском к государственной тайне, в частности, с момента назначения на должность, по которой предусмотрена 1-я или 2-я форма допуска к сведениям, составляющим государственную тайну, выезжать из РФ до окончания срока действия контракта только при наличии разрешения уполномоченного должностного лица ГУ МВД России. Должность С. предполагала оформление допуска к сведениям, составляющим государственную тайну по 2-й форме, а после зачисления С. в распоряжение ГУ МВД России срок действия контракта не истек, кроме того, в соответствии с приказом ГУ МВД России от «дата» № , с учетом фактического исполнения служебных обязанностей, С. была сохранена выплата надбавки за работу со сведениями, составляющими государственную тайну. Таким образом, с «дата» до момента увольнения со службы в органах внутренних дел С. не имел права выезжать за границу без разрешения уполномоченного должностного лица ГУ МВД России. Вместе с тем, согласно писем УФСБ России по г. Санкт-Петербургу и Ленинградской области, поступивших в ГУ МВД России «дата» и «дата», С. с «дата» по «дата» выезжал в Республику Беларусь, с «дата» по «дата» выезжал в Финляндию, с «дата» по «дата» выезжал в Индию, с «дата» по «дата» выезжал в Египет. При этом, соответствующих разрешений на выезд за границу ему не оформлялось, с просьбами разрешить выезд он к руководству УМВД России и ГУ МВД России не обращался. Исходя из изложенного, С. был лишен допуска к сведениям, составляющим государственную тайну, вследствие чего уволен со службы в органах внутренних дел. Доводы истца том, что порядок увольнения был нарушен, т.к. после сокращения его должности ему не были предложены вакантные должности, необоснованны и не соответствуют действительности. Так, увольнение истца было произведено не в связи с сокращением замещаемой должности, а в связи с лишением допуска к сведениям, составляющим государственную тайну. Увольнение по указанному основанию не предполагает выполнение требований ст.36 Федерального закона от 30.11.2011 № 342-ФЗ «О службе в органах внутренних дел Российской Федерации и внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации» в части предоставления сотруднику возможности перемещения по службе. Кроме того, в адрес истца УМВД России по Московскому району г. СПб неоднократно направляло для ознакомления списки вакантных должностей в ГУ МВД России по г. Санкт-Петербургу и Ленинградской области. Также безосновательны доводы С. о том, что увольнение было произведено незаконно в связи с его увольнением в период временной нетрудоспособности. С. не сообщал в ГУ МВД России или в УМВД России по Московскому району г. СПб о своей нетрудоспособности на момент увольнения, кроме того, работодателем в день увольнения были получены сведения из ведомственных медицинских учреждений, расположенных на территории Санкт-Петербурга - Поликлиники №1 и Клинического госпиталя ФКУЗ «МСЧ МВД России по г. Санкт-Петербургу и Ленинградской области», а также из поликлиники по месту жительства истца – СПб ГБУЗ «Городская поликлиника №109», согласно которым на день увольнения - «дата» С. на лечении в данных медучреждениях не находился. Учитывая, что по месту жительства С. - в г.Санкт-Петербурге имеются ведомственные  медицинские организации, он мог быть освобожден от выполнения служебных обязанностей только ведомственными медицинскими организациями. Истцом заявлено требование о восстановлении в ранее замещаемой должности. Вместе с тем, С. на момент увольнения находился в распоряжении ГУ МВД России по г. Санкт-Петербургу и Ленинградской области. Согласно ч. 2 ст. 74 Федерального закона от 30.11.2011 № 342-ФЗ «О службе в органах внутренних дел Российской Федерации и внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации», сотрудник органов внутренних дел, находившийся в распоряжении федерального органа исполнительной власти в сфере внутренних дел, его территориального органа или подразделения и признанный в установленном порядке незаконно уволенным со службы в органах внутренних дел, подлежит восстановлению на службе и зачислению в распоряжение того же органа или подразделения до решения вопроса об условиях дальнейшего прохождения службы или о ее прекращении. Таким образом, в случае признания увольнения С. незаконным, его восстановление может быть произведено не в замещаемой должности, а в распоряжении ГУ МВД России по г.Санкт-Петербургу и Ленинградской области.

Представитель УМВД России по Московскому району г. Санкт-Петербурга по доверенности К. в судебное заседание явилась, иск не признает, поддерживает позицию представителя ГУ МВД России, считает, что С. был уволен в соответствии с действующим законодательством. Согласно справки главного бухгалтера денежное довольствие С. не выплачивалось после «дата», в связи отсутствием оснований - приказов о продлении нахождения в распоряжении.

Прокурор А. полагает, что требования истца не подлежат удовлетворению, так как имелось основание для его увольнения, процедура увольнения нарушена не была. Истец злоупотребил своими правами и не уведомил работодателя о том, в каком лечебном учреждении он проходит лечение.

Исследовав и оценив представленные суду доказательства, выслушав стороны, прокурора, суд полагает требования истца не подлежащими удовлетворению по следующим основаниям.

Приказом от «дата» майор милиции С. с «дата» назначен на должность в УМВД России по Московскому району Санкт-Петербурга.

«Дата» с С. был заключен контракт о прохождении службы в органах внутренних дел РФ.

В пункте 4.7.3. указанного контракта указано, что сотрудник предупрежден о том, что в случае даже однократного нарушения им принятых на себя обязательств, а также при возникновении обстоятельств, являющихся основанием для отказа ему в допуске к государственной тайне, его допуск к государственной тайне может быть прекращен и он будет отстранен от работы со сведениями, составляющими государственную тайну, а настоящий контракт с ним может быть расторгнут.

«Дата» С. приказом № зачислен в распоряжение ГУ МВД России по г.Санкт-Петербургу и Ленинградской области. При этом ему была сохранена ежемесячная надбавка к должностному окладу за работу со сведениями, составляющими государственную тайну в размере 20%.

«Дата» начальником УМВД России по Московскому району г. Санкт-Петербурга издано распоряжение №«Об организации работы сотрудников, зачисленных в распоряжение», которым утверждены функциональные обязанности майора полиции С.

Согласно приложения к указанному распоряжению, в служебные обязанности С. до назначения на другую должность, либо до увольнения входило выполнение отдельных поручений заместителя начальника ОУР - начальника ОБИЛ УМВД России по Московскому району г.Санкт-Петербурга, либо лица его заменяющего.

«Дата» приказом № ГУ МВД России по г. Санкт- Петербургу и Ленинградской области контракт был расторгнут, а С. уволен со службы в органах внутренних дел по п. 21 ч. 2 ст. 82 ФЗ «О службе в органах внутренних дел РФ...» (в связи с прекращением допуска сотрудника к сведениям, составляющим государственную и иную охраняемую законом тайну, если выполнение служебных обязанностей требует допуска к таким сведениям).

Согласно абзацу пятому статьи 2 Закона Российской Федерации от 21 июля 1993 года N 5485-1 «О государственной тайне», под допуском к государственной тайне понимается процедура оформления права граждан на доступ к сведениям, составляющим государственную тайну.

Статьей 23 указанного Закона предусмотрено, что допуск должностного лица или гражданина к государственной тайне может быть прекращен по решению руководителя органа государственной власти, предприятия, учреждения или организации в случаях, перечисленных в названной норме, в том числе в случае однократного нарушения им взятых на себя предусмотренных трудовым договором (контрактом) обязательств, связанных с защитой государственной тайны.

При этом в соответствии с этой же нормой закона прекращение допуска должностного лица или гражданина к государственной тайне является дополнительным основанием для расторжения с ним трудового говора (контракта), если такие условия предусмотрены в трудовом договоре (контракте).

Отношения, связанные с поступлением на службу в органы внутренних дел, ее прохождением и прекращением, а также с определением правового положения сотрудника органов внутренних дел являются предметом регулирования Федерального закона от 30.11.2011 года N 342-ФЗ (часть 1 статьи 2 Закона).

Статья 82 названного Федерального закона устанавливает основания прекращения или расторжения контракта о прохождении службы в органах внутренних дел. Частями 1 - 2 данной статьи (в редакции Федерального закона от 25.11.2013 года N 317-ФЗ) определены основания, при которых контракт может быть расторгнут, а сотрудник органов внутренних дел может быть уволен со службы в органах внутренних дел (то есть возможно увольнение со службы), частями 3-4 соответственно - основания, при которых контракт подлежит расторжению, а сотрудник органов внутренних дел подлежит увольнению со службы в органах внутренних дел (то есть увольнение со службы обязательно).

Согласно пункту 21 части 2 статьи 82 Федерального закона от 30 ноября 2011 г. N 342-ФЗ контракт может быть расторгнут, а сотрудник органов внутренних дел может быть уволен со службы в органах внутренних дел в связи с прекращением допуска сотрудника к сведениям, составляющим государственную и иную охраняемую законом тайну, если выполнение служебных обязанностей требует допуска к таким сведениям.

Таким образом, из содержания статьи 82 Федерального закона от 30 ноября 2011 г. N342-ФЗ следует, что пункт 21 части 2 статьи 82 данного Федерального закона не предусматривает безусловного расторжения контракта и увольнения сотрудника органов внутренних дел со службы в органах внутренних дел в связи с прекращением необходимого для выполнения служебных обязанностей допуска к сведениям, составляющим государственную и иную охраняемую законом тайну, в отличие от названных в частях 3 - 4 статьи 82 Федерального закона N342-ФЗ оснований расторжения контракта и увольнения сотрудника органов внутренних дел, влекущих обязательное расторжение контракта и увольнение сотрудника органов внутренних дел со службы в органах внутренних дел.

В соответствии с пунктом 7 части 5 и пунктом 6 части 7 статьи 30 Федерального закона от 30.11.2011  года N 342-ФЗ сотрудник органов внутренних дел в связи с прекращением необходимого для выполнения служебных обязанностей допуска к сведениям, составляющим государственную и иную охраняемую законом тайну, может быть переведен на равнозначную или нижестоящую должность в органах внутренних дел. По смыслу приведенных положений закона, при решении вопроса о возможности увольнения С. со службы в связи с прекращением ему допуска к сведениям, составляющим государственную тайну, ответчик был обязан предложить С. перевод на вакантные равнозначные или нижестоящие должности, не требующие допуска к сведениям, составляющим государственную тайну.

Согласно п.1 ч.11 ст.36 Федерального закона от 30.11.2011 N342-ФЗ время нахождения в распоряжении федерального органа исполнительной власти ограничено двумя месяцами для сотрудника, который подлежит увольнению в связи с сокращением должности. При этом в указанный период не засчитываются периоды временной нетрудоспособности и нахождения в отпуске (ч. 17 ст. 36).

Согласно п.18 ст.36 указанного закона, руководитель федерального органа исполнительной власти в сфере внутренних дел или уполномоченный руководитель в срок, установленный для нахождения сотрудника органов внутренних дел в распоряжении федерального органа исполнительной власти в сфере внутренних дел, его территориального органа или подразделения, после уведомления сотрудника о сокращении или о возможном расторжении контракта и увольнении со службы в органах внутренних дел решает вопрос о переводе сотрудника на иную должность в органах внутренних дел в соответствии со статьей 30 настоящего Федерального закона либо о расторжении с ним контракта в соответствии со статьей 82 настоящего Федерального закона.

В соответствии со статьей 30, перевод сотрудника органов внутренних дел в случаях, установленных настоящим Федеральным законом, на вышестоящую, равнозначную или нижестоящую должность в органах внутренних дел, в другую местность либо в связи с его зачислением в образовательную организацию высшего образования федерального органа исполнительной власти в сфере внутренних дел допускается с согласия сотрудника, выраженного в письменной форме, если иное не предусмотрено настоящим Федеральным законом. Перевод сотрудника органов внутренних дел на равнозначную должность в органах внутренних дел осуществляется в связи с прекращением необходимого для выполнения служебных обязанностей допуска к сведениям, составляющим государственную и иную охраняемую законом тайну. Перевод сотрудника органов внутренних дел на нижестоящую должность в органах внутренних дел по основанию, предусмотренному пунктом 1, 3, 5 или 6 части 7 настоящей статьи, допускается в случае невозможности его перевода на равнозначную должность. При невозможности перевода сотрудника органов внутренних на иную должность в органах внутренних дел или его отказе от такого перевода сотрудник подлежит увольнению со службы в органах внутренних дел, за исключением случаев отказа от перевода по основаниям, предусмотренным частью 3, пунктами 1, 3 и 6 части 5, пунктом 2 части 7 и частью 9 настоящей статьи.

Как пояснил в ходе судебного разбирательства С., после вывода его в распоряжение, он служебные обязанности не исполнял, с ними не знакомился, находился на больничных, которые периодически предъявлял в УМВД.

Вместе с тем в адрес С., указанный в личном деле, «дата» и «дата» направлялись выписки из приказов и распоряжений, направления на ВВК и перечень вакантных должностей.

С. почтовые отправления с указанными документами получены не были, не было дано согласия на перевод, при этом он не отказался от перевода на предложенные должности.

Указанные обстоятельства, по мнению суда, свидетельствуют о том, что С. не был заинтересован в дальнейшем прохождении службы, в связи с чем, контракт с ним был расторгнут правомерно по основанию прекращения допуска к государственной и иной охраняемой законом тайне, поскольку С. без указанного допуска не мог исполнять установленные ему на период нахождения в распоряжении служебные обязанности. Установленные истцу служебные обязанности подразумевали исполнение обязанностей по ранее занимаемой должности, в связи с чем, как видно из приказов и распоряжений, ему была сохранена соответствующая надбавка за работу со сведениями, составляющими государственную и иную охраняемую законом тайну.

Данное основание увольнения само по себе не порочит С. и создает необоснованных препятствий для его дальнейшего трудоустройства.

Кроме того, истцом заявлено не основанное на законе требование о восстановлении его не в распоряжении, а в ранее занимаемой должности.

Довод С. о том, что он не был ознакомлен с документами о прекращении допуска, не имеет правового значения для разрешения заявленных им требований.

Не состоятельным, по мнению суда, является и довод С. о том, что была нарушена процедура увольнения, поскольку он был уволен в период нетрудоспособности.

Как было установлено в ходе судебного разбирательства, «Дата» С. действительно направлял в адрес УМВД по Московскому району г. Санкт-Петербурга рапорты и справки. Однако в данных документах не содержалось сведений о том, каким именно лечебным учреждением С. выдан листок нетрудоспособности.

Ответчик, действуя, по мнению суда, добросовестно, направил соответствующие запросы в поликлинику по месту жительства истца и в ведомственное лечебное учреждение. Работодателем были получены ответы, что С. за медицинской помощью в данные лечебные учреждения не обращался.

В силу части четвертой статьи 85 Федерального закона расторжение контракта по инициативе руководителя федерального органа исполнительной власти в сфере внутренних дел или уполномоченного руководителя в период временной нетрудоспособности сотрудника органов внутренних дел не допускается.

В силу статьи пункта 14 статьи 28 Федерального закона от 07.02.2011 года N 3-ФЗ «О полиции» сотрудник полиции имеет право на защиту своих прав и законных интересов. Вместе с тем, защита нарушенного права путем злоупотребления прав недопустима.

При реализации гарантий, предоставляемых Федеральным законом от 30.11.2011 года N 342-ФЗ сотрудникам органов внутренних дел в случае расторжения с ними контракта, должен соблюдаться общеправовой принцип недопустимости злоупотребления правом, в том числе и со стороны сотрудника. В частности, недопустимо сокрытие сотрудником временной нетрудоспособности на время его увольнения со службы. При установлении судом факта злоупотребления сотрудником правом суд может отказать в удовлетворении его иска о восстановлении на службе, поскольку в указанном случае федеральный орган исполнительной власти в сфере внутренних дел не должен отвечать за неблагоприятные последствия, наступившие вследствие недобросовестных действий со стороны сотрудника.

В соответствии с пунктом 5 части 1 статьи 12 Федерального закона «О службе в органах внутренних дел Российской Федерации и внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации», сообщать в возможно короткие сроки непосредственному руководителю (начальнику) о наступлении временной нетрудоспособности и об иных обстоятельствах, исключающих возможность выполнения сотрудником своих служебных обязанностей, является обязанностью сотрудника органов внутренних дел, которую истец не исполнил.

Таким образом, ссылаясь на то, что он был уволен в период своей временной нетрудоспособности, истец злоупотребляет своими правами.

Согласно части 1 ст. 65 ФЗ «О службе в органах внутренних дел Российской Федерации и внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации», освобождение сотрудника органов внутренних от выполнения служебных обязанностей в связи с временной нетрудоспособностью осуществляется на основании заключения (листка освобождения от выполнения служебных обязанностей по временной нетрудоспособности) медицинской организации федерального органа исполнительной власти в сфере внутренних дел, а при отсутствии такой медицинской организации по месту службы, месту жительства или иному нахождения сотрудника - иной медицинской организации государственной или муниципальной системы здравоохранения.

Из указанного следует, что, находясь в Санкт-Петербурге, в городе в котором имеется ведомственное медицинское учреждение, С. мог быть освобожден от выполнения служебных обязанностей в связи с временной нетрудоспособностью исключительно на основании заключения (листка освобождения от выполнения служебных обязанностей по временной нетрудоспособности) данного медицинского учреждения.

Ответчик при этом произвел необходимые действия для того, чтобы избежать нарушения прав истца, а именно запросил медицинские учреждения, в которых истец мог получать медицинскую помощь.

Считает суд обоснованными и возражения ответчиков в части того, что отсутствуют основания для выплаты С. денежного содержания за август, сентябрь 2014 года.

Согласно ч. 16 ст. 36 Федерального закона от 30.11.2011 года N 342-ФЗ денежное довольствие сотруднику органов внутренних дел в период нахождения в распоряжении федерального органа исполнительной власти в сфере внутренних дел, его территориального органа или подразделения выплачивается в порядке, предусмотренном законодательством Российской Федерации. Такой порядок предусмотрен Федеральным законом от 19.07.2011 года N 247-ФЗ «О социальных гарантиях сотрудникам органов внутренних дел Российской Федерации и внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации».

Пунктом 23 ст. 2 Федерального закона от 19 июля 2011 г. N 247-ФЗ предусмотрено, что за сотрудником, находящимся в распоряжении федерального органа исполнительной власти в сфере внутренних дел, его территориального органа до истечения срока, определенного федеральным законом, регулирующим прохождение службы в органах внутренних дел, сохраняется денежное довольствие в размере должностного оклада по последней занимаемой должности и оклада по специальному званию, а также ежемесячная надбавка к окладу денежного содержания за стаж службы (выслугу лет).

Денежное довольствие С. было выплачено по «дата» на основании приказов о продлении нахождения в распоряжении. В последующем приказы о продлении нахождения С. в распоряжении не издавались, и денежное довольствие, соответственно, не выплачивалось. При этом С. в указанный период свои служебные обязанности не исполнял, в установленном законом порядке листки освобождения от исполнения трудовых обязанностей С. получены им также не были.

Суд не усматривает правовых оснований для удовлетворения заявленных требований.

Учитывая вышеизложенное и, руководствуясь ст. 194-198 ГПК РФ, суд

Р Е Ш И Л:

В удовлетворении иска С. к ГУ МВД России по г. Санкт-Петербургу и Ленинградской области, УМВД России по Московскому району г. Санкт-Петербурга о признании приказа незаконным, восстановлении на службе, взыскании денежного довольствия и взыскании денежного довольствия за время вынужденного прогула отказать.

Решение может быть обжаловано в Санкт-Петербургский городской суд в течение месяца со дня принятия решения в окончательной форме.

Решение Смольнинского районного суда Санкт-Петербурга и Определение Санкт-Петербургского городского суда по иску гражданина И. о взыскании суммы единовременного пособия

Дело №2-    /14                                                                                             __ декабря 2014 года

Р Е Ш Е Н И Е

Именем Российской Федерации

Смольнинский районный суд г.Санкт-Петербурга в составе председательствующего судьи М., при секретаре А., рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску И. к ГУ МВД по г.Санкт-Петербургу и Ленинградской области о взыскании суммы единовременного пособия

УСТАНОВИЛ:

Истец И. обратился в суд с иском к ГУ МВД по г. Санкт-Петербургу и Ленинградской области о взыскании суммы единовременного пособия.

Определением Кировского районного суда г. Волгограда гражданское дело передано в Смольнинский районный суд города Санкт-Петербурга для рассмотрения по существу.

В обоснование своих требований истец указал, что с «дата» года по «дата» И. проходил службу в органах внутренних дел Санкт-Петербурга. Приказом начальника ГУ МВД по Санкт-Петербургу и Ленинградской области № от «дата» истец уволен со службы в органах внутренних дел по п.1 ч. 3 ст. 82 ФЗ № 342 от 30.11.2011 года «О службе в органах внутренних дел и внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации» (в связи с болезнью). Основанием увольнения является свидетельство о болезни ВВК ФКУЗ «МСЧ МВД России» № от «дата». Данным свидетельством истец признан не годным к дальнейшему прохождению службы (категория «Д») в связи с заболеванием, полученным в период прохождения службы. Решением ФКУ «ГБ МСЭ по г. Санкт-Петербургу» от «дата» И. установлена вторая группа инвалидности в связи с заболеванием, полученным в период прохождения службы. Данные заболевания были получены в период прохождения службы, при исполнении служебных обязанностей. В соответствии с ч.5 ст.43 ФЗ РФ «О полиции» при получении сотрудником полиции в связи с выполнением служебных обязанностей увечья или иного повреждения здоровья, исключающих возможность дальнейшего прохождения службы в полиции, ему выплачивается единовременное пособие в размере двух миллионов рублей. Порядок выплат единовременного пособия предусмотрен Инструкцией о порядке возмещения ущерба в случае гибели (смерти) или причинения увечья сотруднику органов внутренних дел, а также ущерба, причиненного имуществу сотрудника органов внутренних дел или его близких, утвержденной Приказом Министерства внутренних дел Российской Федерации от 15.10.99 № 805. Согласно п. 14 Инструкции выплата единовременного пособия в случае повреждения здоровья сотрудника и ежемесячной денежной компенсации в случае причинения сотруднику в связи с выполнением служебных обязанностей увечья или иного повреждения здоровья, исключающих возможность дальнейшего прохождения службы и повлекших стойкую утрату трудоспособности, производится после прекращения службы в органах внутренних дел Российской Федерации. И., уволенный по состоянию здоровья из органов внутренних дел на основании приказа № от «дата» обратился с заявлением о выплате ему единовременного пособия. Таким образом, по мнению истца, имелись все необходимые условия для издания приказа о выплате ему единовременного пособия в соответствии с ч. 5 ст. 43 ФЗ «О полиции». Тем не менее, в исх. от «дата» И. в указанной выплате было отказано.

И. считает бездействие ГУ МВД России по Санкт-Петербургу и Ленинградской области незаконным, а отказ в выплате единовременного пособия неправомерным.

И. просит суд признать отказ ГУ МВД по Санкт-Петербургу и Ленинградской области в выплате единовременного пособия И. неправомерным; взыскать с ГУ МВД по Санкт-Петербургу и Ленинградской области сумму в размере 2 000 000 рублей в виде единовременного пособия.

Истец И. в судебное заседание не явился. Судом предприняты следующие меры для извещения И. о назначении судебного заседания. О назначении судебного заседания на «дата» истец был извещен посредством телеграфной связи на указанный им в исковом заявлении адрес: Волгоград, ул. ______. Извещение (телеграмма) вернулось в суд с пометкой о том, что телеграмма не доставлена, квартира закрыта, адресат по извещению за телеграммой не является. О назначении судебного заседания на «дата» истец был извещен посредством телеграфной связи на указанный им в исковом заявлении адрес: Волгоград, ул. ______. Извещение (телеграмма) вернулось в суд с пометкой о том, что телеграмма не доставлена, адресат по указанному адресу не проживает. «Дата» в суд поступило заявление И. с просьбой направлять судебные извещения на имя И. по адресу его регистрации и проживанию его родителей: Санкт-Петербург, ________ пр. Учитывая вышеизложенное, о назначении судебного заседания на «дата» истец был извещен посредством телеграфной связи по адресу: Санкт-Петербург, _______ пр. Извещение (телеграмма) вернулось в суд с пометкой о том, что телеграмма вручена матери. О назначении судебного заседания на «дата» истец был извещен посредством телеграфной связи на указанный адрес: Санкт-Петербург, _______ пр. Извещение (телеграмма) вернулось в суд с пометкой о том, что телеграмма не доставлена, квартира закрыта, адресат по извещению за телеграммой не является. О назначении судебного заседания на «дата» истец был извещен посредством телеграфной связи на указанный адрес: Санкт-Петербург, ________пр. Извещение (телеграмма) вернулось в суд с пометкой о том, что телеграмма не доставлена, адресат по указанному адресу не проживает. Кроме того, суд полагает, что добросовестно используя предоставленные ему действующим законодательством процессуальные права, истец И. имел объективную возможность узнать о назначении дела к судебному разбирательству и не получая судебные извещения, поскольку информация о движении дела размещена на сайте суда в сети Интернет и соответственно находится в свободном доступе. Информацию о назначении дела к судебному разбирательству истец имел возможность получить также по телефону суда.

Таким образом, суд считает, что истец И. был надлежащим образом извещен о времени и месте рассмотрения заявления, сведения о причинах неявки И. суду не представлены.

Представитель ответчика ГУ МВД России по г. Санкт-Петербургу и Ленинградской области по доверенности А. в судебное заседание явился, возражает против удовлетворения исковых требований. Представитель ответчика представил суду заявление о взыскании судебных расходов с И., просит суд взыскать судебные расходы в размере 34 993 рубля 70 копеек, понесенные ответчиком ГУ МВД России по г. Санкт-Петербургу и Ленинградской области в связи с направлением представителя ответчика в Кировский районный суд г. Волгограда для участия в судебных заседаниях «дата» и «дата».

Ранее представителем ответчика представлены возражения на исковое заявление. Согласно представленным возражениям, ГУ МВД России по г. Санкт-Петербургу и Ленинградской области исковые требования И. не признает и считает их не подлежащими удовлетворению по следующим основаниям. Истец проходил службу в органах внутренних дел с «дата» по «дата». Приказом ГУ МВД России от «дата» № И. был уволен со службы в органах внутренних дел по п. 1 ч. 3 ст. 82 Федерального закона от 30.11.2011 года № 342-ФЗ «О службе в органах внутренних дел Российской Федерации и внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации» (в связи с болезнью). Основанием увольнения послужило заключение военно-врачебной комиссии, изложенное в свидетельстве о болезни, согласно которому И. признан негодным к службе в органах внутренних дел в связи с заболеванием, полученным в период военной службы. В соответствии с n/п «б» п. 94 Положения о военно-врачебной экспертизе, утвержденного постановлением Правительства Российской Федерации от 4 июля 2013 года № 565, военно-врачебная комиссия выносит заключения о причинной связи увечий, заболеваний с формулировкой «заболевание получено в период военной службы», если заболевание возникло у освидетельствуемого в период прохождения службы, либо в указанный период имело место прогрессирование (утяжеление течения) заболевания, возникшего до поступления на службу; если увечье, заболевание получено освидетельствуемым в результате несчастного случая, не связанного с исполнением служебных обязанностей и аналогичных случаях. В соответствии с п/п «а» п. 94 Положения о военно-врачебной экспертизе, утвержденного постановлением Правительства Российской Федерации от 4 июля 2013 года № 565, военно-врачебная комиссия выносит заключения о причинной связи увечий, заболеваний с формулировкой «военная травма», если увечье получено освидетельствуемым при исполнении служебных обязанностей; если заболевание получено освидетельствуемым при исполнении служебных обязанностей в результате поражений, обусловленных воздействием радиоактивных веществ, источников ионизирующего излучения, компонентов ракетных топлив и иных высокотоксичных веществ, токсичных химикатов, относящихся к химическому оружию, источников электромагнитного поля и лазерного излучения, микроорганизмов I и II групп патогенности и аналогичных случаях, Таким образом, формулировка, указанная в свидетельстве о болезни И. указывает на отсутствие причинной связи заболевания с выполнением служебных обязанностей. Согласно ч. 5 ст. 43 Федерального закона от 07.02.2011 №3-Ф3 «О полиции», единовременное пособие в размере двух миллионов рублей выплачивается сотруднику органов внутренних дел при получении им увечья или иного повреждения здоровья, исключающих возможность дальнейшего прохождения службы, в связи с выполнением служебных обязанностей. Таким образом, отказ И. в выплате единовременного пособия являлся законным и обоснованным.

В соответствии с п. 1 ст. 167 ГПК РФ лица, участвующие в деле, обязаны известить суд о причинах неявки и представить доказательства уважительности этих причин.

В соответствии с п. 3 ст. 167 ГПК РФ суд вправе рассмотреть дело в случае неявки кого-либо из лиц, участвующих в деле и извещенных о времени и месте судебного заседания, если ими не представлены сведения о причинах неявки или суд признает причины их неявки неуважительными.

Учитывая вышеизложенное суд полагает, возможным рассмотреть дело в отсутствии истца И., извещенного о месте и времени судебного заседания надлежащим образом, не представившего суду сведений о причинах неявки.

Изучив материалы дела, выслушав представителя ответчика, суд полагает исковые требования не подлежащими удовлетворению по следующим основаниям.

Истец И. обратился в суд иском к ГУ МВД России по Санкт-Петербургу и Ленинградской области о взыскании единовременного пособия в размере 2 000 000 рублей.

Из материалов дела следует, что истец проходил службу в органах внутренних дел с «дата» по «дата».

Согласно выписке из приказа ГУ МВД России по Санкт-Петербургу и Ленинградской области от «дата» № И. был уволен со службы в органах внутренних дел по п. 1 ч. 3 ст. 82 Федерального закона от 30.11.2011 года № 342-ФЗ «О службе в органах внутренних дел Российской Федерации и внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации» (в связи с болезнью). Основанием увольнения послужило свидетельство о болезни ВВК ФКУЗ «МСЧ МВД России» № от «дата».

В соответствии с ч. 5 ст. 43 Федерального закона от 07.02.2011 года № 3-ФЗ "О полиции" при получении сотрудником полиции в связи с выполнением служебных обязанностей увечья или иного повреждения здоровья, исключающих возможность дальнейшего прохождения службы в полиции, ему выплачивается единовременное пособие в размере двух миллионов рублей.

Действие положений указанной нормы также распространяется на сотрудников органов внутренних дел, не являющихся сотрудниками полиции (ч. 2 ст. 56 Федерального закона от 7 февраля 2011 года N 3-ФЗ).

Порядок осуществления выплат в целях возмещения вреда, причиненного в связи с выполнением служебных обязанностей сотрудникам органов внутренних дел Российской Федерации или их близким родственникам, определен Инструкцией о порядке осуществления выплат в целях возмещения вреда, причиненного в связи с выполнением служебных обязанностей, сотрудникам органов внутренних дел Российской Федерации или их близким родственникам, утвержденной приказом Министра внутренних дел Российской Федерации от 18 июня 2012 г. N 590.

В соответствии с п.22 Инструкции для решения вопроса о выплате единовременного пособия в случае повреждения здоровья сотрудника кадровым подразделением в комиссию представляется, в том числе, копия заключения ЦВВК (ВВК) о категории годности к службе в органах внутренних дел Российской Федерации сотрудника, получившего увечье или иное повреждение здоровья в связи с выполнением служебных обязанностей, приведшее к расторжению контракта и увольнению сотрудника, с указанием причинной связи увечья или иного повреждения здоровья в формулировке «военная травма».

Приказом Министра внутренних дел Российской Федерации от 14 июля 2010 г. N 523 утверждена Инструкция о порядке проведения военно-врачебной экспертизы и медицинского освидетельствования в органах внутренних дел Российской Федерации и внутренних войсках Министерства внутренних дел Российской Федерации.

Данной инструкцией правом определения причинной связи увечья с исполнением служебных обязанностей наделены военно-врачебные комиссии.

Заключением Военно-врачебной комиссии ФКУЗ «МСЧ МВД России», свидетельство о болезни № от «дата», заболевания, имевшиеся у истца на момент увольнения, признаны полученными в период военной службы, истец признан негодным к службе в органах внутренних дел, не годным к поступлению на службу по контракту.

Указанное заключение военно-врачебной комиссии, обладающей исключительным правом определения причинной связи увечья с исполнением служебных обязанностей, не было оспорено и не было отменено в установленном законом порядке.

В соответствии п. б ст. 94 «Положения о военно-врачебной экспертизе», утвержденного постановлением Правительства РФ от 04.07.2013 года № 565

Таким образом, суд полагает, что Военно-врачебной комиссии ФКУЗ «МСЧ МВД России» не установлена причинно-следственная связь между полученным истцом заболеванием и выполнением им служебных обязанностей, а следовательно, оснований, предусмотренных ч. 5 ст. 43 Федерального закона «О полиции», для удовлетворения иска И. о взыскании с ответчика ГУ МВД по г. Санкт-Петербургу и Ленинградской области единовременного пособия в размере 2 000 000 рублей не имеется.

Представитель ответчика ГУ МВД России по г. Санкт-Петербургу и Ленинградской области просит суд взыскать с И. судебные расходы в размере 34 993 рубля 70 копеек.

В обоснование заявленных требований о возмещении судебных расходов представитель ответчика указал, что в связи с тем, что первоначально исковое заявление было направлено в Кировский районный суд г. Волгограда, ответчик был вынужден направить представителя в г. Волгоград для участия в судебных заседаниях «дата» и «дата». Определением Кировского районного суда г. Волгограда от «дата» было удовлетворено заявление ГУ МВД России по СПб и ЛО о передаче дела по подсудности в Смольнинский районный суд Санкт-Петербурга, апелляционным определением судебной коллегии по гражданским делам Волгоградского областного суда от «дата» указанное определение суда оставлено без изменения. В связи с направлением представителя в г. Волгоград ответчик понес расходы на командирование представителя А., участвовавшего в судебных заседаниях по настоящему делу «дата» и «дата», в сумме 34 993 руб. 70 коп.: на судебное заседание «дата»: оплата проезда ж/д транспортом СПб - Волгоград - 4 810 руб. 00 коп.; оплата проезда авиационным транспортом Волгоград - СПб - 11 060 руб. 00 коп.; оплата суточных (6-8 июля 2014 г.) - 600 руб.; на судебное заседание «дата»: оплата проезда ж/д транспортом СПб - Москва - 5 253 руб. 70 коп.; оплата проезда авиатранспортом Москва - Волгоград - Москва - СПб - 12 670 руб.; оплата суточных (13-15 июля 2014 г.) - 600 руб.

Согласно материалам дела Кировским районным судом г. Волгограда проводились судебные заседания «дата» и «дата», в которых в качестве представителя ответчика ГУ МВД России по СПб и ЛО участвовал А.

Представителем ответчика в суд представлены копии билетов, из которых следует, что «дата» А. прибыл в г. Волгоград, и «дата» выехал из г. Волгограда; «дата» А. прибыл в г. Волгоград, «дата» выехал из г. Волгограда. Кроме того представителем ответчика представлены расходный кассовый ордер от «дата» на сумму 16 470 рублей, авансовый отчет от «дата», командировочное удостоверение № , расходный кассовый ордер от «дата» на сумму 20 400 рублей, расходный кассовый ордер от «дата» на сумму 200 рублей, приходный кассовый ордер от «дата» на сумму 2 076 рублей 30 копеек, авансовый отчет от «дата», командировочное удостоверение № .

Суд полагает заявление ответчика ГУ МВД России по г.Санкт-Петербургу и Ленинградской области подлежащим удовлетворению по следующим основаниям.

Исковое заявление о взыскании с ГУ МВД России по г.Санкт-Петербургу и Ленинградской области суммы единовременного пособия было подано И. в Кировский районный суд г. Волгограда. Согласно материалам дела И. при подаче заявления в Кировский районный суд г. Волгограда руководствовался ч. 5 ст. 29 ГПК РФ.

Определением Кировского районного суда г.Волгограда от «дата» удовлетворено заявление ответчика ГУ МВД России по г. Санкт-Петербургу и Ленинградской области о передаче гражданского дела в Смольнинский районный суд города Санкт-Петербурга для рассмотрения по существу.

Определением судебной коллегии по административным делам Волгоградского областного суда определение Кировского районного суда г. Волгограда от «дата» оставлено без изменения в связи с тем, что выплата единовременного пособия является дополнительной социальной гарантией, предоставляемой сотруднику органов внутренних дел и не относится к мерам, направленным на возмещение ущерба, указанное гражданское дело подлежит рассмотрению по общим правилам подсудности, установленным ст..28.ГПК РФ.

Однако, как следует из материалов дела, И. зарегистрирован по адресу: Санкт-Петербург, _______ пр. Кроме того, указанное обстоятельство подтверждается истцом.

Таким образом, суд полагает, что истец, зарегистрированный в г.Санкт-Петербурге и заведомо зная, что ответчик также находится в Санкт-Петербурге, направив исковое заявление в Кировский районный суд г. Волгограда, злоупотребил своим правом определения территориальной подсудности, что повлекло понесение ответчиком расходов на проезд и проживание представителя в связи с необходимостью явки в суд.

Несмотря на то, что характер рассматриваемого судом по исковому заявлению И. спора освобождает истца от уплаты государственной пошлины и судебных расходов, суд на основании вышеизложенного полагает возможным взыскать с истца в пользу ответчика судебные издержки на проезд и проживание, понесенные ответчиком вследствие действий истца по направлению искового заявления в суд г. Волгограда.

Учитывая вышеизложенное и, руководствуясь ст. 167, 194-198 ГПК РФ, суд

Р Е Ш И Л:

В удовлетворении иска И. к ГУ МВД России по г. Санкт-Петербургу и Ленинградской области о взыскании суммы единовременного пособия отказать.

Взыскать с И. в пользу ГУ МВД России по г. Санкт-Петербургу и Ленинградской области судебные расходы в размере 34 993 (тридцать четыре тысячи девятьсот девяносто три) рубля 70 копеек.

Решение может быть обжаловано в Санкт-Петербургский городской суд в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме.

Апелляционное определение СК по гражданским делам Санкт-Петербургского городского суда г.Санкт-Петербург от 14 апреля 2015 г. по делу N 33-5242/2015

Судебная коллегия по гражданским делам Санкт-Петербургского городского суда в составе:

председательствующего Александровой Ю.К.

судей Зарочинцевой Е.В., Параевой В.С.

при секретаре Красильникове А.В.

рассмотрела в открытом судебном заседании апелляционную жалобу И. на решение Смольнинского районного суда Санкт-Петербурга от 18 декабря 2014 года по гражданскому делу N 2-4760/14 по иску И. к Главному Управлению Министерства внутренних дел России по Санкт-Петербургу и Ленинградской области о взыскании суммы единовременного пособия.

Заслушав доклад судьи Александровой Ю.К., объяснения истца, представителя ответчика - А., действующего на основании доверенности от "дата" сроком по "дата", судебная коллегия по гражданским делам Санкт-Петербургского городского суда

УСТАНОВИЛА:

И. обратился в Смольнинский районный суд Санкт-Петербурга с исковыми требованиями к Главному Управлению Министерства внутренних дел России по Санкт-Петербургу и Ленинградской области (далее - ГУ МВД России по СПб и ЛО) о взыскании суммы единовременного пособия.

В обоснование заявленных требований истец указал, что с "дата" по "дата" проходил службу в органах внутренних дел России по Санкт-Петербургу, откуда был уволен приказом начальника ГУ МВД России по СПб и ЛО от "дата" по основанию, предусмотренному пунктом 1 части 3 статьи 82 Федерального закона N 342 от 20 ноября 2011 года "О службе в органах внутренних дел и внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации" (в связи с болезнью), основанием к чему послужило свидетельство о болезни ВВК Федерального казенного учреждения здравоохранения " " ... "" от "дата", которым истец признан не годным к дальнейшему прохождению службы (категория " " ... ""0 в связи с заболеванием, полученным в период прохождения службы.

Решением Федерального казенного учреждения ГБ МСЭ по Санкт-Петербургу" от 13 декабря 2013 года истцу установлена вторая группа инвалидности в связи с заболеванием, полученным в период прохождения службы, при исполнении служебных обязанностей, вместе с тем, в удовлетворении заявления о выплате единовременного пособия, предусмотренного положениями статьи 43 Федерального закона Российской Федерации "О полиции", ответчиком было отказано.

Ссылаясь на изложенные обстоятельства, находя отказ ответчика в удовлетворении заявления о выплате единовременного пособия незаконным, И.., настаивая на удовлетворении заявленных им требований, просил взыскать с ГУ МВД России по СПб и ЛО денежные средства в размере 2 000 000 рублей.

Решением Смольнинского районного суда Санкт-Петербурга от 18 декабря 2014 года в удовлетворении заявленных И. требований отказано.

Суд взыскал с И ... в пользу ГУ МВД России по СПб и ЛО судебные расходы в размере 34 993 рублей.

В апелляционной жалобе И. ставит вопрос об отмене постановленного судом решения, считая его незаконным и необоснованным, просит принять по делу новое решение об удовлетворении заявленных им требований в полном объеме, указывая в жалобе на не применение судом первой инстанции закона, подлежащего применению, а также на неправомерное взыскание с истца в пользу ответчика судебных расходов.

Истец в заседание судебной коллегии явился, доводы, изложенные в апелляционной жалобе, поддержал, настаивал на её удовлетворении.

Представитель ответчика - А.., действующий на основании доверенности, в заседание судебной коллегии явился, против удовлетворения апелляционной жалобы возражал, просил оставить обжалуемое решение суда первой инстанции без изменения.

Судебная коллегия, изучив материалы дела, выслушав объяснения истца, представителя ответчика, обсудив доводы апелляционной жалобы, приходит к следующему.

Разрешая по существу заявленные И. требования, суд первой инстанции, руководствуясь положениями ФЗ "О полиции", ФЗ "О службе в органах внутренних дел Российской Федерации и внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации", принимая во внимание требования Инструкции о порядке проведения военно-врачебной экспертизы и медицинского освидетельствования в органах внутренних дел Российской Федерации и внутренних войсках Министерства внутренних дел Российской Федерации, утвержденной Приказом Министра внутренних дел Российской Федерации N 523 от 14 июля 2010 года, Инструкции о порядке осуществления выплат в целях возмещения вреда, причиненного в связи с выполнением служебных обязанностей, сотрудниками органов внутренних дел Российской Федерации или их близким родственникам, утвержденной Приказом Министра внутренних дел Российской Федерации N 590 от 18 июня 2012 года, Положение о военно-врачебной экспертизе, утвержденное постановлением Правительства Российской Федерации N 565 от 04 июля 2013 года, оценив по правилам статьи 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации (далее - ГПК Российской Федерации) представленные доказательства, пришел к выводу об отказе в их удовлетворении ввиду их незаконности и необоснованности, указав при этом на отсутствие причинно-следственной связи между полученным истцом заболеванием и выполнением им служебных обязанностей.

Судебная коллегия считает возможным согласиться с указанным выводом Смольнинского районного суда Санкт-Петербурга по следующим основаниям.

Из материалов настоящего гражданского дела усматривается, а сторонами не оспаривается, что в период с "дата" по "дата" И ... проходил службу в органах внутренних дел в качестве " ... ", в период с "дата" по "дата" - в должности старшего оперуполномоченного отдела по борьбе с экономическими преступлениями КМ УВД России по Кировскому району Санкт-Петербурга, в период с "дата" по "дата" - в должности " ... ".

Приказом начальника ГУ МВД России по СПб и ЛО N ... от "дата" И. уволен со службы в органах внутренних дел по снованию, предусмотренному пунктом 1 части 3 статьи 82 ФЗ "О службе в органах внутренних дел Российской Федерации и внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации" - в связи с болезнью.

Основанием для увольнения истца послужило свидетельство о болезни ВВК ФКУЗ " " ... "" N ... от "дата", которым И. признан не годным к военной службе вследствие заболевания.

Согласно части 5 статьи 43 ФЗ "О полиции" при получении сотрудником полиции в связи с выполнением служебных обязанностей увечья или иного повреждения здоровья, исключающих возможность дальнейшего прохождения службы в полиции, ему выплачивается единовременное пособие в размере двух миллионов рублей.

В соответствии с пунктом 22 Инструкции о порядке осуществления выплат в целях возмещения вреда, причиненного в связи с выполнением служебных обязанностей, сотрудникам органов внутренних дел Российской Федерации или их близким родственникам, утвержденной Приказом МВД России от 18 июня 2012 N 590, для решения вопроса о выплате единовременного пособия в случае повреждения здоровья сотрудника кадровым подразделением в комиссию представляются:

а) копии материалов и заключение проверки, указанной в пункте 4 Инструкции;

б) документ, подтверждающий прекращение службы в органах внутренних дел по основаниям, указанным в пункте 14 Инструкции;

в) копия заключения ЦВВК (ВВК) о категории годности сотрудника к службе в формулировке "В" - ограниченно годен к службе в органах внутренних дел или "Д" - не годен к службе в органах внутренних дел" в связи с установлением причинной связи увечья, иного повреждения здоровья в формулировке "военная травма".

Между тем, согласно свидетельству о болезни истца N ... от "дата", заболевание И ... получено в период прохождения военной службы, истцу установлена категория " " ... "" - не годен к службе в органах внутренних дел, что исключает право истца на выплату ему единовременного пособия.

Вышеуказанное свидетельство о болезни истцом оспорено не было.

Судебная коллегия соглашается с выводом суда первой инстанции о том, что положения вышеуказанного Закона и Инструкции "О порядке осуществления выплат в целях возмещения вреда, причиненного, в связи с выполнением служебных обязанностей, сотрудникам органов внутренних дел Российской Федерации или близким родственникам", подлежат применению лишь в случае установления причинно- следственной связи между причинением вреда и выполнением сотрудником служебных обязанностей.

Однако доказательств, в нарушение требований статьи 56 ГПК Российской Федерации, свидетельствующих о наличии такой причинно-следственной связи истцом судам первой и апелляционной инстанций не представлено.

При таких обстоятельствах, судебная коллегия считает, что у суда первой инстанции отсутствовали правовые основания для удовлетворения заявленных И ... требований о взыскании единовременного пособия.

Доводы апелляционной жалобы о не применении судом первой инстанции закона, подлежащего применению, а именно статьи 68 ФЗ "О службе в органах внутренних дел и внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации", подлежат отклонению судебной коллегией как основанные на неправильном толковании норм права.

Разрешая заявление ответчика о взыскании с истца судебных расходов, суд первой инстанции пришел к выводу о его удовлетворении, указав при этом, что, в данном случае, имеет место злоупотребление правом со стороны истца.

Судебная коллегия не находит оснований для отказа в удовлетворении заявления ответчика о взыскании с И ... судебных расходов.

Так, в соответствии с частью 1 статьи 88 ГПК Российской Федерации судебные расходы состоят из государственной пошлины и издержек, связанных с рассмотрением дела.

Согласно статье 94 ГПК Российской Федерации к издержкам, связанным с рассмотрением дела, относятся, в том числе, расходы на проезд и проживание сторон и третьих лиц, понесенные ими в связи с явкой в суд.

В соответствии с частью 1 статьи 98 ГПК Российской Федерации стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы, за исключением случаев, предусмотренных частью второй статьи 96 настоящего Кодекса. В случае, если иск удовлетворен частично, указанные в настоящей статье судебные расходы присуждаются истцу пропорционально размеру удовлетворенных судом исковых требований, а ответчику пропорционально той части исковых требований, в которой истцу отказано.

В обоснование заявления о взыскании судебных расходов ответчик указал, что изначально настоящий иск был предъявлен И ... в Кировский районный суд города " ... ", в связи с чем ответчик был вынужден направлять своего представителя в гор. " ... " для участия в судебных заседаниях, состоявшихся "дата" и "дата".

В подтверждение заявленных требований о взыскании судебных расходов, ответчиком в материалы дела представлены расходный кассовый ордер от "дата" на сумму в 16 470 рублей, авансовый отчет от "дата", командировочное удостоверение N ... , расходный кассовый ордер от "дата" на сумму в 20 400 рублей, расходный кассовый ордер от "дата" на сумму в 200 рублей, приходный кассовый ордер от "дата" на сумму в 2 076 рублей, авансовый отчет от "дата", командировочное удостоверение N ...

Как усматривается из материалов дела, в судебных заседаниях, состоявшихся в Кировском районном суде города " ... " "дата" и "дата" присутствовал представитель ответчика А. (л.д. 42-43, 51-53).

Определением Кировского районного суда гор. " ... " от "дата", дополненного определением судебной коллегией по административным делам " ... " областного суда от "дата", гражданское дело по иску И. к ГУ МВД Санкт-Петербурга и Ленинградской области было передано по подсудности в Смольнинский районный суд. Судебными постановлениями установлено, что выплата единовременного пособия сотруднику полиции не является возмещением вреда здоровья, в связи с чем иск подан с нарушением правил подсудности

При таких обстоятельствах, руководствуясь вышеприведенными нормами Гражданского процессуального законодательства Российской Федерации, судебная коллегия не усматривает оснований для отмены обжалуемого решения суда в указанной части.

Доводы апелляционной жалобы о необоснованном взыскании судом первой инстанции в пользу ответчика судебных расходов, с указанием на то, что от уплаты судебных расходов истец освобожден по двум основаниям - как инвалид второй группы и как работник, обратившийся в суд за разрешением трудового спора, а также на то, что судебные расходы ответчик не понес, со ссылками на часть 1 статьи 47 ФЗ "О полиции" и пункты 1 и 8 Постановления Правительства Российской Федерации от 12 октября 2013 года N 916, судебная коллегия также находит подлежащими отклонению как основанные на неправильном толковании норм права.

Пункт 2 части 2 статьи 333.36 Налогового кодекса Российской Федерации (далее - НК Российской Федерации) действительно освобождает истца как инвалида второй группы от уплаты государственной пошлины по делам, рассматриваемым Верховным Судом Российской Федерации в соответствии с гражданским процессуальным законодательством Российской Федерации, судами общей юрисдикции, мировыми судьями, с учетом положений пункта 3 настоящей статьи, вместе с тем, данная норма не указывает на освобождение истца от обязанности, в случае отказа в удовлетворении заявленных им требований, по выплате стороне ответчика понесенных издержек.

Доводы апелляционной жалобы о том, что истец освобожден от уплаты судебных расходов, поскольку данный иск предъявлен им как бывшим работником к работодателю, со ссылками на положения статьи 393 Трудового кодекса Российской Федерации и 333.36 НК Российской Федерации, также не могут быть приняты во внимание судебной коллегией, поскольку настоящий спор, по мнению суда апелляционной инстанции, не подпадает под категорию трудовых.

Разрешая по существу заявленные требования, суд первой инстанции правильно определил юридически значимые обстоятельства дела, применил закон, подлежащий применению, дал надлежащую правовую оценку собранным и исследованным в судебном заседании доказательствам и постановил решение, отвечающее нормам материального права при соблюдении требований гражданского процессуального законодательства.

Таким образом, принимая во внимание вышеизложенное, судебная коллегия считает, что обжалуемое решение, постановленное в соответствии с установленными в суде обстоятельствами и требованиями закона, подлежит оставлению без изменения, а апелляционная жалоба И.., которая не содержит предусмотренных статьей 330 ГПК Российской Федерации оснований для отмены решения суда первой инстанции, - оставлению без удовлетворения.

Руководствуясь статьей 328 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия по гражданским делам Санкт-Петербургского городского суда

ОПРЕДЕЛИЛА:

Решение Смольнинского районного суда Санкт-Петербурга от 18 декабря 2014 года оставить без изменения апелляционную жалобу И. - без удовлетворения.

Решение Смольнинского районного суда Санкт-Петербурга и Определение Санкт-Петербургского городского суда по требованию о восстановлении на службе в ОВД гражданина Б.

 Дело № 2- /14                                                                                                              ___ июля 2014г.

Р Е Ш Е Н И Е

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

Смольнинский районный суд Санкт-Петербурга

В составе: председательствующего судьи С.

С участием прокурора С.

и адвоката П.

При секретаре К,

Рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску Б. к Главному   Управлению МВД России по г.Санкт-Петербургу и Ленинградской обл. о восстановлении на службе в органах внутренних дел и признании приказа и признании приказа №  от «дата» об увольнении со службы незаконным,

Установил:

Б. проходил службу в органах внутренних дел с «дата» в ОВО при ОВД по Кировскому р-ну Ленинградской обл., с «дата» - на должности инспектора ДПС в подразделениях ГИБДД ГУВД, ГУ МВД России по г.СПб и ЛО, с «дата» - в должности оперуполномоченного ОЭБ и ПК ОМВД России по Кировскому р-ну Ленинградской обл.

«Дата» по приказу № Б. был уволен со службы из органов внутренних дел по п.22 ч.2 ст.82 Федерального закона от 30.11.2011г. № 342-ФЗ «О службе в органах внутренних дел РФ и внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации» - в связи с утратой доверия.

Истец указывает, что в качестве основания для его увольнение послужило то, что он предоставил заведомо недостоверные сведения о своих доходах и имеющихся банковских счетов за период с 2009 по 201З гг включительно.

Считая данное увольнение со службы незаконным и необоснованным, истец Б. обратился в суд с вышеуказанным иском.

В обоснование своего иска Б. сослался на то, что в соответствии с Федеральным законом от 30.11.2011г. № 342-ФЗ «О службе в ОВД РФ...» совершенный им проступок может квалифицироваться либо как грубое нарушение служебной дисциплины в соответствии с п. 13 ч.2 ст.49 Закона, либо как утрата доверия по п. З ч.4 ст.82 Закона. Однако независимо от квалификации за данный проступок сотрудник может быть привлечен к дисциплинарной ответственности в виде наложения одного из взысканий, предусмотренных ч.1 ст.50 Закона о службе. В обоих случаях увольнение является крайней мерой и применяется в исключительных случаях.

Истец также ссылается на то, что на момент издания приказа от «дата» об увольнении за предоставление им сведений о доходах за 2009-2012 гг уже истекли сроки привлечения его к дисциплинарной ответственности, а по сведениям за 2013г. он не мог быть привлечен к ответственности, т.к. имел право до 31.07.2014г. предоставить уточненные сведения без каких-либо для себя правовых последствий, т.е. ответчиком были нарушены положения ч.7 ст.51 Закона о службе о возможности привлечения его к ответственности в установленные законом сроки, а именно в течение шестимесячного срока со дня совершения дисциплинарного проступка.

Кроме того, истец указал на то, что за совершенный проступок может быть наложено только одно из дисциплинарных взысканий (ч.З ст.50 Закона), предусмотренных ч.1 ст.50 Закона о службе. Поскольку сведения о доходах подаются не позднее 30-го апреля года, следующего за отчетным, то нарушения при подаче сведений не могут рассматриваться в совокупности, т.к. данные действия совершаются ежегодно, имеют временные ограничения для их совершения, выполняются в виде отдельного документа, но это требование закона ответчиком было нарушено.

В судебном заседании истец Б. и его представитель-адвокат П. поддержали предъявленный иск и просили его удовлетворить по изложенным в иске основаниям.

Представитель ответчика - ГУ МВД РФ по г.СПб и ЛО А. возражал в суде против предъявленного иска, считая его необоснованным. Свои возражения по иску были представлены суду в письменном виде.

Представитель соответчика - ОМВД России по Кировскому р-ну Ленинградской обл. в суд не явился, хотя о дне судебного заседания был извещен, поэтому суд, с учетом мнения участников процесса, признал возможным рассмотреть дело в его отсутствие.

Суд, выслушав заключение прокурора С., поддержавшей исковые требования, а также выслушав объяснения других участников процесса, изучив материалы дела, считает иск не подлежащим удовлетворению.

Как следует из материалов дела, «дата» между представителем нанимателя- МВД РФ по Кировскому р-ну Ленобласти и сотрудником ОВД Б., был заключен Контракт о прохождении службы в органах внутренних дел РФ, согласно которому Б. принял на себя обязательства, связанные с прохождением службы в органах внутренних дел РФ, а также по соблюдению требований законодательства РФ.

«Дата» приказом ГУ МВД России по г.СПб и ЛО № Б. был уволен со службы в органах внутренних дел по п.22 ч.2 ст.82 Федерального закона от 30.11.2011г. № 342-ФЗ «О службе в органах внутренних дел РФ и внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации» в связи с утратой доверия.

Основанием для увольнения послужили результаты служебной проверки, в ходе которой было установлено, что Б. при предоставлении сведений о доходах, имуществе и обязательствах имущественного характера за 2009-2013гг. были даны заведомо неполные и недостоверные сведения.

В судебном заседании представитель ответчика указал, что первоначально служебная проверка в отношении Б. проводилась в «дата» в связи с поступившей информацией из следственного управления по Северо-Западному федеральному округу Следственного комитета РФ о совершенных Б. незаконных операций с недвижимостью и неуплатой налогов, в ходе которой указанные сведения не подтвердились, а поскольку ответы на запросы не поступили, то проверка была завершена, В дальнейшем, после получения ответов на запросы из Банков «дата» было принято решение о проведении дополнительной проверки представленных сведении о доходах Б., поскольку его деятельность напрямую связана с высоким коррупционным риском, с целью установления соответствия поступившей информации с представленными сведениями о доходах, об имуществе и обязательствах имущественного характера, предоставленных за периоды с 2009 по 201З гг. По результатам проверки были выявлены нарушения, указанные в Заключении от «дата». А именно было указано, что Б. в справках за 2009-2013гг. о доходах, об имуществе и обязательствах имущественного характера федерального государственного служащего были даны в отношении себя заведомо неполные и недостоверные сведения, в связи с чем он был уволен в связи с утратой доверия.

В судебном заседании представитель ответчика А. указал, что данное увольнение напрямую не относится к совершению истцом дисциплинарного проступка и увольнению в связи с грубым нарушением служебной дисциплины, хотя совершенное нарушение содержит определенные его элементы, поэтому оно не может рассматриваться как увольнение в связи с совершением дисциплинарного проступка, а является увольнением по другому самостоятельному основанию по п.22 ч.2 ст.82 ФЗ от 30.11..2011г. № 342-ФЗ «О службе в   ОВД...» в связи с утратой доверия  в связи с ненадлежащим исполнением обязанности по предоставлению сведений о доходах, имуществе и обязательствах имущественного характера, что выразилось в предоставлении заведомо неполных и недостоверных сведений, что квалифицируется как правонарушение, влекущее в силу ч.9 ст.8 Федерального закона от 25.12.2008г. № 273-ФЗ «О противодействии коррупции» освобождение от занимаемой должности.

Суд считает, что данное решение ответчика об увольнении Б. является обоснованным в связи с подтверждением факта совершения правонарушения, а ссылка истца на допущенные нарушения при его увольнении за нарушение служебной дисциплины следует отнести к неправильному толкованию им положений законодательства. Сам факт представления истцом заведомо неполных и недостоверных сведений о доходах за 2009-201З гг. является нарушением указанного закона «О противодействии коррупции», наказание за которое предусмотрено только в виде увольнения со службы или освобождении от замещаемой должности, поэтому данный проступок нельзя охарактеризовать в полной мере как дисциплинарный проступок.

Суд считает необходимым отметить, что служба в органах внутренних дел является особым видом государственной службы, она направлена на реализацию публичных интересов, что предопределяет наличие у сотрудников, проходящих службу в этих органах, специального правового статуса, обусловленного выполнением конституционно значимых функций по обеспечению правопорядка и общественной безопасности. По этой причине Законодатель, определяя правовой статус сотрудников ОВД, установил для этой категории граждан особые требования, в том числе к их личным и деловым качествам, и особые обязанности, обусловленные задачами, принципами организации и функционирования органов внутренних дел и специфическим характером деятельности указанных лиц. В этой связи, поступая на службу в ОВД, гражданин добровольно берет на себя обязанность соответствовать указанным требованиям и добросовестно исполнять свои обязанности.

Правоотношения, связанные с поступлением на службу в органы внутренних дел, ее прохождением и прекращением, а также определением правового положения (статуса) сотрудника органов внутренних дел регулируются Федеральным законом от 30.11.2011г. №. 342-ФЗ «О службе в ОВД...», Федеральным законом от 07.02.2011г. № 3-ФЗ «О полиции», другими федеральными законами, нормативными правовыми актами Президента РФ, Правительства РФ, федерального органа исполнительной власти в сфере внутренних дел.

В соответствии с ч.2 ст. З Федерального закона о службе в ОВД РФ нормы трудового законодательства применяются к правоотношениям, связанным со службой в ОВД, в случаях, не урегулированных нормативными правовыми актами РФ, перечисленными в ч 1 ст. З названного закона.

Согласно ст.47 Федерального закона «О службе в ОВД...» служебная дисциплина в органах внутренних дел означает соблюдение сотрудниками ОВД установленных законодательством РФ, Присягой, дисциплинарным уставом органов внутренних дел РФ, контрактом, приказами и распоряжениями руководителя федерального органа исполнительной власти в сфере внутренних дел, приказами и распоряжениями прямых и непосредственных руководителей (начальников) порядка и правил выполнения служебных обязанностей и реализации предоставленных прав.

В силу ч.1 сит.49 ФЗ О службе в ОВД РФ... «нарушением служебной дисциплины (дисциплинарным проступком) признается виновное действие (бездействие), выразившееся в нарушении сотрудником ОВД законодательства РФ, дисциплинарного устава ОВД РФ, должностного регламента (должностной инструкции), правил внутреннего служебного распорядка федерального органа исполнительной власти в сфере внутренних, дел, его территориального органа или подразделения, либо в несоблюдении запретов и ограничений, связанной со службой в ОВД, и требований к служебному поведению,  либо  в неисполнении  (ненадлежащем  исполнении)  обязательств, предусмотренных контрактом, служебных обязанностей, приказов и распоряжений прямых руководителей при выполнении основных обязанностей и реализации предоставленных прав.

Часть 2 ст.49 названного федерального закона содержит исчерпывающий перечень случаев нарушений служебной дисциплины сотрудников органов внутренних дел, являющихся грубыми. Согласно п. 13 ч.2 указанной статьи грубым нарушением служебной дисциплины является непредоставление сотрудником сведений (предоставление заведомо недостоверных или неполных сведений) о своих доходах, расходах, об имуществе и обязательствах имущественного характера, а также о доходах, расходах, об имуществе и обязательствах имущественного характера своих супруги (супруга) и несовершеннолетних детей.

Обязанность предоставить в порядке, установленном законодательством РФ, сведения о своих доходах, об имуществе и обязательстве имущественного характера, а также сведения о доходах, об имуществе и обязательствах имущественного характера своих супруги (супруга) и несовершеннолетних детей возложена на сотрудника полиции в силу п. 10 ч. 1 ст.27 Федерального закона «О полиции».

Согласно ч.2 ст.29 Федерального закона «О полиции» на сотрудника полиции распространяются ограничения, запреты и обязанности, установленные Федеральным законом от 25.12.2008г. № 273-ФЗ «О противодействии коррупции», за исключением ограничений, запретов и обязанностей, препятствующих осуществлению сотрудником полиции оперативно-розыскной деятельности.

Из положений ч.9 ст.8 Федерального закона «О противодействии коррупции» следует, что невыполнение гражданином или лицом, указанным в ч. 1 данной статьи обязанности, предусмотренной этой статьей, является правонарушением, влекущим освобождение его от замещаемой должности, увольнение его с государственной или муниципальной службы.

В соответствии с требованиями п.п.1,4 ч.1ст.8 ФЗ от 25.12.2008г. № 273-ФЗ «О противодействии коррупции» лица, замещающие должности государственной или муниципальной службы, включенные в перечни, установленные нормативными правовыми актами РФ, обязаны представлять представителю нанимателя (работодателю) сведения о своих доходах, об имуществе и обязательствах имущественного характера своих супругов (супруга) и несовершеннолетних детей.

В соответствии с п.п.5 и 9 Перечня, утвержденного приказом МВД РФ от 31.08.2009г. № 680, а также п.п.6,11 Перечня, утвержденного приказом МВД России от 31.10.2013г. № 875, сведения были обязаны предоставлять оперуполномоченные всех наименований, а также, инспекторы всех наименований, исполнение должностных обязанностей по которым предусматривает осуществление функций дорожно-патрульной службы.

В соответствии со ст. 30.1 Федерального закона «О полиции» за несоблюдение ограничений и запретов, неисполнение обязанностей, установленных в целях противодействия коррупции данным Федеральным законом и Федеральными законом «О противодействии коррупции», налагаются дисциплинарные взыскания, предусмотренные Федеральным законом «О противодействии коррупции», налагаются дисциплинарные взыскания, предусмотренные Федеральным законом, определяющим порядок и условия прохождения службы сотрудниками внутренних дел. В данном случае таким законом является Федеральный закон «О службе в ОВД РФ...».

В соответствии с п.6 ч.2 ст.82 Федерального закона о службе в ОВД сотрудник ОВД может быть уволен со службы в связи с грубым нарушением служебной дисциплины, а согласно п.22 ч.2 этой статьи - в связи с утратой доверия.

На основании п.З ч.4 ст.82 названного Федерального закона сотрудник ОВД подлежит увольнению в связи с утратой доверия в случае непредоставления сведений о своих доходах, расходах, об имуществе и обязательствах имущественного характера   своих супруги   (супруга)   и   несовершеннолетних   детей   либо   представления   заведомо недостоверных или неполных сведений.

Отсюда следует, что увольнение за нарушение, допущенное истцом, возможно по двум основаниям: как за грубое нарушение служебной дисциплины, так и в связи с утратой доверия.

Истец считает, что его увольнение в связи с утратой доверия было произведено в связи с неумышленным предоставлением им недостоверных или неполных сведений о своих доходах, расходах, об имуществе и обязательствах имущественного характера, что относится к нарушению служебной дисциплины в силу ч.2 ст.49 Федерального закона «О службе в ОВД...», Однако суд считает это мнение истца и его представителя ошибочным, полагая, что увольнение истца носило заведомо умышленный характер и вызвано невыполнением его обязанности по предоставлению достоверных и полных сведений о доходах, имуществе и обязательствах имущественного характера, поэтому оно не относилось к увольнению в связи с привлечением к дисциплинарной ответственности в виде увольнения, а лишь с ненадлежащим исполнением обязанности по предоставлению указанных сведений.

Снова следует сказать о том, что в силу ч.9 ст.8 Федерального закона «О противодействии коррупции» невыполнение лицом обязанности по предоставлению сведений о своих доходах, об имуществе и обязательствах имущественного характера является правонарушением, влекущим освобождением от замещаемой должности, либо увольнения с государственной или муниципальной службы.

Аналогичная норма предусмотрена ч.6.1 ст.20 Федерального закона от 27.07.2004г. №79-ФЗ «О государственной гражданской службе Российской Федерации» (данная статья распространяется на сотрудников ОВД в соответствии с ч.2 ст.29 Федерального закона от 27.02.2011г. № 3-ФЗ «О полиции», где указано, что непредоставление гражданским служащим сведений о своих доходах, об имуществе и обязательствах имущественного характера, а также о доходах, об имуществе и обязательствах имущественного характера членов своей семьи в случае, если представление таких сведений обязательно, либо представление заведомо недостоверных или неполных сведений является правонарушением, влекущим увольнение гражданского служащего с гражданской службы.

Суд также не согласен с доводами истца и его представителя о нарушении ответчиком ч.7 ст.51 Закона о службе и пропуске установленного шестимесячного срока привлечения его к дисциплинарной ответственности в виде увольнения по со дня совершения дисциплинарного проступка, а по результатам ревизии или проверки финансово-хозяйственной деятельности -по истечении 2-х лет со дня совершения дисциплинарного проступка. В указанные сроки не включаются периоды временной нетрудоспособности сотрудника, нахождение его в отпуске или командировке, а также время производства по уголовному делу.

Поскольку в данном случае увольнение истца производится не по факту нарушения им дисциплинарного проступка, а правонарушения, влекущее по Закону «О противодействии коррупции» освобождение от замещаемой должности, увольнение со службы, то оно производится по факту правонарушения, т.к. срок привлечения к ответственности этим законом не установлен, поэтому говорить о нарушении установленного шестимесячного срока привлечения к ответственности в виде увольнения со службы со дня совершения дисциплинарного проступка по событиям, относящимся к дате предоставления справок за 2009-2012гг. нельзя.

Суд также учитывает, что ответчику вплоть до «дата» не было известно о допущенном истцом правонарушении, т.к. это стало известно только после завершения служебной проверки предоставленных им неполных и недостоверных сведений о своих доходах, имуществе и обязательствах имущественного характера, то срок для издания приказа об увольнении истца с «дата» ответчиком не пропущен и, более того, поскольку срок привлечения к ответственности не установлен санкцией п.22 ч.2 ст.82 ФЗ «О службе в ОВД...», то его нельзя признать пропущенным.

В обоснование своей позиции об отсутствии нарушений срока привлечения к ответственности в виде увольнения ответчик также ссылается на п. 10 Рекомендаций Международной организации труда от 22.06.1982г. № 166 «О прекращении трудовых отношений по инициативе предпринимателя», согласно которому считается, что предприниматель отказался от своего права прекратить трудовые отношения с трудящимся за совершенный проступок, если он не сделал этого в разумный срок после того, как ему стало известно об этом проступке.

Однако суд считает, что этот пример излишним, полагая, что имеются другие правовые акты, прямо предусматривающие ответственность истца при установлении факта нарушения им положений Закона о службе в ОВД, Закона о полиции, Указа Президента РФ № 1065 от 21.09.2009г. «О проверке достоверности и полноты сведений, предоставляемых гражданами, претендующими на замещение должностей федеральной государственной службы, и федеральными государственными служащими, и соблюдения федеральными государственными служащими требований к служебному поведению», которыми предусмотрено, что сотрудник ОВД несет персональную ответственность за полноту и достоверность предоставления ОРЛС сведений о доходах, расходах, об имуществе и обязательства имущественного характера федерального государственного служащего, его супруга (супруги) и несовершеннолетних детей, и за соблюдение законности служебной дисциплины в соответствии с требованиями ФЗ «О полиции», ФЗ «О службе в ОВД...», других нормативных актов, определяющих поведение сотрудника органов внутренних дел РФ является достаточным основанием для принятия решения об увольнении истца, которое является законным и обоснованным.

Рассматривая доводы истца, суд учитывает, что ответчик до начала служебной проверки не осуществлял проверку представленных истцом справок за 2009-2013гг., т.к. справки лишь хранились у него согласно требованиям п.32 Указа Президента РФ № 1065 от 21.09.1009г., поэтому их ежегодной проверкой ответчик не занимается, т.к. это не входило, в его обязанность, поскольку она производится в силу п. 10 Указа только при наличии, достаточной информации, основания к которой возникли только после получения информации, поступившей из следственного управления по СЗФО СК РФ.

Отсюда следует, что ответчику стало известно о допущенных истцом нарушениях требований законодательства только после завершения «дата» служебной проверки предоставленных им неполных и недостоверных сведений о своих доходах, имуществе и обязательствах имущественного характера, а поэтому срок для издания приказа об увольнении истца с «дата» ответчиком не пропущен, а поскольку он также не установлен санкцией п.22 ч.2 ст.82 ФЗ «О службе в ОВД...», то его нельзя признать нарушенным. Тот факт, что истец еще смог предоставить в срок до 31.07.2014г. дополнительные сведения по справке за 2013г. не имеет принципиального значения, учитывая наличие других данных о предоставлении заведомо неполных и недостоверных сведений за 2009-2012гг., а также сведений о том, что до момента увольнения «дата» истец не ставил в известность своего работодателя о намерении предоставить дополнительные сведения и не производил каких-либо запросов по ним, сбор этих недостающих сведений он начал уже после своего увольнения, а до этого времени за весь период составления справок за 2009-2012г. он никаких дополнительных запросов не делал и срок для их предоставления пропустил.

Рассматривая доводы истца о том, что за каждый случай нарушения служебной дисциплины на сотрудника ОВД может быть наложено только одно дисциплинарное взыскание согласно ч. З ст.50 ФЗ о службе, суд считает, что положения данного закона нарушены не были, т.к. в данном случае по завершению проверки было выявлено одно правонарушение по невыполнению обязанности по предоставлению полных и достоверных сведений о своих доходах, об имуществе и обязательствах имущественного характера при предоставлении справок за 2009-2013гг., за которое было назначено одно наказание в виде увольнения со службы.

Оценивая содержание представленных справок, суд установил, что Б. представил эти справки о своих доходах, имуществе и обязательствах имущественного характера за 2009-2013гг. в срок соответственно до 30.04.2010, 30.04.2011г., 30.04.2012г., 30.04.2013г. и 30.04.2014г. Однако из материалов дела следует, что им были представлены заведомо неполные и недостоверные сведения, поэтому после окончания «дата» проведения служебной проверки истец был правомерно уволен со службы за допущенное им нарушения.

Указом Президента РФ от 18.05.2009г. № 559 утверждена форма составления справки.

В разделах №№ 1,3,5 и др. данной формы справки предусмотрена необходимость предоставления сотрудником ОВД достоверных сведений о своих доходах; денежных средствах, находящихся на счетах в банке; объектах недвижимости, находящихся в пользовании; кредитных обязательствах, а также эти же сведения в отношении супруга (супруги) и несовершеннолетних детей. Причем истец прямо указал, что достоверность и полноту предоставленных им сведений он подтверждает, в чем он лично расписался.

Так, при предоставлении сведений о доходах истца им были представлены не все сведения о действующих по состоянию на 31 декабря отчетного года банковских счетах и находящихся на них денежных средствах, а в ряде случаев им были указаны номера банковских карт вместо номеров банковского счета.

В судебном заседании представитель ответчика указал, что данная техническая ошибка о неправильном указании номера банковских карт вместо номера банковского счета не является грубой ошибкой, и из-за нее не ставился бы вопрос об увольнении истца, хотя случайной эту ошибку назвать нельзя, поскольку Б. по своему основному образованию, полученному в 2010г. в СПб ГУ сервиса и экономики, является экономистом, однако сокрытие истцом иных данных о всех имеющихся у него банковских счетах с денежными средствами является доказательством предоставления заведомо неполных и ложных сведений, поскольку истец знал о наличии своих вкладов, имел реальную возможность получить по ним необходимые сведения по состоянию на 31 декабря отчетного периода и представить их к моменту предоставления справки до 30 апреля следующего за отчетным года либо при предоставлении дополнительных сведений до 31 июля следующего за отчетным периода, но не сделал этого вплоть до своего увольнения. В настоящее время эти сведения им также не представлены, поэтому тот факт, что он после своего увольнения сделал некоторые запросы в Банк еще раз свидетельствует о его возможности своевременного получения этих сведений в установленные сроки и подтверждает факт предоставления заведомо неполных сведений.

В судебном заседании Б. пояснил, что он помнил о том, что у него имеется всего 4 счета в Сбербанке, а о наличии других счетов он забыл либо потерял на них документы. Однако данные объяснения истца следует признать неубедительными, поскольку они еще раз подтверждают необходимость и реальную возможность истца обращения в банковские учреждения для восстановления недостающих сведений при наличии данных об утрате документов или отсутствии полных сведений о счетах, но он не сделал этого, хотя из материалов проверки видно, что он постоянно пользовался счетами, а, значит, имел сведения о них, т.к. по ним проходило движение денежных средств.

Также следует расценить нарушения, связанные с предоставлением сведений об остатках денежных средств на зарплатном (по состоянию на 31.12.2010г., 31.12.2011г. и 31.12.2012г.) и кредитном (31.12.2012г., 31.12.2013г.) счетах, поскольку эти сведения были недостоверными, а предоставление достоверных и полных сведений является обязательным требованием. При отсутствии этих данных истец также был вправеобратиться в Банк с соответствующим запросом, но он такого запроса не делал, а указал в справке произвольную сумму, и эта его информация об остатке денежных средств на счете также не соответствовала действительности, что также является нарушением закона о предоставлением полных и достоверных сведений, о которых истец заранее знал и догадывался и мог их предоставить.

- в материалах проверки указано, что в предоставленных сведениях за 2010 и 2013гг не была указана информация о доходах от вкладов в банках;

- в сведениях за 2010г.,2011 и 2012г. не указана информация об имеющихся кредитных обязательствах и полученных им кредитах за период с 2010 по 2013гг., а за 2012г. указано о получении только одного кредита;

- в сведениях за 2012г. и 2013г. не указана информация о доходах, полученных в порядке дарения денег от матери. Эту информацию о дарении этих денег от матери истец сообщил в своих письменных объяснениях, однако в силу п. 18.1 ст.217 НК РФ приобретение имущества в порядке дарения в денежной и натуральных формах рассматривается как получение доходов, а поэтому сведения о получении этих значительных денежных средств должны были подлежать включению в справку.

Исходя из этого, суд считает возможным согласиться с ответчиком в том, что Б. ненадлежащим образом была исполнена обязанность по предоставлению полных и достоверных сведений о своих доходах, об имуществе и обязательствах имущественного характера за 2009-2013г., при этом никаких доказательств невозможности их предоставления в установленное законом время он не привел и с рапортом о невозможности предоставления или истребования им дополнительных сведений не обращался. В этой связи ответчик обоснованно принял решение об увольнении истца со службы согласно за невыполнение обязанности по предоставлению полных и достоверных сведений, т.к. положения ч.9 ст.8 Федерального закона от 25.12.2008г. № 273-ФЗ «О противодействии коррупции» прямо указываю на то, что данное .нарушение влечет освобождение от замещаемой должности, увольнение с государственной или муниципальной службы.

Ссылки истца на то, что увольнение со службы является крайней мерой дисциплинарного воздействия и поэтому в силу ст.50 Закона о службе он мог быть подвергнут другим видам наказания суд считает необоснованными, учитывая, что, как было указано выше, за совершение указанного правонарушения предусмотрен только один вид наказания- увольнение со службы или освобождение от замещаемой должности. По  вопросу пропуска срока наложения взыскания было сказано выше о том, что действующее законодательство содержит императивную норму об увольнение сотрудника со службы из органов внутренних дел в случае представления неполных или недостоверных сведений о своих доходах, об имуществе и обязательствах имущественного характера, а поскольку п.22 ч.2 ст.82 Федерального закона от 30.11.2011г. № 342-ФЗ «О службе в ОВД...» является самостоятельным основанием увольнения сотрудника, не связанным с привлечением к дисциплинарной ответственности, то, соответственно, срок для увольнения не установлен. В данном случае, после окончания служебной проверки, проходившей в установленные сроки, истец был уволен со службы «дата» и никаких данных о нарушении процедуры увольнения не имеется.

Оценивая доводы истца и его представителя об отсутствии умысла на предоставление заведомо неполных или недостоверных сведений, суд считает эти доводы голословными, поскольку они опровергаются наличием этих данных и многолетним бездействием истца, не принявших никаких мер к тому, чтобы истребовать и предоставить недостающие сведения, что указывает на то, что истец хотел их намеренно скрыть, т.к. он сознательно внес в справки за 2009-2013г. неполные и недостоверные сведения, что подтверждает факт совершения нарушения. Истец знал, какие денежные средства он получал, использовал их в личных целях, а поэтому, имея экономическое образование, он мог свободно ориентироваться в вопросах составления денежных счетов и предоставления по ним сведений либо получить консультацию о порядке истребования необходимых сведений и составлении справок, т.к. эта информация находится в свободном доступе, но он не запрашивал их, поэтому его довод о том, что он забыл о своих счетах и движении денежных средств звучит неубедительно.

Таким образом, в материалах дела имеются достаточные доказательства наличия правовых оснований для расторжения служебного контракта с истцом по причине допущенных им нарушений при представлении заведомо неполных и недостоверных сведений о своих доходах, имуществе и обязательствах имущественного характера при составлении справок за 2009-2013г., об ответственности за предоставление которых он был предупрежден при поступлении на государственную службу, а поэтому произведенное его увольнение является законным и оснований для отмены приказа №  от «дата» об увольнении Б. и для восстановлении его на службе не имеется.

 На основании изложенного, руководствуясь ст.ст.194-199 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

В удовлетворении заявленного Б. иска - отказать.

Решение суда может быть обжаловано в апелляционном порядке в Санкт-Петербургский городской суд в течение месяца со дня его принятия в окончательной форме.

Судья: С.

САНКТ-ПЕТЕРБУРГСКИЙ ГОРОДСКОЙ СУД

 Per. №                      

 АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

       Судебная коллегия по гражданским делам Санкт-Петербургского городского суда в составе

Председательствующего             Б.

Судей                                               С.,

                                                          Л.

С участием прокурора                   Р.

При секретаре                                П.

 рассмотрела в открытом судебном заседании «дата» апелляционную жалобу Б. и апелляционное представление прокурора Центрального района Санкт-Петербурга на решение Смольнинского районного суда Санкт-Петербурга от «дата» по иску Б. к Главному Управлению МВД России по Санкт-Петербургу и Ленинградской области о восстановлении на службе в органах внутренних дел и признании приказа об увольнении со службы незаконным.

Заслушав доклад судьи Б., объяснения истца, его представителя, поддержавших доводы апелляционной жалобы, представителей ответчика и третьего лица, возражавших относительно доводов апелляционной жалобы и представления, заключение прокурора, заявившего об отзыве апелляционного представления, полагавшего решение суда обоснованным, а доводы жалобы - подлежащими отклонению, судебная коллегия по гражданским делам Санкт-Петербургского городского суда

 У С Т А Н О В И Л А:

 Истец Б. обратился в Смольнинский районный суд Санкт-Петербурга с иском к Главному управлению МВД России по Санкт-Петербургу и Ленинградской области и УМВД России о восстановлении на службе в ГУ МВД России по Санкт-Петербургу и Ленинградской области на ранее занимаемую должность, в обоснование указывая, что он проходил службу в органах внутренних дел с «…» в ОВО при ОВД по Кировскому району Ленинградской области, с «…» - на должности инспектора ДПС в подразделениях ГИБДД ГУ МВД России по СПб и ЛО, с «…» - в должности ….

«Дата» по приказу №… Б. был уволен со службы из органов внутренних дел по п.22 ч.2 ст.82 Федерального закона от 11.2011г. № 342-ФЗ «О службе в органах внутренних дел РФ и внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации» - в связи с утратой доверия.

Истец указывает, что в качестве основания для его увольнения послужило то, что он предоставил заведомо недостоверные сведения о своих доходах и имеющихся банковских счетах за период с …. по … включительно.

Истец считает данное увольнение со службы незаконным и необоснованным, поскольку на момент издания приказа от «дата» об увольнении за предоставление им сведений о доходах за 2009-2012 годы уже истекли сроки привлечения его к дисциплинарной ответственности, а по сведениям за 2013 год он не мог быть привлечен к ответственности, так как имел право до 31.07.2014 предоставить уточненные сведения без каких-либо для себя правовых последствий. Истец полагает, что ответчиком были нарушены положения части 7 статьи 51 Закона о службе, в связи с отсутствием у ответчика возможности привлечения его к ответственности в установленные законом сроки, а именно в течение шестимесячного срока со дня совершения дисциплинарного проступка, истец Б. обратился в суд с вышеуказанным иском.

Решением Смольнинского районного суда Санкт-Петербурга от «дата» в удовлетворении заявленного Б. иска отказано.

В апелляционной жалобе истец, апелляционном представлении прокурор просят решение суда отменить, полгая его постановленным с нарушением норм материального права.

Изучив материалы дела, выслушав объяснения сторон, рассмотрев ходатайство прокурора об отзыве апелляционного представления, заключение прокурора, обсудив доводы апелляционной жалобы, доводы возражений, судебная коллегия не находит оснований для отмены решения суда, отвечающего требованиям закона.

В суд апелляционной инстанции от прокурора поступило заявление об отказе от апелляционного представления, которое было поддержано прокурором в судебном заседании.

В соответствии с частью 1 статьи 326 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации отказ от апелляционной жалобы, представления допускается до вынесения судом апелляционного определения.

Согласно части 2 статьи 326 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации заявление об отказе от апелляционной жалобы, представления подается в письменной форме в суд апелляционной инстанции.

Таким образом, отказ от апелляционного представления является процессуальным   правом   стороны, а   потому   принимается   судом апелляционной инстанции.

Учитывая вышеизложенное, судебная коллегия принимает отказ прокурора от апелляционного представления и прекращает апелляционное производство в данной части.

Продолжая рассмотрение апелляционной жалобы истца, судебная коллегия приходит к следующему.

Материалами дела установлено, что «дата» между представителем нанимателя МВД РФ по Кировскому району Ленобласти и сотрудником ОВД Б., был заключен контракт о прохождении службы в органах внутренних дел РФ, согласно которому Б. принял на себя обязательства, связанные с прохождением службы в органах внутренних дел РФ, а также по соблюдению требований законодательства РФ.

«дата» приказом ГУ МВД России по СПб и ЛО №  Б. был уволен со службы в органах внутренних дел по п.22 ч.2 ст.82 Федерального закона от 30.11.2011г. № 342-ФЗ «О службе в органах внутренних дел РФ и внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации» в связи с утратой доверия.

Основанием для увольнения послужили результаты служебной проверки, в ходе которой было установлено, что Б. при предоставлении сведений о доходах, имуществе и обязательствах имущественного характера за 2009-2013 годы были даны заведомо неполные и недостоверные сведения.

Проверяя законность увольнения истца, суд первой инстанции обоснованно проверил: предусмотрено ли данное основание увольнения законом, имелись ли у работодателя правовые основания для расторжения с работником служебного контракта по этому основанию, соблюден ли порядок его расторжения, правомерно возложив бремя доказывания на ответчика.

Правоотношения, связанные с поступлением на службу в органы внутренних дел, ее прохождением и прекращением, а также определением правового положения (статуса) сотрудника органов внутренних дел регулируются Федеральным законом от 30 ноября 2011 года N 342-ФЗ «О службе в органах внутренних дел Российской Федерации и внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации», Федеральным законом от 7 февраля 2011 года N 3-ФЗ «О полиции», другими федеральными законами, нормативными правовыми актами Президента РФ, Правительства РФ, федерального органа исполнительной власти в сфере внутренних дел.

В соответствии с частью 2 статьи 3 Федерального закона № 342-ФЗ нормы трудового законодательства применяются к правоотношениям, связанным со службой в органах внутренних дел, в случаях, не урегулированных нормативными правовыми актами Российской Федерации, перечисленными в части 1 статьи 3 названного Федерального закона.

Согласно пункту 22 части 2 статьи 82 Федерального закона от 30 ноября 2011 года N 342-ФЗ «О службе в органах внутренних дел Российской Федерации и внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации» контракт может быть расторгнут, а сотрудник органов внутренних дел может быть уволен со службы в органах внутренних дел в связи с утратой доверия.

На основании пункта 3 части 4 статьи 82 вышеуказанного Федерального закона сотрудник органов внутренних дел подлежит увольнению в связи с утратой доверия в случае непредставления сотрудником органов внутренних дел сведений о своих доходах, расходах, об имуществе и обязательствах имущественного характера, а также о доходах, расходах, об имуществе и обязательствах имущественного характера своих супруги (супруга) и несовершеннолетних детей либо представления заведомо недостоверных или неполных сведений.

Пункт 4 статьи 6 Федерального закона «О противодействии коррупции» от 25 декабря 2008 года № 273-ФЗ в качестве меры по профилактике коррупции также предусматривает как основание для освобождения от занимаемой должности и (или) увольнения лица, замещающего должность государственной или муниципальной службы, предоставление заведомо недостоверных или неполных сведений о доходах, расходах, имуществе и обязательствах имущественного характера сотрудника, супруги (супруга) и несовершеннолетних детей.

Из материалов дела усматривается, что согласно заключению по материалам проверки достоверности и полноты сведений о доходах, об имуществе и обязательствах имущественного характера, проведенной в отношении Б., утвержденной начальником УМВД России по Санкт-Петербургу от «дата», установлено, что при предоставлении сведений о своих доходах, об имуществе и обязательствах имущественного характера за 2009-2013 годы Б. допущен ряд нарушений, а именно: указаны не все банковские счета, при этом в сведениях за 2013 год не указана информация о доходах, полученных помимо денежного довольствия, в размере … рублей; принято решение об увольнении истца по п.22 ч.2 ст. 82 ФЗ «О службе в органах внутренних дел Российской Федерации и внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации» - в связи с утратой доверия.

Проанализировав вышеизложенные правовые нормы, руководствуясь, в том числе, положениями пункта 10 статьи 27 Федерального закона «О полиции» от 07.02.2011 № 3-ФЗ, а также положениями статьи 49 Федерального закона «О службе в органах внутренних дел Российской Федерации и внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации», оценив представленные сторонами доказательства в соответствии с правилами статьи 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд признал установленным факт предоставления Б. в УРЛС ГУ МВД России по Санкт-Петербургу и Ленинградской области заведомо недостоверных сведений о своих доходах, об имуществе и обязательствах имущественного характера за 2013 год, что является самостоятельным основанием для утраты доверия и соответственно увольнения.

Соглашаясь с избранной руководителем органа внутренних дел в отношении истца мерой дисциплинарного взыскания в виде увольнения, суд первой  инстанции  правомерно  исходил  из  того,   что   представление сотрудником заведомо недостоверных или неполных сведений о своих доходах, расходах, об имуществе и обязательствах имущественного характера является грубым нарушением служебной дисциплины, указав при этом в решении, что данная мера соответствует тяжести проступка, обстоятельствам его совершения, предшествующему поведению Б., который с 2009 года ежегодно предоставлял недостоверные и неполные сведения о своих доходах и обязательствах имущественного характера; принимая во внимание существенный размер скрытых доходов, имущества и обязательств имущественного характера.

Судебная коллегия соглашается с выводом суда об обоснованности применения к истцу дисциплинарного взыскания в виде увольнения за совершенный проступок, поскольку при вышеприведенных нарушениях действующего законодательства увольнение является единственным установленным законом способом пресечения нарушения антикоррупционного законодательства. Профилактика коррупционных правонарушений и борьба с выявленными проступками коррупционного характера является приоритетом в деятельности государства, вместе с тем как совершенный истцом проступок порочит честь и достоинство сотрудника органов внутренних дел, свидетельствует о его пренебрежительном отношении к общечеловеческим и профессиональным нравственным ценностям, требованиям гражданского и служебного долга, ведет к снижению авторитета, утрате доверия общества по отношению к сотрудникам органов внутренних дел.

Принимая во внимание, что непредставление сотрудником органов внутренних дел сведений о своих доходах, расходах, об имуществе и обязательствах имущественного характера либо представление заведомо недостоверных или неполных сведений в силу части 2 статьи 49 Федерального закона № 342-ФЗ отнесено к грубым нарушениям служебной дисциплины, в силу части 9 статьи 8 Федерального закона «О противодействии коррупции» является правонарушением, влекущим наложение дисциплинарного взыскания, суд проверил соблюдение ответчиком порядок его наложения на истца.

Суд признал установленным, что справка о доходах, об имуществе и об обязательствах имущественного характера за 2013 год с недостоверными сведениями подана истцом «дата», рапорт начальника УРЛС ГУ МВД России по Санкт-Петербургу и Ленинградской области о совершении сотрудником органов внутренних дел дисциплинарного проступка подан начальнику УМВД России по Санкт-Петербургу и Ленинградской области 14 апреля 2014 года, заключение служебной проверки, проведенной по решению уполномоченного руководителя в целях выявления причин, характера и обстоятельств совершенного сотрудником органов внутренних дел дисциплинарного проступка, подтверждения наличия или отсутствия обстоятельств, предусмотренных статьей 29 Федерального закона «О полиции», утверждено начальником ГУ МВД России по Санкт-Петербургу и Ленинградской области «дата», приказ об увольнении № от «дата».

Руководствуясь положениями части 6 статьи 51 Федерального закона от 30 ноября 2011 года N 342-ФЗ «О службе в органах внутренних дел Российской Федерации и внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации», согласно которой дисциплинарное взыскание в случае проведения служебной проверки должно быть наложено не позднее чем через один месяц со дня утверждения заключения по результатам служебной проверки, при этом в указанные сроки не включаются периоды временной нетрудоспособности сотрудника, нахождения его в отпуске или в командировке, суд правомерно исходил из того, что месячный срок наложения дисциплинарного взыскания за совершение истцом дисциплинарного проступка руководителем не нарушен.

Судебная коллегия находит правильным вывод суда о том, что ответчиком не пропущен и шестимесячный срок, предусмотренный частью 7 статьи 51 Федерального закона N 342-ФЗ, согласно которой дисциплинарное взыскание не может быть наложено на сотрудника органов внутренних дел по истечении шести месяцев со дня совершения дисциплинарного проступка, а по результатам ревизии или проверки финансово-хозяйственной деятельности - по истечении двух лет со дня совершения дисциплинарного проступка. В указанные сроки не включаются периоды временной нетрудоспособности сотрудника, нахождения его в отпуске или в командировке, а также время производства по уголовному делу.

С учетом требований данной нормы, соглашаясь с доводами апелляционной жалобы о том, что сроки привлечения к дисциплинарной ответственности за периоды 2009-2102 годы действительно ответчиком пропущены, однако принимая во внимание, что с момента подачи декларации о доходах, об имуществе и обязательствах имущественного характера за 2013 год – «дата» - шестимесячный срок истекал «дата» (со дня представления деклараций с недостоверными и неполными сведениями), дисциплинарное взыскание в виде увольнения наложено на истца «дата», то есть в пределах шестимесячного срока. Суд пришел к обоснованному выводу, что контракт с истцом расторгнут в установленный законом срок, порядок увольнения ответчиком был соблюден.

Доводы апелляционной жалобы о том, что срок привлечения к дисциплинарной ответственности за предоставление недостоверных и неполных сведений за период 2013 года для истца еще не наступил, так как предусмотрено право декларанта внести изменения и дополнения в течение 3 месяцев со дня окончания срока подачи сведений, судебная коллегия отклоняет.

В соответствии с подпунктом «б» пункта 3 Положения о предоставлении гражданами, претендующими на замещение должностей федеральной государственной службы, и федеральными государственными служащими сведений о доходах, об имуществе и обязательствах имущественного характера, утвержденного Указом Президента Российской Федерации N 559 от 18 мая 2009 года сведения о доходах, об имуществе и обязательствах имущественного характера представляются по утвержденным формам справок государственными служащими, замещающими должности государственной службы - ежегодно, не позднее 30 апреля года, следующего за отчетным. Согласно пункту 8 данного Положения, в случае если гражданин или государственный служащий обнаружили, что в представленных ими в кадровую службу федерального государственного органа сведениях о доходах, об имуществе и обязательствах имущественного актера не отражены или не полностью отражены какие-либо сведения либо имеются ошибки, они вправе представить уточненные сведения в порядке, установленном настоящим Положением. Государственный служащий может представить уточненные сведения в течение трех месяцев после окончания срока, указанного в подпунктах «б» или «в» пункта 3 настоящего Положения. Аналогичные положения предусмотрены и Порядком, утвержденным Приказом МВД РФ N 205 от 19 марта 2010 г., в соответствии с пунктом 2 которого сотрудники, военнослужащие, гражданские служащие, замещающие должности государственной службы в системе МВД России, ежегодно, не позднее 30 апреля года, следующего за отчетным, представляют сведения о своих доходах, полученных за отчетный период (с 1 января по 31 декабря) от всех источников (включая денежное содержание, пенсии, пособия, иные выплаты), а также сведения об имуществе, принадлежащем им на праве собственности, и о своих обязательствах имущественного характера по состоянию на конец отчетного периода; сведения о доходах супруги (супруга) и несовершеннолетних детей, полученных за отчетный период (с 1 января по 31 декабря) от всех источников (включая заработную плату, пенсии, пособия, иные выплаты), а также сведения об имуществе, принадлежащем им на праве собственности, и об их обязательствах имущественного характера по состоянию на конец отчетного периода. Пунктом 6 данного Порядка предусмотрено, что в случае если гражданин или сотрудник, военнослужащий, гражданский служащий обнаружил, что в представленных им справках в кадровый орган (подразделение по работе с личным составом, помощнику начальника по кадрам) не отражены или не полностью отражены какие-либо сведения либо имеются   ошибки,   он   вправе   представить   уточненные   сведения   в соответствии с настоящим Порядком. Уточненные сведения, представленные после истечения срока, указанного в пункте 2 настоящего Порядка, не считаются представленными с нарушением срока.

Факт представления истцом недостоверных и неполных сведений о доходах, об имуществе и обязательствах имущественного характера за 2013 год установлен судом и подтвержден имеющимися в материалах дела доказательствами, как пояснил истец до настоящего времени недостатки не устранены. В указанных обстоятельствах, суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу о совершении Б. грубого нарушения служебной дисциплины.

Из анализа приведенных выше норм следует, что трехмесячный срок предоставляется сотруднику для корректировки уже предоставленных сведений о доходах, в то время как срок предоставления сведений о доходах является пресекательным и установлен до 30 апреля года, следующего за отчетным. Следовательно, датой совершения дисциплинарного проступка в виде не  предоставления сведений о доходах является  30  апреля и,соответственно, срок привлечения за данное нарушение истекает 30 октября; в данном случае для истца по настоящему делу - с момента сдачи сведений - до «дата».

Предусмотренная приказом МВД возможность внесения изменений в представленные сотрудником сведения о доходах не продлевает срока представления таких сведений.

При указанных обстоятельствах у суда не имелось законных оснований для признания приказа начальника УМВД России по Санкт-Петербургу и Ленинградской области №  от «дата» об увольнении Б. незаконным и восстановлении на службе, взыскании денежного довольствия за время вынужденного прогула.

Доводы апелляционной жалобы выводы суда не опровергают, ранее заявлялись истцом и были предметом исследования и проверки судом первой инстанции, в связи с чем, не являются основанием для отмены решения суда.

При разрешении спора нарушений норм процессуального права не допущено, нормы материального права применены правильно.

С учетом изложенного, судебная коллегия полагает, что решение суда отвечает требованиям закона, оснований для его отмены по доводам апелляционной жалобы не имеется.

На основании изложенного, руководствуясь статьями 326, 328 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия

 О П Р Е Д Е Л И Л А:

Принять отказ прокурора от апелляционного представления.

Апелляционное производство по апелляционному представлению прокурора Центрального района Санкт-Петербурга на решение Смольнинского районного суда Санкт-Петербурга от «дата», прекратить.

Решение Смольнинского районного суда Санкт-Петербурга от «дата» оставить без изменения, апелляционную жалобу Б. - без удовлетворения.

Решение Смольнинского районного суда г.Санкт-Петербурга и Определение Санкт-Петербургского городского суда по требованию о восстановлении на работе гражданина К.

 РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

Смольнинский районный суд г.Санкт-Петербурга в составе: председательствующего судьи Матусяк Т.П., с участием прокурора Бурмистровой М.А., при секретаре Самойловой Д.Д.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску К. к Главному Управлению МВД Российской Федерации по г.Санкт-Петербургу и Ленинградской области, Управлению ГИБДД ГУ МВД Российской Федерации по г.Санкт-Петербургу и Ленинградской области о восстановлении на службе в полиции

 УСТАНОВИЛ:

Истец К. обратился в суд с иском к Главному Управлению МВД Российской Федерации по г.Санкт-Петербургу и Ленинградской области, Управлению ГИБДД ГУ МВД Российской Федерации по г.Санкт-Петербургу и Ленинградской области о признании приказа незаконным, восстановлении на службе в полиции, взыскании утраченного денежного содержания, компенсации за неиспользованный отпуск, взыскании компенсации морального вреда в сумме (…) рублей.

Исковые требования обоснованы тем, что (…) 2002 года истец принят на службу. С августа 2011 года по день увольнения К. проходил службу в должности инспектора дорожно-патрульной службы отдельного батальона ДПС № (…) ГИБДД ГУ МВД России.

За время службы в органах внутренних дел истец дисциплинарных взысканий не имел, характеризовался как исполнительный и дисциплинированный сотрудник. (дата) 2012 года истцу было предложено пройти химико-токсикологическое исследование в рамках мероприятий по профилактике употребления наркотических средств личным составом органов внутренних дел. В тот же день К. прибыл в указанную начальством лабораторию и сдал требуемые биологические материалы для анализа. После прохождения процедуры исследования у истца без объяснения причин были изъяты служебное удостоверение и нагрудный знак. Никаких заключений или иных документов о результатах исследования истцу не предъявлялось. Служебная проверка не проводилась.

(дата) 2013 года истец был ознакомлен с выпиской из приказа № (…) об увольнении по п. 9 части 3 ст. 82 ФЗ «О службе в органах внутренних дел Российской Федерации и внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации» (в связи с совершением проступка, порочащего честь сотрудника ОВД).

Истец считает приказ № (….) незаконным, а себя подлежащим восстановлению на службе по следующим причинам. По мнению истца, факт нарушения служебной дисциплины в действительности не имел места.

В этот же день истец обратился в Санкт-Петербургское государственное бюджетное учреждение здравоохранения «Межрайонный наркологический диспансер № (…)» для прохождения химико-токсикологического исследования.

Согласно справке о результатах химико-токсикологического исследования и протокола медицинского освидетельствования для установления факта употребления алкоголя и состояния опьянения от (…дата) признаков употребления наркотических средств и психотропных веществ не выявлено.

При таких обстоятельствах, увольнение истца, по его мнению, безосновательно и незаконно, в связи с чем, он подлежит восстановлению на службе с (…дата).

Истец считает, что ему не была выплачена компенсация за неиспользованный отпуск в сумме (…) рублей.

Истец также считает, что ему был причинен моральный вред, компенсацию которого он оценивает в (…) рублей.

Истец К. просит признать приказ № …. (дата) года, изданный ответчиком, незаконным; восстановить истца на службе в должности инспектора дорожно-патрульной службы отдельного батальона ДПС № 2 ГИБДД ГУ МВД России с (…дата) года; взыскать с УГИБДД в пользу истца (…) рублей в качестве компенсации среднего заработка за все время вынужденного прогула; а также компенсацию за неиспользованный отпуск в сумме (…) рублей, взыскать с ГУ МВД России компенсацию морального вреда в сумме (…) рублей.

Истец К. в судебное заседание явился, исковые требования поддерживает, суду сообщил, что 14.12.2012 года их собрали в зале и сообщили, что необходимо всем сдать анализы, в связи с проводимой проверкой. В биологических материалах, сданных на проверку, у него и еще у трех сотрудников были обнаружены наркотические вещества, в связи с чем, их повезли в лабораторию на ул. Шкапина, где они также сдавали анализы, и наличие наркотических веществ подтвердилось только у него. В тот же день вечером он поехал в диспансер рядом с домом, где также сдал анализы. Врача, которой он сдавал биологический материал, он знает несколько лет, так как ранее доставлял к ней водителей. Данная проверка показала, что наркотики он не употреблял. Считает, что его уволили незаконно. Сначала он написал рапорт на увольнение по собственному желанию, так как на него давили, но потом он этот рапорт отозвал.

Представитель истца К. по доверенности Д. в судебное заседание явился, иск поддерживает, считает, что истец уволен при отсутствии основания увольнения и с нарушением установленной законом процедуры. Кроме того, справка химико-токсикологического исследования от (… дата) года не соответствует правовым актам, регламентирующим процедуру токсикологического исследования, и не может служить доказательством по делу. Указанная справка подтверждает, что при проведении исследования использовался лишь предварительный метод исследования и не проводились подтверждающие исследования. Служебная проверка в отношении данных фактов проведена с нарушением установленного законом порядка.

Представитель ответчика Главного Управления МВД России по г. Санкт-Петербургу и Ленинградской области по доверенности Ч. в судебное заседание явилась, исковые требования не признает, считает, что увольнение произведено в соответствии с законом, процедура увольнения не нарушена. Основания увольнения изложены в приказе. Поддерживает возражения, изложенные в письменном виде и приобщенные к материалам дела, в которых указано следующее. С 2011 К. проходил службу в органах внутренних цел в должности инспектора дорожно-патрульной службы отдельного батальона ДПС № 2 ГИБДД ГУ МВД России. (… дата), в соответствии с указанием заместителя начальника полиции ГУ МВД России - начальника УГИБДД Б., были проведены мероприятия по профилактике и проверке употребления наркотических средств личным составом 2 взвода отдельного батальона № 2 ДПС ГИБДД ГУ МВД России. Предварительная проверка проводилась в помещении по месту дислокации специализированного полка ДПС ГИБДД, по адресу: (…). При проведении проверки был выявлен факт употребления наркотических средств инспектором ДПС ОБ №2 ДПС ГИБДД лейтенантом полиции К. В связи с чем, К. было предложено добровольно пройти тестирование в клинической лаборатории, на что было получено согласие К. В период с 12.00 до 14.00 (дата) К., в сопровождении сотрудников ГИБДД, прибыл в химико-токсикологическую лабораторию по адресу: (…) и добровольно сдал анализы. Согласно справке о результатах химико-токсикологического исследования № (…), выданной вышеуказанной лабораторией, в биологическом объекте К. обнаружен кокаин. От дачи объяснения по данному факту К. отказался. По данному факту (…дата) врио начальника ГУ МВД России было назначено проведение служебной проверки, по результатам которой (…дата) тем же должностным лицом было утверждено, заключение, согласно которого принято решение о целесообразности увольнения К. со службы в органах внутренних дел. С казанным заключением К. был ознакомлен (…дата). В этот же день истец был ознакомлен с представлением к увольнению со службы в органах внутренних дел по пункту 9 части 3 ст. 82 Федерального закона от 30.11.2011 №342-ФЗ «О службе в органах внутренних дел РФ и несении изменений в отдельные законодательные акты РФ» (далее - Закон о службе).

Статьей 2 Федерального закона от 07.02.2011 № 3-ФЗ «О полиции» определено, что одним из основных направлений деятельности полиции является предупреждение и пресечение преступлений и административных правонарушений. Пунктом 2 части 1 ст. 13 Федерального закона от 30.11.2011 №342-ФЗ «О службе в органах внутренних дел РФ и внесении изменений в отдельные законодательные акты РФ», предусмотрено, что при осуществлении служебной деятельности, а также во внеслужебное время сотрудник органов внутренних дел должен заботится о сохранении своих чести и достоинства, не совершать поступки, наносящие ущерб его репутации, авторитету федерального органа исполнительной власти в сфере внутренних дел. В соответствии с Перечнем наркотических средств, психотропных веществ и их прекурсоров, подлежащих контролю в Российской Федерации, утвержденным Постановлением Правительства Российской Федерации от 0.06.1998 №681, кокаин является наркотическим средством, оборот которого в Российской Федерации ограничен и в отношении которого установлены меры контроля в соответствии с законодательством Российской Федерации и международными договорами Российской Федерации. Согласно ст.4 Федерального закона от 08.01.1998 №3-ФЗ «О наркотических средствах и психотропных веществах» государственная политика в сфере оборота наркотических средств, психотропных веществ и их прекурсоров, а также в области противодействия их незаконному обороту направлена на установление строгого контроля за оборотом наркотических средств и т.д. При этом частью 1 ст. 41 данного Федерального закона определено, что противодействие незаконному обороту наркотических средств осуществляет в том числе федеральный орган исполнительной власти в области внутренних дел. Однако в нарушение вышеуказанных норм, К. потребил наркотическое средство без назначения врача, чем совершил административное правонарушение, предусмотренное ч.1 ст.6.9. Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях. Таким образом, К., будучи сотрудником полиции, совершил проступок, порочащий честь сотрудника органов внутренних дел, выразившейся в недостойном, противоправном поведении. В связи с чем, приказом ГУ МВД России от (…дата) № (…) К. был уволен из органов внутренних дел по п.9 ч.3 ст.82 Закона о службе (в связи с совершением проступка, порочащего честь сотрудника органов внутренних дел). В обоснование своих требований истец указывает, что увольнение является незаконным, так как при дополнительном исследовании К., согласно справке о результатах химико-токсикологического исследования и протокола медицинского освидетельствования для установления факта употребления алкоголя и состояния опьянения от (…дата), признаков употребления наркотических средств и психотропных веществ не выявлено. Однако и экспресс-анализ, проведенный в помещении по месту дислокации специализированного полка ДПС ГИБДД и исследования, проведенные в клинической лаборатории, указали на потребление К. наркотического вещества (кокаина). При этом данные исследования проводились в присутствии соответствующих должностных лиц, что позволяло работодателю судить о принадлежности К. взятых проб биоматериала и об объективности результатов проведенного исследования. Тогда как представленные в суд истцом медицинские документы указанным требованиям не соответствуют. Кроме того, пунктом 27 Постановления Пленума Верховного суда РФ от 17.03.2004 №2 «О применении судами Российской Федерации Трудового Кодекса РФ» определено, что при реализации гарантий, предоставляемых работникам, должен соблюдаться общеправовой принцип недопустимости злоупотребления правом, в том числе и со стороны работников, поскольку работодатель не должен отвечать за неблагоприятные последствий, наступившие вследствие недобросовестных действий со стороны работника. Однако до увольнения со службы в органах внутренних дел, в том числе при ознакомлении со всеми документами об увольнении, в связи с совершением проступка, порочащего честь сотрудника органов внутренних дел, К. не представлялись иные результаты химико-токсикологического исследования от (…дата), позволяющие работодателю дать иную оценку действиям К. Следовательно, данное бездействие истца, необходимо расценивать как недобросовестные действия, преднамеренно направленные на создание доказательственной базы обоснованности предъявления в дальнейшем иска о восстановлении на службе. Относительно требований К. о взыскании компенсации за неиспользованный отпуск в году увольнения, необходимо отметить, что в соответствии с приказом УГИБДД ГУ МВД России от (…дата) К. был предоставлен основной и дополнительный отпуск за 2012 год на основании поданного им рапорта. В связи с чем, оснований для взыскания компенсации за неиспользованный отпуск, не имеется.

Представитель ответчика УГИБДД ГУ МВД России в судебное заседание не явился о времени и месте рассмотрения дела извещен надлежащим образом, ранее в судебном заседании (…дата) представитель указанного ответчика по доверенности Д. исковые требования не признал, поддержал позицию представителя Главного Управления.

Прокурор Б. полагает, что требования истца не подлежат удовлетворению, так как при его увольнении не была нарушена процедура увольнения. Основанием для увольнения истца послужило совершение им поступка, порочащего честь сотрудника полиции.

Исследовав и оценив представленные суду доказательства, выслушав стороны, прокурора, суд полагает требования истца не подлежащими удовлетворению по следующим основаниям.

(…дата) начальником Главного Управления МВД Российской Федерации по г. Санкт-Петербургу и Ленинградской области издан приказ № (…).

В данном приказе указано, что в соответствии с Федеральным законом РФ «О службе в органах внутренних дел РФ и внесении изменений в отдельные законодательные акты РФ» лейтенант полиции К., бывший инспектор дорожно-патрульной службы отдельного батальона ДПС №2 ГИБДД ГУ МВД России, находящийся в распоряжении УГИБДД ГУ МВД России, уволен по п.9 ч.3 ст.82 (в связи с совершением проступка, порочащего честь сотрудника ОВД) (…дата).

Основанием для увольнения К., согласно приказа от той же даты Врио начальника, послужило недостойное противоправное поведение К.

В данном приказе указано, что (…дата), в соответствии с указанием заместителя начальника полиции ГУ МВД России - начальника УГИБДД Б., были проведены мероприятия по профилактике и проверке употребления наркотических средств личным составом 2 взвода отдельного батальона №2 ДПС ГИБДД ГУ МВД России. При проведении проверки был выявлен факт употребления наркотических средств инспектором ДПС ОБ №2 ДПС ГИБДД лейтенантом полиции К.

Согласно справки о результатах химико-токсикологического исследования №(…), выданной областным бюро судебно-медицинской экспертизы, в моче К. обнаружен кокаин.

Таким образом, в ходе проверки установлено, что лейтенант полиции К., являясь сотрудником полиции, совершил проступок, порочащий честь сотрудника органов внутренних дел, выразившийся в употреблении наркотических средств.

Суд полагает, что работодателем сделан обоснованный вывод о том, что К. употреблял наркотические вещества, в связи с чем, подлежал увольнению за совершение поступка, порочащего честь сотрудника органов внутренних дел. При этом суд полагает, что употребление наркотических средств, безусловно, является поступком, недопустимым для сотрудника указанных органов.

В соответствии с п.9 ч.3 ст.82 ФЗ «О службе в органах внутренних дел Российской Федерации и внесении изменений в отдельные законодательные акты РФ», контракт подлежит расторжению, а сотрудник органов внутренних дел увольнению со службы в органах внутренних дел в связи с совершением проступка, порочащего честь сотрудника органов внутренних дел.

Как указал в определении от 19.06.2012 года №1174-0 Конституционный Суд РФ, как неоднократно указывал Конституционный Суд Российской Федерации, служба в органах внутренних дел является особым видом государственной службы, направлена на реализацию публичных интересов, что предопределяет наличие у сотрудников, проходящих службу в этих органах, специального правового статуса, обусловленного выполнением конституционно значимых функций по обеспечению правопорядка и общественной безопасности. Законодатель, определяя правовой статус сотрудников, проходящих службу в органах внутренних дел, вправе устанавливать для этой категории граждан особые требования, в том числе к их личным и деловым качествам, и особые обязанности, обусловленные задачами, принципами организации и функционирования органов внутренних дел, а также специфическим характером деятельности указанных лиц (Постановление от 6 июня 1995 года N7-П, определения от 21 декабря 2004 года №460 и от 16 апреля 2009 года №566-0-0). Поступая на службу в органы внутренних дел, гражданин добровольно возлагает на себя обязанность соответствовать указанным требованиям и добросовестно исполнять свои обязанности.

Таким образом, возможность увольнения сотрудников органов внутренних дел (в том числе до 1 марта 2011 года - милиции, после 1 марта 2011 года - полиции) за совершение проступка, порочащего честь сотрудника органов внутренних дел, т.е. за несоблюдение добровольно принятых на себя обязательств, предусмотренных законодательством, обусловлена особым правовым статусом указанных лиц.

Согласно части 1 статьи 8 Приказа МВД РФ от 24 декабря 2008 года N1138 "Об утверждении Кодекса профессиональной этики сотрудника органов внутренних дел Российской Федерации" поведение сотрудника всегда и при любых обстоятельствах должно быть безупречным, соответствовать высоким стандартам профессионализма и нравственно-этическим принципам стража правопорядка. Ничто не должно порочить деловую репутацию и авторитет сотрудника. Нормы профессиональной этики предписывают сотруднику постоянно контролировать свое поведение, чувства и эмоции, не позволяя личным симпатиям или антипатиям, неприязни, недоброму настроению или дружеским чувствам влиять на служебные решения, уметь предвидеть последствия своих поступков и действий (пункт 2 части 2 указанного приказа).

Доводы истца и его представителя сводятся к тому, что ответчиком не доказано, что истец употреблял наркотические вещества, в то время, как представленная истцом справка опровергает данное утверждение ответчика.

Истец К., оспаривая обстоятельства, изложенные в приказе об увольнении истца, не оспаривает, что предварительная проверка проводилась в помещении по месту дислокации специализированного полка ДПС ГИБДД, по адресу: (….).

Указанные обстоятельства подтверждаются объяснениями истца, объяснениями представителя ответчика и показаниями допрошенных судом свидетелей.

Так, допрошенный судом свидетель Г. являющийся командиром батальона, сообщил суду, что ему было дано указание собрать весь взвод, выходивший после отдыха на службу, в актовом зале, где им было разъяснено, что проводится проверка на предмет употребления наркотических веществ. Такие проверки проводятся периодически, для чего Управлением были закуплены специальные тесты. Все сотрудники проходили в помещение туалета, наполняли выдаваемые им банки, которые были пронумерованы, в соответствии с порядковым номером сотрудника в списке. После этого в банки помещали тест-полоски и через необходимое время фиксировали результат. У четырех сотрудников тесты были положительными, и среди них был К. При этом в отношении К. результат не был для свидетеля неожиданным, поскольку аналогичный результат был год или полтора назад при проведении такое же проверки. Всех указанных сотрудников повезли в экспертное учреждение, где результат подтвердился только у К., в связи с чем, он и был уволен.

Допрошенный судом свидетель Х., являющийся сотрудником того же батальона, психологом, пояснил суду, что в указанный день он также как и остальные сотрудники участвовал в проверке. И его результат был положительным. Считает, что подмена результатов тестов была невозможна. Он также ездил в экспертное учреждение, где каждому выдавали подписанную банку и производили исследование, по результатам которого у свидетеля результат был отрицательным, а у К. положительным.

Свидетель А., являющаяся старшим психологом УГИБДД, сообщила суду, что она непосредственно проводила исследование в батальоне, и она сопровождала сотрудников в экспертное учреждение. В здании на (адрес), сотрудники заходили в помещение, их вносили в список под очередным номером, давали им пронумерованную тем же номером банку, они ее наполняли, в нее при них погружалась тест-полоска, которую доставали, клали на банку и ждали результат. Подмена биологического материала, таким образом, исключалась. У трех сотрудников кроме К. результат был смазанным, а у К. четко указывал на употребление им кокаина. После проведения предварительного исследования, было принято решение везти указанных сотрудников в экспертное учреждение, и было указано, что их повезут на (…адрес). Сотрудники обрадовались и тут же схватились за телефоны. К. также начал с кем-то переписываться. Учреждение на (…адрес) имеет определенную славу, имеется информация, что в нем за деньги можно решить вопрос с подменой образцов. Поэтому по дороге было изменено решение об экспертном учреждении и сотрудников повезли на ул.(…). Узнав об этом, К. стал предлагать ей договориться, спрашивал, отдыхала ли она в Таиланде и есть ли у нее водный скутер. Говорил, что приобретет путевку для ее семьи, передаст ей скутер. В экспертном учреждении на ул. (…) результат теста подтвердился только у К.

Свидетель О., являющийся начальником отдела кадров УГИБДД, сообщил суду, что проверки производились на основании распоряжения руководства. О результатах ему доложили, и он предложил К. уволиться по собственному желанию или пройти независимую экспертизу. К. написал рапорт на увольнение, но потом отозвал его. К. действительно представлял ему до увольнения договор на оплату экспертного исследования, однако результат его он не представил. При этом свидетель также интересовался результатами, позвонил руководителю данного медицинского учреждения, который сообщил ему, что в отношении врача С. возбуждено уголовное дела по факту подмены результатов.

Справкой Областного бюро судебно-медицинской экспертизы от (…дата) года подтверждается, что в моче К. обнаружен кокаин.

Суд полагает, что совокупность указанных доказательств, а именно то, что в биоматериалах К. при проведении исследований, как в помещениях батальона, так и в экспертном учреждении обнаружен кокаин, а также показания допрошенных судом свидетелей, подтвердивших, что, вопреки утверждениям истца, подмена результатов и биоматериалов исключалась, подтверждают то, что К. употреблял кокаин.

Также суд полагает, что свидетель А. сообщила суду сведения, подтверждающие совершение К. указанных действий, так из ее показаний следует, что К. обещал свидетелю материальное вознаграждение за сокрытие результатов исследований. Таким образом, суд пришел к выводу о том, что К. заведомо знал, что в экспертном учреждении будет выявлено то, что он употреблял наркотические вещества.

Значимыми суд полагает и показания свидетеля Г. о том, что анализы К. не в первый раз выявляют употребление им наркотических средств.

Доводы стороны истца о ненадлежащем оформлении справки экспертным учреждением, о неполноценности проведенного исследования, по мнению суда, не опровергают позицию ответчиков и выводы суда, поскольку употребление истцом наркотических веществ, по мнению суда, подтверждается совокупностью указанных доказательств.

Именно учитывая указанную совокупность доказательств, суд полагает представленную истцом справку СПб ГБУЗ (дата) года недостоверным доказательством, противоречащим всем иным собранным по делу доказательствам. Кроме того, указанная справка содержит утверждение том, что «указанные в направлении как цель исследования вещества (средства) не обнаружены на уровне предела обнаружения используемого метода». Однако из представленных истцом доказательств не усматривается, какие именно вещества были указаны в направлении, как цель исследования, водилось ли исследование в целях обнаружения кокаина. Вместе с тем, полагает обоснованными доводы представителя ответчика о том, что у и участников процесса отсутствует возможность убедиться в том, что на исследование предоставлены именно биологические материалы К. в то время как при проведении исследования в помещениях батальона и экспертного учреждения подмена биологических материалов была невозможна.

Указанное давало начальнику Главного Управления права оценить действия К. на предмет их соответствия Кодексу профессиональной этики сотрудника органов внутренних дел Российской Федерации и положениям ФЗ «О полиции», и прийти к выводу о том, что действия истца порочат честь сотрудника органов внутренних дел, были недостойны и противоправны. Противоправность же при этом не обязательно должна носить характер нарушения норм Уголовного кодекса РФ.

Согласно ч.1 ст.13 ФЗ «О службе в органах внутренних дел РФ и внесении изменений в отдельные законодательные акты РФ», при осуществлении служебной деятельности, а также во внеслужебное время сотрудник органов внутренних дел должен заботиться о сохранении своих чести и достоинства, не допускать принятия решений из соображений личной заинтересованности, не совершать при выполнении служебных обязанностей поступки, вызывающие сомнение в объективности, справедливости и беспристрастности сотрудника, наносящие ущерб его репутации, авторитету федерального органа исполнительной власти в сфере внутренних дел, а также государственной власти.

Не обоснованными являются доводы представителя истца и о нарушении процедуры увольнения, нарушениях допущенных в ходе проведения служебной проверки.

Увольнение сотрудника по основанию, предусмотренному п.9 части 3 ст.82 ФЗ "О службе в органах внутренних дел Российской Федерации и внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации" не является мерой ответственности, а представляет собой самостоятельное основание увольнения, не зависящее от воли сторон. При этом процедура увольнения действующим законодательством не регламентирована, а соответственно проведение служебной проверки при увольнении истца по указанному основанию не являлось обязательным. Указанные обстоятельства препятствуют оценке судом соразмерности увольнения допущенному проступку, поскольку увольнение по указанному основанию не является мерой дисциплинарной ответственности, в связи с чем, действующим законодательством какие-либо альтернативные виды наказания не предусмотрены.

Учитывая то, что требование о восстановлении на службе в полиции не подлежит удовлетворению, не подлежат удовлетворению и производные требования о взыскании денежного содержания, компенсации морального вреда.

Не основаны на законе и требования истца о выплате ему компенсации за неиспользованный отпуск.

В соответствии со ст.127 ТК РФ, при увольнении работнику выплачивается денежная компенсация за все неиспользованные отпуска.

Однако, в соответствии с приказом УГИБДД ГУ МВД России, К. был предоставлен основной и дополнительный отпуск за 2012 год на основании поданного им рапорта, соответственно оснований для выплаты ему компенсации за неиспользованный отпуск не имеется.

Суд не усматривает правовых оснований для удовлетворения заявленных требований.

Учитывая вышеизложенное и, руководствуясь ст. 167, 194-198 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

В удовлетворении иска К. к Главному Управлению МВД Российской Федерации по г. Санкт-Петербургу и Ленинградской области, Управлению ГИБДД ГУ МВД Российской Федерации по г. Санкт-Петербургу и Ленинградской области о восстановлении на службе в полиции, взыскании денежного содержания, компенсации за неиспользованный отпуск, компенсации морального вреда отказать.

Решение может быть обжаловано в Санкт-Петербургский городской суда течение месяца со дня принятия решения в окончательной форме.

 АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

Судебная коллегия по гражданским делам Санкт-Петербургского городского суда в составе

председательствующего                                      Мирошниковой Е.Н.

судей                                                                      Нюхтилиной А.В., Рогачева И.А.

при секретаре                                                        Соболевой Н.А.

с участием прокурора                                           Мазиной О.Н.

рассмотрела в открытом судебном заседании 30 июля 2013 года гражданское дело №(…) по апелляционной жалобе К. на решение Смольнинского районного суда Санкт-Петербурга от 2013 по исковому заявлению К. к Главному управлению МВД Российской Федерации по Санкт-Петербургу и Ленинградской области, Управлению ГИБДД ГУ МВД Российской Федерации по Санкт-Петербургу и Ленинградской области о восстановлении на службе в полиции,

Заслушав доклад судьи Мирошниковой Е.Н., выслушав доводы истца К. и его представителя Д., поддержавших апелляционную жалобу, доводы представителя ответчика ГУ МВД Российской Федерации по Санкт-Петербургу и Ленинградской области С. возражавшей против удовлетворения апелляционной жалобы, заключение прокурора Санкт-Петербургской городской прокуратуры Мазиной О.Н., судебная коллегия по гражданским делам Санкт-Петербургского городского суда

 УСТАНОВИЛА:

К. обратился в Смольнинский районный суд Санкт-Петербурга с исковым заявлением к ГУ МВД РФ по СПб и ЛО, УГИБДД ГУ МВД РФ по СПб и ЛО о признании приказа незаконным, восстановлении на службе в полиции, взыскании утраченного денежного содержания, компенсации за неиспользованный отпуск, взыскании компенсации морального вреда. В обоснование требований указывал, что (...) 2012 года ему было предложено пройти химико-токсикологическое исследование в рамках мероприятий по профилактике употребления наркотических средств личным составом органов внутренних дел. После прохождения процедуры исследования у него без объяснений причин были изъяты служебное удостоверение и нагрудный знак. Никаких заключений или иных документов о результатах исследования ему не предъявлялось, служебная проверка не проводилась. 09.01.2013 года он был ознакомлен с выпиской из приказа № (…) об увольнении по п.9 ч.3 ст.82 ФЗ «О службе в органах внутренних дел Российской Федерации и внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации». В этот же день он обратился в другое учреждение здравоохранения для исследования биологического материала, и по результатам которого выяснилось отсутствие факта употребления им наркотических и психотропных средств. Считает приказ о увольнении в связи с нарушением проступка, порочащего честь сотрудника ОВД незаконным, поскольку факт нарушения служебной дисциплины в действительности не имел места.

Решением Смольнинского районного суда Санкт-Петербурга от 2013 года в удовлетворении исковых требований К. отказано.

В апелляционной жалобе К. просит решение отменить, вынести по делу новое решение об удовлетворении исковых требований в полном объеме. В качестве доводов апелляционной жалобы указывает, что суд вынес решение с грубыми нарушениями норм материального права, не применил закон подлежащий применению, неверно определил обстоятельства, имеющие значение для дела, при недоказанности обстоятельств, имеющих значение для дела.

Представитель ответчика УГИБДД ГУ МВД РФ по СПб и ЛО в заседание судебной коллегии не явился, о времени и месте судебного заседания извещен надлежащим образом, и судебная коллегия с учетом мнения участников судебного заседания полагает возможным рассматривать дело в его отсутствие.

Изучив материалы дела, обсудив доводы апелляционной жалобы, выслушав объяснения участников судебного заседания, заключение прокурора Санкт-Петербургской городской прокуратуры, судебная коллегия приходит  к следующему.

Судом установлено, что с августа 2011 года К. проходил службу в органах внутренних дел в должности инспектора дорожно-патрульной службы отдельного батальона ДПС №2 ГИБДД ГУ МВД России.

Из объяснений представителя ГУ МВД России по Санкт-Петербургу и Ленинградской области следует, что (…) декабря 2012 года, в соответствии с указанием заместителя начальника полиции ГУ МВД России - начальника УГИБДД, были проведены мероприятия по профилактике и проверке употребления наркотических средств личным составом 2 взвода отдельного батальона № 2 ДПС ГИБДД ГУ МВД России.

Предварительная проверка проводилась в помещении по месту дислокации специализированного полка ДПС ГИБДД.

При проведении проверки был выявлен факт употребления наркотических средств инспектором ДПС ОБ №2 ДПС ГИБДД лейтенантом полиции К. В связи с чем, К. было предложено  добровольно пройти тестирование в клинической лаборатории, на что было получено согласие К. В период с 12 часов 00 минут до 14 часов 00 минут 2012 года К. в сопровождении сотрудников ГИБДД, прибыл в химико-токсикологическую лабораторию по адресу: (…) и добровольно сдал анализы.

Согласно справке о результатах химико-токсикологического исследования № (…) 2012 года, выданной вышеуказанной лабораторией, в биологическом объекте К. обнаружен кокаин. От дачи объяснения по данному факту К. отказался. По данному факту  2012 года врио начальника ГУ МВД России было назначено проведение служебной проверки, по результатам которой (…дата) 2012 года тем же должностным лицом было утверждено, заключение, согласно которого принято решение о целесообразности увольнения К. со службы в органах внутренних дел. С вышеуказанным заключением К. был ознакомлен (…дата) 2012 года. В этот же день истец был ознакомлен с представлением к увольнению со службы в органах внутренних дел по пункту 9 части 3 ст. 82 Федерального закона от 30 ноября 2011 года № 342-ФЗ «О службе в органах внутренних дел РФ и несении изменений в отдельные законодательные акты РФ» (далее - Закон о службе).

Указанные обстоятельства подтверждаются представленными по делу доказательствами, показаниями свидетелей.

Истец К. при рассмотрении дела сообщил суду, что (…дата) 2012 года их собрали в зале и сообщили, что необходимо всем сдать анализы, в связи с проводимой проверкой. В биологических материалах, сданных на проверку, у него и еще у трех сотрудников были обнаружены наркотические вещества, в связи с чем, их повезли в лабораторию на ул. Ш., где они также сдавали анализы, и наличие наркотических веществ подтвердилось только у него. В тот же день вечером он поехал в диспансер рядом с домом, где также сдал анализы. Врача С., которой он сдавал биологический материал, он знает несколько лет, так как ранее доставлял к ней водителей. Данная проверка показала, что наркотики он не употреблял. Считает, что его уволили незаконно. Сначала он написал рапорт на увольнение по собственному желанию, так как на него давили, но потом он этот рапорт отозвал. Полагает, что был уволен при отсутствии основания увольнения и с нарушением установленной законом процедуры. Справка же химико-токсикологического исследования от (…дата) 2012 года не соответствует правовым актам, регламентирующим процедуру токсикологического исследования, и не может служить доказательством по делу. Указанная справка подтверждает, что при проведении исследования использовался лишь предварительный метод исследования и не проводились подтверждающие исследования. Служебная проверка в отношении данных фактов проведена с нарушением установленного законом порядка.

Разрешая спор по существу и приходя  к выводу об отклонении заявленных требований суд первой инстанции исходил из следующего.

(…дата) 2012 года начальником Главного Управления МВД Российской Федерации по г. Санкт-Петербургу и Ленинградской области издан приказ № (…).

Из данного приказа следует, что в соответствии с Федеральным законом РФ «О службе в органах внутренних дел РФ и внесении изменений в отдельные законодательные акты РФ» лейтенант полиции К., бывший инспектор дорожно-патрульной службы отдельного батальона ДПС №2 ГИБДД ГУ МВД России, находящийся в распоряжении УГИБДД ГУ МВД России, уволен по п.9 ч.3 ст.82 (в связи с совершением проступка, порочащего честь сотрудника ОВД) (…) 2012 года.

Основанием для увольнения К., согласно приказа от той же даты Врио начальника послужило недостойное противоправное поведение К. В данном приказе указано что (…дата) 2012 года, в соответствии с указанием заместителя начальника полиции ГУ МВД России - начальника УГИБДД, проведены мероприятия по профилактике и проверке употребления наркотических средств личным составом 2 взвода отдельного батальона № 2 ДПС ГИБДД ГУ МВД России. При проведении проверки был выявлен факт употребления наркотических средств инспектором ДПС ОБ №2 ДПС ГИБДД лейтенантом полиции К. Согласно справки о результатах химико-токсикологического исследования №(…) от (…дата) 2012 года, выданной областным бюро судебно-медицинской экспертизы, в моче К. обнаружен кокаин.

Таким образом, в ходе проверки установлено, что лейтенант полиции К. являясь сотрудником полиции, совершил проступок, порочащий честь сотрудника органов внутренних дел, выразившийся в употреблении наркотических средств. При таких обстоятельствах суд первой инстанции пришел к выводу, что работодателем сделан обоснованный вывод о том, что К. употреблял наркотические вещества, в связи с чем, подлежал увольнению за совершение поступка, порочащего честь сотрудника органов внутренних дел. Данный вывод судебная коллегия находит обоснованным. В соответствии с п.9 ч.3 ст.82 ФЗ «О службе в органах внутренних дел Российской Федерации и внесении изменений в отдельные законодательные акты РФ", контракт подлежит расторжению, а сотрудник органов внутренних увольнению со службы в органах внутренних дел: в связи с совершением проступка порочащего честь сотрудника органов внутренних дел.

Как указал в определении от 19.06.2012 года №1174-0 Конституционный Суд РФ служба в органах внутренних дел является особым видом государственной службы, направлена на реализацию публичных интересов, что предопределяет наличие у сотрудников, проходящих службу в этих органах, специального правового статуса, обусловленного выполнением конституционно значимых функций по обеспечению правопорядка и общественной безопасности. Законодатель определяя правовой статус сотрудников, проходящих службу в органах внутренних дел, вправе устанавливать для этой категории граждан особые требования, в том числе к их личным и деловым качествам, и особые обязанности, обусловленные задачами, принципами организации и функционирования органов внутренних дел, а также специфическим характером деятельности указанных лиц (Постановление от 6 июня 1995 года №7-П определения от 21 декабря 2004 года N 460-О и от 16 апреля 2009 года № 566-О-О). Поступая на службу в органы внутренних дел, гражданин добровольно возлагает на себя обязанность соответствовать указанным требованиям и добросовестно исполнять свои обязанности. Таким образом, возможность увольнения сотрудников органов внутренних дел за совершение проступка, порочащего честь сотрудника органов внутренних дел, т.е. за несоблюдение добровольно принятых на себя обязательств, предусмотренных законодательством, обусловлена особым правовым статусом указанных лиц.

Согласно же части 1 статьи 8 Приказа МВД РФ от 24 декабря 2008 года №1138 "Об утверждении Кодекса профессиональной этики сотрудника органов внутренних дел Российской Федерации" поведение сотрудника всегда и при любых обстоятельствах должно быть безупречным, соответствовать высоким стандартам профессионализма и нравственно-этическим принципам стража правопорядка. Ничто не должно порочить деловую репутацию и авторитет сотрудника. Нормы профессиональной этики предписывают сотруднику постоянно контролировать свое поведение, чувства и эмоции, не позволяя личным симпатиям или антипатиям, неприязни, недоброму настроению или дружеским чувствам влиять на служебные решения, уметь предвидеть последствия своих поступков и действий (пункт 2 части 2 указанного приказа).

При этом доводы истца и его представителя о том, что ответчиком не доказано, что К. употреблял наркотические вещества, в то время, как представленная им справка опровергает утверждения ответчика, судом первой инстанции отклонены правомерно.

Так, истец оспаривая обстоятельства, изложенные в приказе о его увольнении, не оспаривает, что предварительная проверка проводилась в помещении по месту дислокации специализированного полка ДПС ГИБДД, по адресу: ул. (…), а затем в химико-токсикологической лаборатории по адресу: СПб, ул. (…).

Указанные обстоятельства также подтверждаются объяснениями представителя ответчика и показаниями допрошенных судом свидетелей Г. (командир батальона), Х. (сотрудник батальона), А. (старший психолог УГИБДД), подтвердивших доводы представителя ответчика.

При этом из показаний свидетеля О. (начальник отдела кадров УГИБДД) также следует, что ему доложили о результатах проверки, проводимой на основании распоряжения руководства. Он предложил К. уволиться по собственному желанию или пройти независимую экспертизу. К. написал рапорт на увольнение, но потом отозвал его. Также показал, что К. действительно представлял ему до увольнения договор на оплату экспертного исследования, однако результат его он не представил.

Результаты указанных исследований свидетельствуют об употреблении истцом наркотических веществ - кокаина. Согласно справке Областного бюро судебно-медицинской экспертизы от (….) 2012 года в моче К. обнаружен кокаин.

В соответствии с положениями ч.1-4 ст.67 ГПК РФ суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств. Никакие доказательства не имеют для суда заранее установленной силы. Суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность взаимную связь доказательств в их совокупности. Результаты оценки доказательств суд обязан отразить в решении, в котором приводятся мотивы, по которым одни доказательства приняты в качестве средств обоснования выводов суда, другие доказательства отвергнуты судом, а также основания, по которым одним доказательствам отдано предпочтение перед другими.

Суд первой инстанции оценил все представленные сторонами доказательства по правилам указанной статьи ГПК РФ.

Судебная коллегия, учитывая фактические обстоятельства дела, представленные в суд доказательства, а также порядок их получения и пения, приходит к выводу о том, что суд правомерно, вопреки утверждениям истца, пришел к выводу о том. Что подмена результатов и биоматериалов исключена и К. употреблял кокаин.

Доводы истца о ненадлежащем оформлении справки экспертным учреждением, о неполноценности проведенного исследования, суд также правомерно отклонил, поскольку они не опровергают доказательства, представленные ответчиком, оценка которым дана судом в соответствии с правилами ст.67 ГПК РФ.

Учитывая совокупность доказательств, суд счел представленную истцом справку СПб ГБУЗ от (…дата) 2012 года недостоверным доказательством, противоречащим всем иным собранным по делу доказательствам. Указанная справка содержит утверждение о том, что «указанные в направлении как цель исследования вещества (средства) не обнаружены на уровне предела обнаружения используемого метода». Однако из представленных истцом доказательств не усматривается, какие именно вещества были указаны в направлении, как цель исследования, и проводилось ли исследование в целях обнаружения кокаина. Вместе с тем, суд полагает обоснованными доводы представителя ответчика о том, что у суда и участников процесса отсутствует возможность убедиться в том, что на исследование предоставлены именно биологические материалы К. в то время как при проведении исследования в помещениях батальона и экспертного учреждения подмена биологических материалов была невозможна.

Также, из акта от (…дата)2012 года следует, что в указанный день К. в 09 часов 00 минут в кабинете №(…) было предложено после написания рапорта о выходе с амбулаторного лечения проехать вместе с командиром взвода ОБ ДПС №2 ГИБДД капитаном полиции Ю. и психологом ОБ ДПС №2 ст. лейтенантом полиции Х. за результатом исследования мочи на наличие наркотических веществ. К. вышел из кабинета, сообщив, что отправился курить, на телефонный звонок командира взвода капитана полиции Ю. в 9 часов 54 минуты ответил и сообщил. Что уехал из подразделения, так как заболела жена и не с кем оставить ребенка». Указанные обстоятельства истец в суде апелляционной инстанции не оспаривал.

Таким образом протокол №(…) медицинского освидетельствования для установления факта употребления алкоголя и состояния опьянения, полученный истцом самостоятельно уже после проведенного исследования и подтверждающий, по его мнению то обстоятельство, что наркотические вещества им не употреблялись датирован (…дата) 2012 года, представлен К. ответчику в ходе проведения проверки не был, на предложения ответчика поехать за ней (…дата) 2012 года истец фактически ответил отказом, уехав из подразделения. Из представленной же истцом копии данного протокола следует, что испытуемый ознакомился с данными результатами (…дата) 2012 года.

При таких обстоятельствах, представленные истцом доказательства в обоснование своих требований, не могут расцениваться как достоверные, в связи с чем подлежат отклонению.

При этом до увольнения истца со службы в органах внутренних дел, в том  числе и при ознакомлении со всеми документами об увольнении, истцом не представлялись какие-либо результаты химико-токсикологического исследования от (…дата) 2012 года, позволяющие ответчику дать иную оценку действиям К.

При таких обстоятельствах указанное, давало начальнику Главного управления права оценить действия К. на предмет их соответствия Кодексу профессиональной этики сотрудника органов внутренних дел Российской Федерации и положениям ФЗ «О полиции», и прийти к выводу о том, что действия истца порочат честь сотрудника органов внутренних дел, были недостойны и противоправны. Противоправность же при этом не обязательно должна носить характер нарушения норм Уголовного кодекса РФ.

Согласно ч.1 ст.13 ФЗ «О службе в органах внутренних дел РФ и внесении изменений в отдельные законодательные акты РФ», при осуществлении служебной деятельности, а также во внеслужебное время сотрудник органов внутренних дел должен заботиться о сохранении своих чести и достоинства, не допускать принятия решений из соображений личной заинтересованности, не совершать при выполнении служебных обязанностей поступки, вызывающие сомнение в объективности, справедливости и беспристрастности сотрудника, наносящие ущерб его репутации, авторитету федерального органа исполнительной власти в сфере внутренних дел, а также государственной власти.

Возможность увольнения со службы сотрудника полиции, более не отвечающего указанным требованиям, предопределена необходимостью комплектования правоохранительных органов лицами, имеющими высокие морально-нравственные качества и способными надлежащим образом выполнять принятые ими на себя обязательства по защите прав и свобод человека и гражданина, соблюдению положений Конституции Российской Федерации, обеспечению безопасности, законности и правопорядка.

Перед принятием решения об увольнении сотрудника органов внутренних дел (в том числе сотрудника полиции) со службы за совершение поступка, порочащего честь сотрудника органов внутренних дел (полиции), за несоблюдение им добровольно принятых на себя обязательств, усмотренных законодательством, предшествует объективная оценка совершенного им деяния.

Ответчиком перед увольнением истца была проведена соответствующая проверка обстоятельств, послуживших основанием для увольнения, была дана квалификация конкретных действий истца как проступка, порочащего честь сотрудника полиции.

Возможность же увольнения сотрудников органов внутренних дел за совершение проступка, порочащего честь сотрудника органов внутренних дел, то есть за несоблюдение добровольно принятых на себя обязательств, предусмотренных законодательством, обусловлена особым правовым статусом указанных лиц.

Таким образом, судебная коллегия находит постановленное судом решение законным и обоснованным.

Доводы апелляционной жалобы, оспаривающие правомерность произведенного увольнения, не могут служить основанием к отмене постановленного судом решения и удовлетворению требований истца, поскольку сводятся к изложению обстоятельств дела, переоценке обстоятельств и доказательств по делу, оценка которым дана судом правилам ст.67 ГПК РФ, оснований же для переоценки судебная коллегия не усматривает.

Учитывая изложенное, руководствуясь ст.328 ГПК РФ, судебная коллегия

ОПРЕДЕЛИЛА

Решение Смольнинского районного суда Санкт-Петербурга от (…дата) 2013 года оставить без изменения, а апелляционную жалобу К. - без удовлетворения.

Определение Санкт-Петербургского городского суда по требованию о взыскании недополученного денежного довольствия гражданина Д.

 САНКТ-ПЕТЕРБУРГСКИЙ ГОРОДСКОЙ СУД

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

Судья: Смирнова З.С.

Судебная коллегия по гражданским делам Санкт-Петербургского городского суда в составе:

Председательствующего — Вологдиной Т.И.

Судей — Рогачева И.А., Нюхтилиной А.В.

При секретаре — Арешиной Н.М.

рассмотрела в открытом судебном заседании гражданское дело №(…) по апелляционной жалобе Д. на решение Смольнинского районного суда Санкт-Петербурга от 19 марта 2013 года по иску Д. к Главному управлению МВД России по Санкт-Петербургу и Ленинградской области о взыскании денежного довольствия за период с (дата) по (дата), процентов за просрочку выплаты заработной платы.

УСТАНОВИЛА:

С 1993 г. по настоящее время Д. проходит службу в органах внутренних дел РФ. Приказом начальника ГУ МВД России №(…) 2012 г. полковник полиции Д. был зачислен в распоряжение ГУ МВД России по Санкт-Петербургу и Ленинградской области с (дата) в связи с сокращением замещаемой им ранее должности в органах внутренних дел с сохранением ранее установленных надбавок.

Д. в январе 2013 года обратился в Смольнинский районный суд Санкт-Петербурга с иском к Главному управлению МВД России по Санкт-Петербургу и Ленинградской области (далее по тексту - ГУ МВД), в котором после его уточнения просил назначить его на равнозначную должность в ГУ МВД в соответствии со ст.36 Федерального закона РФ №342-ФЗ, взыскать денежное довольствие за период с (дата) по (дата) года в сумме (…) руб. и проценты за просрочку выплаты заработной платы в сумме (…) руб.

В обоснование заявленных требований истец указал, что в течение двухмесячного срока нахождения в распоряжении ответчиком не были приняты меры по трудоустройству или увольнению истца, при этом за период нахождения в распоряжении с (дата) по (дата) года денежное довольствие истцу не выплачивалось. Истец полагал, что ответчик своими действиями создал лишил его возможности трудиться, что дает ему право на получение денежного довольствия в спорном периоде, несмотря на то, что в связи с невыплатой денежного довольствия, на работу он не выходил, служебных обязанностей не исполнял.

(дата) года Приказом №(…) Д. был назначен на должность - зам. начальника отдела анализа ОСД ИАУ штаба ГУ МВД России - начальника отделения информационного обеспечения, в связи с чем, (дата) года истец отказался от требования об обязании ответчика назначить его на равнозначную должность в ГУ МВД, и просил производство по делу в этой части прекратить.

Решением Смольнинского районного суда Санкт- Петербурга от (дата) года Д. отказано в удовлетворении исковых требований.

В части исковых требований Д. о назначении его на равнозначную должность в ГУ МВД РФ в соответствии со ст.36 Федерального закона РФ от 30.11.2011 №342-ФЗ производство по делу прекращено в связи с отказом истца от заявленного иска.

В апелляционной жалобе истец просит отменить вынесенное решение в отказной части исковых требований, как незаконное и необоснованное, постановленное без учета фактических обстоятельств дела.

Судебная коллегия, проверив материалы дела, выслушав объяснения явившихся участников процесса, обсудив доводы апелляционной жалобы, не находит оснований для отмены решения суда, постановленного в соответствии с требованиями закона и представленными в материалы дела доказательствами.

Разрешая спор, с учетом установленных по делу обстоятельств на основании совокупности собранных по делу доказательств, суд, руководствуясь положениями Федерального закона N342-ФЗ от 30.11.2011 года «О службе в органах внутренних дел Российской Федерации и внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации», пришел к обоснованному выводу об отсутствии у ответчика оснований выплаты истцу денежного довольствия за период с (дата) по (дата), поскольку истец в спорный период не исполнял свои трудовые обязанности.

В соответствии с пунктом 16 ст. 36 Федерального закона от 30.11.2011 N342-ФЗ "О службе в органах внутренних дел РФ и внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации" денежное довольствие сотруднику органов внутренних дел в период нахождения в распоряжении федерального органа исполнительной власти в сфере внутренних дел, его территориального органа или подразделения выплачивается в порядке, предусмотренном законодательством Российской Федерации.

Пунктом 11 ст.36 Федерального закона от 30.11.2011 N342-ФЗ "О службе в органах внутренних дел Российской Федерации и внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации" предусмотрены сроки нахождения сотрудника внутренних дел в распоряжении.

В частности в случаях сокращение замещаемой сотрудником должности в органах внутренних дел сотрудник органов внутренних дел может находиться в распоряжении федерального органа исполнительной власти в сфере внутренних дел, его территориального органа или подразделения не более двух месяцев.

При этом сотрудник органов внутренних дел, зачисленный в распоряжение федерального органа исполнительной власти в сфере внутренних дел, его территориального органа или подразделения, до назначения на другую должность в органах внутренних дел либо увольнения со службы в органах внутренних дел выполняет поручения руководителя федерального органа исполнительной власти в сфере внутренних дел или уполномоченного руководителя либо служебные обязанности по ранее замещаемой должности (часть 12).

Частью 13 предусмотрено, что на сотрудника органов внутренних дел, зачисленного в распоряжение федерального органа исполнительной власти в сфере внутренних дел, его территориального органа или подразделения, распространяется режим служебного времени, установленный настоящим Федеральным законом.

Аналогичные нормы содержатся в статье 16.1 Положения о службе в органах внутренних дел Российской Федерации, утвержденного Постановлением Верховного Совета Российской Федерации от 23 декабря 992 года N 4202-1 (далее - Положение), в силу которых сотрудник органов внутренних дел может находиться в распоряжении органов внутренних дел, при нахождении за штатом (в случае ликвидации или реорганизации органа внутренних дел (подразделения), сокращения численности или штата сотрудников органа внутренних дел (подразделения) не более двух месяцев.

В срок нахождения в распоряжении органов внутренних дел не учитываются период освобождения от исполнения служебных обязанностей по болезни и период пребывания в очередном ежегодном и (или) дополнительном отпусках за текущий год.

До назначения на другую должность или прекращения службы в органах внутренних дел зачисленный в распоряжение органов внутренних дел сотрудник выполняет приказы, распоряжения и указания начальника (руководителя, командира) соответствующего органа (подразделения) внутренних дел либо другого уполномоченного руководителя.

На сотрудника, зачисленного в распоряжение органов внутренних дел, распространяется режим рабочего времени, установленный в соответствующем органе (подразделении) внутренних дел.

На период нахождения в распоряжении органов внутренних дел сотруднику сохраняется денежное довольствие в размере оклада по ранее замечаемой должности, оклада по присвоенному специальному званию, процентной надбавки за выслугу лет.

Согласно ч.23 ст.2 Федерального закона от 19.07.2011 N247-ФЗ "О социальных гарантиях сотрудникам органов внутренних дел Российской Федерации и внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации", за сотрудником, находящимся в распоряжении федерального органа исполнительной власти в сфере внутренних дел, иного федерального органа исполнительной власти, в котором проходят службу сотрудники, его территориального органа или организации, входящей в систему указанного федерального органа, до истечения срока, определенного федеральным законом, регулирующим прохождение службы в органах внутренних дел, сохраняется денежное довольствие в размере должностного оклада по последней замещаемой должности и оклада по специальному званию, а также ежемесячная надбавка к окладу денежного содержания за стаж службы (выслугу лет).

Из материалов дела следует, что соответствии с Приказом начальника ГУ МВД России №(…) г. полковник полиции Д. был зачислен в распоряжение ГУ МВД России по Санкт-Петербургу и Ленинградской области с (дата) в связи с сокращением замещаемой им ранее должности в органах внутренних дел с сохранением ранее установленных надбавок.

Денежное довольствие выплачивалось истцу в полном объеме до (дата) года, что сторонами не оспаривалось.

При зачислении истца в распоряжение Управления утверждены Функциональные обязанности полковника полиции Д. из содержания которых следует, что Д. обязан после зачисления в распоряжение выполнять отдельные поручения начальника УЭБ и ПК ГУ МВД России по Санкт-Петербургу и Ленинградской области, либо лица, его замещающего, до назначения его на другую должность в ОВД, либо решения вопроса об увольнении из ОВД. Также истец был обязан ежедневно, в рабочие дни с 09-00 час.до 18-00 час. докладывать о прибытии на службу, получать задания на рабочий день и отчитываться о проделанной им работе, истец был предупрежден о том, что при его отсутствии на службе свыше 4-х часов подряд без уважительных причин соответствующий рабочий день будет считаться прогулом.

Д. был ознакомлен с Функциональными обязанностями, возражений не представлял.

Принимая во внимание, что истец в спорный период времени поручения начальника УЭБ и ПК ГУ МВД России по Санкт-Петербургу и Ленинградской области, либо лица, его замещающего не выполнял, на работу не выходил, суд первой инстанции обоснованно пришел к выводу об отсутствии правовых основания для взыскания с ответчика денежного довольствия за спорный период.

Довод апелляционной жалобы о том, что ответчиком не соблюдены сроки назначения истца на иную должность, так как в распоряжении органов внутренних дел он мог находиться не более двух месяцев, судебная коллегия полагает несостоятельным, поскольку несвоевременность назначения сотрудника органов внутренних дела на иную должность, не может служить основанием для продолжения начисления и выплаты денежного довольствия работнику, не исполняющему трудовые обязанности, возложенные на него статьей 36 ФЗ от 30.11.2011 N342-ФЗ "О службе в органах внутренних дел Российской Федерации и внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации" и статьей 16.1 Положения о службе в органах внутренних дел Российской Федерации.

При этом суд правильно указал, что какие-либо доказательства чинения истцу препятствий в исполнении функциональных обязанностей, с которыми он был ознакомлен (дата) года, не представлены, в то время как возможности более быстрого назначения истца на новую должность препятствовали действия самого истца, который после ознакомления со списком вакантных должностей, длительное время не выражал   желания занять конкретную должность.

Судебная коллегия соглашается с указанным выводом суда, так как из Представленных истцом рапортов на имя ответчика, поданных в период с  (дата) года по (дата) года не следует, что истец, ознакомленный со списком имеющихся вакантных должностей, выражал свое согласие занять определенную должность, в то время, как его заявление о своем принципиальном согласии на замещение любой равнозначной должности не являлось в силу положений статьи 30 Федерального закона N342-ФЗ от 30.11.2011 года основанием к переводу сотрудника органов внутренних дел на соответствующую должность в органах внутренних дел.

В соответствии с ч.4 статьи 89 ФЗ от 30.11.2011 N342-ФЗ "О службе в органах внутренних дел Российской Федерации и внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации" сотрудник органов внутренних дел, имеющий специальное звание полковника полиции, полковника внутренней службы или полковника юстиции, увольняется со службы в органах внутренних дел приказом руководителя федерального органа исполнительной власти в сфере внутренних дел.

Таким образом, претензии истца, связанные с тем, что ответчик по делу своевременно не издал приказ об увольнении истца, не обоснованы, поскольку издание такого приказа не относится к компетенции ответчика.

При этом, из материалов дела не следует, что истец был согласен с увольнением в связи с сокращением замещаемой им должности.

Доводы апелляционной жалобы, направленные на оспаривание судебного решения, судебная коллегия не может признать состоятельными, поскольку отсутствуют правовые основания для иной оценки представленных сторонами и исследованных судом доказательств, приведенные выводы суда не противоречат материалам настоящего дела и истцом не опровергнуты.

Разрешая спор, суд правильно определил обстоятельства, имеющие значение для дела, дал им надлежащую правовую оценку и постановил законное и обоснованное решение. Выводы суда соответствуют обстоятельствам дела. Нарушений норм материального и процессуального права, влекущих отмену решения, судом допущено не было. На основании изложенного, руководствуясь ст.328 ГПК РФ, судебная коллегия

ОПРЕДЕЛИЛА:

Решение Смольнинского районного суда Санкт-Петербурга от (дата) года оставить без изменения, поданную апелляционную жалобу – без удовлетворения.

29.4кб регресс.docx
22.7кб восстановление.docx
17.7кб восстановление.docx
Официальный сайт Министерства внутренних дел Российской Федерации
© 2019, МВД России